– Можно ли узнать, что там происходит? – спросила Анджали, утолив жажду. – Кто побеждает?

– Наше войско побеждает, царица, – ответил воин, отводя глаза. – Враг бежит, князь Ранджит и остальные преследуют врага.

Подумав, Анджали легла, свернувшись клубочком. После того, что случилось, навалилась усталость. Она и не заметила, как уснула, и во сне видела Танду, который целовал её на берегу лотосового озера. Проснуться пришлось оттого, что кто-то поднял её на руки и куда-то понёс. Конечно же, это был Танду – как продолжение сна. И даже луна светила точно так же.

– Ты вернулся, – прошептала Анджали, обнимая его за шею, прижимаясь губами к его щеке. – Ты победил?

– Да, – коротко ответил он, внося её в шатёр.

Анджали и не заметила, когда этот шатёр поставили. Но здесь были постланы ковры, и была постель – мягкая, широкая, с вышитыми подушками. И горел светильник, сменив холодный свет луны на тёплый, золотистый. И пахло благовониями – жасмином, ашокой, нагчампой…

– Тогда я счастлива, – ответила Анджали, когда Танду поставил её на ноги. – И хочу разделить это счастье с тобой.

Она сбросила плащ, и злотые и жемчужные бусины посыпались дождём с оборванной нити.

– Наверное, мне надо сначала умыться, – смущённо засмеялась Анджали, снимая разорванное ожерелье и касаясь перепутанных волос. – Да и тебе…

Только сейчас она увидела, что Танду покрыт потом, кровью и пылью. Но ран на его руках и ногах Анджали не заметила. Наверное, кровь была не его…

– Сними всё, – попросила Анджали. – Я принесу воды и поухаживаю за тобой. Ты не ранен? Всё хорошо? Почему ты молчишь?

И правда, он стоял перед ней молча, глядя прямо и вовсе… не нежно.

– Что случилось? – Анджали заволновалась. – Почему ты так смотришь?

– А как мне на тебя смотреть? – процедил Танду сквозь зубы. – Ты совсем обезумела? Что заставило тебя поехать в лагерь Грахи? Ты знаешь, что когда вернёшься, тебя обвинят в предательстве! Все только и говорят о том, что третья царица не дождалась, пока царь будет убит и побежала к врагу, чтобы спасти свою жизнь!

– М-м… – протянула она, опустив глаза. – И откуда об этом узнали? Советник Шанкар рассказал? Этот старик мне сразу не понравился…

– При чём тут советник? – вспылил Танду. – Прибежал мальчишка и сказал, что третья царица села на колесницу и поехала в лагерь Грахи! Объясни, зачем тебя сюда понесло?! Сатван в бешенстве! Хочет тебя казнить!

Он вышел из себя, но этот порыв не мог обмануть.

– Ты боялся за меня? – Анджали не выдержала и улыбнулась. – Это моя месть тебе.

– Месть?! – задохнулся он.

– Месть, – невинно подтвердила она, пожав плечами. – Ты решил проявить благородство и солгал царю и жене о нашей встрече в саду… Чтобы я не осталась твоей вдовой, да? Благородно. Я оценила. Но такие жертвы мне не нужны. Поэтому я пошла к Грахе и… убила его.

– Убила? – помедлив переспросил Танду. – Убила Граху?

– Не такой уж он и неуязвимый, – усмехнулась Анджали. – Как говорил его учитель, коронная чакра у него оказалась слабовата. Кстати, попроси своих людей не убивать одного старика… Его зовут Суприта. Я так поняла, он брахман-наставник при войске. Он старый и не опасен. И именно благодаря ему я смогла одолеть Граху.

– Сейчас я сойду с ума, – Танду отвернулся и потёр лицо ладонями, а потом сделал несколько глубоких вдохов. – Какой старик? Какая чакра? Как могла ты, женщина, победить сильного воина, который к тому же получил божественную силу?

– Побеждает не сила, – почти огрызнулась Анджали. – А ты бы поблагодарил меня, что я сделала то, на что не осмелился ты. Я просто станцевала перед ним чёрный…

В то же мгновение Танду зажал ей рот рукой.

– Тиша, безумная!.. – шепнул он, оглядываясь на вход в шатёр.

Анджали мотнула головой, Танду убрал руку.

– Я танцевала чёрный танец! – шёпотом закончила Анджали. – И заставила Граху повторять мои движения. Как змея, которая гипнотизирует птицу, и заставляет её идти в разинутую пасть! Он положил ладонь на свою пустую голову и сгорел, как мотылёк над открытым пламенем!

Танду смотрел на неё, не отрываясь. И молчал.

– Благодарю, дорогая жена, ты спасла меня и весь город, – ответила за него Анджали и в сердцах притопнула. – Я оказалась смелее тебя, Танду! И мне совсем не стыдно…

– Князь! Послание от царя Сатвана! – раздалось снаружи.

Танду прижал к губам палец, приказывая Анджали молчать, а сам вышел из шатра.

Вернулся он почти сразу и сказал угрюмо:

– Сатван приказывает немедленно доставить тебя в Куккутарму. Под охраной.

Анджали опять передёрнула плечами, показывая, как она к этому относится.

– Я сам отвезу тебя, – сказал Танду. – И сделаю всё, чтобы защитить. Говорить буду я. А ты, сделай одолжение, прояви в этот раз хоть немного благоразумия. Иначе даже боги тебя не спасут.

Возвращение в Куккутарму Танду отложил до утра. Но если Анджали надеялась на ночь нежных признаний и горячих поцелуев, то надежды её не сбылись.

Во-первых, Танду велел ей вымыться и расчесать волосы. Во-вторых тайно послал в город, и посыльный привёз красивые одежды и драгоценные украшения.

– Надень, – сказал Танду уже на рассвете. – За ночь гнев Сатвана должен поутихнуть. Да и наказывать красивую и нарядную женщину сложнее.

– Какой ты предусмотрительный, – сухо заметила Анджали, но сделала всё так, как он велел.

Когда она появилась перед ним, благоухающая чистотой и жасминовой водой, в шёлковых одеждах, с жемчужным ожерельем в три ряда, Танду некоторое время смотрел, не отрывая взгляда и ничего не говоря.

Анджали позволила полюбоваться собой, довольная тем, как вспыхнули его глаза.

– Ну что? – спросила она, не выдержав. – Что ты скажешь Сатвану?

– Сначала послушаем, что он скажет нам, – уклонился Танду от ответа.

Обратно они ехали на той самой колеснице, которую приготовил советник Шанкар для бегства. Танду сам занял место возницы, а его воины ехали поодаль. Поэтому можно было говорить без опаски быть услышанными.

– Если Сатван будет угрожать тебе или мне, – сказала Анджали, когда вдали показались стены, окружавшие Куккутарму, – то я просто сделаю с ним то, что сделала с Грахой. И никто меня не остановит.

– Даже я? – хмуро спросил Танду.

– А ты будешь останавливать?

– Если убьёшь Сатвана, – сказал Танду медленно и раздельно, – то мне надо будет выполнить клятву, которую я дал ему, как царю. Мне придётся убить того, кто посягнёт на его жизнь.

– Не верю, что ты это сделаешь! – вспылила Анджали. – После всего, что было между нами…

– Не сделаю, – признал он. – Но как нарушивший клятву, должен буду убить себя.

– Что за дикие обычаи!

– В городах богов обычаи совсем другие? Не дикие?

– Ладно, не будем спорить, – сразу пошла на попятную Анджали. – Но я не позволю ему причинить нам вред. Даже если ты покорно подставишь голову под его меч!

– Покорно не подставлю, – возразил Танду. – Но говорить с Сатваном буду я. И прежде, чем я поговорю с ним, мне надо будет объяснить всё Пундадари.

Анджали обрадовалась, что он назвал царевну по имени, а не сказал: жена.

Потому что у Танду есть только одна жена. Самая первая. И единственная. Она, Анджали.

– Ты же понимаешь, что я не могу бросить её, – продолжал тем временем Танду. – И мне придётся делить свою любовь между вами поровну.

Анджали стиснула зубы.

Там, возле лотосового озера, было так легко говорить: я согласна быть второй женой, я полюблю твою жену, как сестру.

И как же тяжело принять это сейчас. Особенно когда надо будет полюбить, как сестру, царевну Пундадари.

Нет, царевна не сделала ей ничего плохого. Но и подругами они не стали. И вряд ли смогут стать.

Сестра царя избалована, высокомерна, всё время задирает невесток, смеётся над ними. Она - царской крови, считает себя выше других. А теперь их статус будет равным. Две жены одного мужчины. И вряд ли Танду удастся делить свою любовь поровну.