Побежала, разумеется, куда деваться, отчётливо ощущая за собой дыхание представителей местной фауны. И наступил бы конец быстротечной и не все приключения собравшей жизни Эн, если бы она, внезапно остановившись, не осознала...

… открытие номер три. Безусловно, очень важное и в сложившихся обстоятельствах своевременное. Слово. Могучее слово. В прямом смысле. Нет, могущее. Да, так вернее.

- Так, червей отменить, - твердо провозгласила свое властное слово. - Прямую, ровную, без неприятностей, - последнее слово она особенно выделила, на всякий случай, - дорожку проложить за листиком. Так, что ещё? Освещение не убирать.

Черви тотчас же растворились во тьме. Тропинка, до того немного петляющая, выровнялась, удлинилась, ярко освещённая, призывно манила продолжить путь.

- Другое дело! - удовлетворено кивнула сама себе Эн, переходя на бег. Знала она себя, может в любой момент сказать такое, что лучше побыстрее выбираться из этой настраиваемой нереальности.

Спустя время настигла летающего проводника. Точнее, он замер в воздухе, дожидаясь ее. Дотронулась, и тьма, что окружала Эн, скрывая в себе границы Безмирья, распалась, ослепляя светом и новым выводом.

Открытие номер четыре. Непредвиденное, с которым придется побороться. Бекхан, а это без сомнения был он, чуть бодрее и свежее, чем тот, что валялся безжизненным телом в своем доме, занимался делом. Причем на повторе, одним и тем же. Сидел на коленях, к нему приближалась Знахарка, и без сожалений, высоко занеся руку, с убийственно-коварной улыбкой вонзала по самую рукоять кинжал в сердце Бекхана. Картинка на секунду гасла, и все началось по-новой. Бекхан, Знахарка, кинжал. В общем, занят был наследник Южных кланов. Принимал наказание, вероятно, по его мнению, заслуженное.

И слова Эн про остановить, отменить, заменить хоть какую-то часть событий вокруг Бекхана на его нереальность не действовали. В Безмирье у каждого свой уголок со своими правилами, изменить которые может только он сам.

- Бекхан, - позвала Эн. Она оказалась материальной точкой, размерами и формой, а главное, звуками от нее, можно без зазрения совести пренебречь. Что он и делал.

- Да как тебя привести в чувства? - размышляла Эн. - А что, если заказать трагический эпизод в моей нереальности…

Эн встала напротив Бекхана. И четко проговорила:

- Малика рыдает, подходит к краю пропасти и готовится прыгнуть в нее.

Пустота раскололась, являя озвученное перед глазами наследника. Его Малика застыла в нерешительности. Когда их стало две, внимание Бекхана рассеялось, переключаясь на иллюзию, созданную Эн. Вытягивало его из временной петли. Малика с кинжалом теряла яркость, словно стареющий на глазах фотографический снимок, пока не рассыпалась на мелкие пылинки, тут же подхваченные тьмой и поглощённые ей.

- Нет! - закричал Бекхан, резво подскакивая с колен, как только Знахарка занесла ногу над пропастью. - Нет, милая! Прошу тебя не делай этого! Убей меня, но живи, родная!

Бросился к ней. Эн в последнюю секунду успела отменить образ, а то вдруг действительно свалятся оба. Ищи его потом снова неизвестно где. Бекхан развел руки, не веря, не понимая, что произошло. Обернулся на звук.

- Ты кто? - грубо обратился он к Эн.

- Наконец-то! - а собственно... - Яаа, - затянула Эн любимую песню, - твой проводниииик. Следууууй заааа мнооой.

Немного подумала и добавила для убедительности:

- Маликаааа ждёёоот тебяяаа. Руку давай, времени нет, - она протянула руку.

Ждать от Бекхана инициативы не стоило. Он, как замер столбом, так и не шевелился, даже глазом не моргнул. Вот что высокое положение с человеком в Нижнем мире делает! Что Грандэссин, что этот. Властный характер даже Безмирье не исправит. Сама крепко вцепилась в холодную мужскую руку.

- Так. Дорога к выходу из Безмирья.

И ничего-то не появилось. Эн нахмурилась. Задумалась. Благо Бекхан не вырывался и не отвлекал.

- Дорога к Южным кланам, - менее уверенно.

На глаза попался листик. Точно! Его же надо вернуть, причем примотать к дереву жизни, если забирать Бекхана обратно в Нижний мир. Эн поймала листик свободной рукой.

- В ритуальный лес Ирман Иясе.

Пустошь завертелась вокруг, как будто бы только и ждала приказа, и перенесла их на поляну к величественному дереву жизни.

- Подожди здесь, никуда не ходи, ничего не трогай. Хм, где-то я это уже слышала, - Эн отпустила руку Бекхана и, подойдя ближе к дереву, поднесла листок, тихо прося дерево принять оторвыша обратно.

Одна из веточек прикоснулась к особенной пряди волос Эн, пригладила непослушные волосинки и забрала из рук подношение, передавая другой ветке, та – следующей, и так, по цепочке, донесли листик почти до вершины, где на самой крайней маленькой веточке держался одинокий лист, рядом с ним, на будто бы нарочно для него предназначенное местечко, поместили оторванный, крепко спаяли их друг с другом.

Вроде бы получилось. Эн повернулась, но Бекхана на поляне уже не было.

- Я же сказала, стоять на месте! - прошипела она возмущённо.

- Он вернулся туда, где должен быть, - тихо прозвенело по поляне. - Благодарю тебя, Стирающая границы. А теперь возвращайся и ты.

Ветерок ласково потрепал по голове, и закружилась голова. Зажмурилась, чтобы вернуть ощущение равновесия. Буквально на миг, и что опять?

Комната Бекхана. Знахарка, вытянувшая вперёд руку, Эд, в горло которому впивается антрацитовый змей, другие обвивают его ноги и тело, Бекхан на постели, медленно открывающий веки, и Эн у кровати, положившая голову на ее край.

Нет, ну кого просила не убивать Грандэссина?! Что за люди своенравные... Только из Безмирья, теперь за Эдом что ли отправляться?.. Ни минуты покоя. Никакой благодарности за Бекхана!

Дерево жизни из ритуального леса собственной персоной:

Тень Эн скользнула по комнате, останавливаясь напротив Грандэссина. Змей уже успел вонзить свои острые клыки в кожу шеи. Эд отчаянно вырывался, пытаясь сбросить с себя путы из змей, оторвать наглого чешуйчатого от своей шеи.

Эн начала восстанавливать в памяти события второго видения и пришла к неутешительному выводу. В смысле вывод, надо отметить, был в целом положительный: Эн ошиблась. В тот раз ее выкинуло из картинки ровно на моменте погружения ядовитых зубов в Эда, и ещё несколько секунд замешательства спустя после этого. Замешательства, которое Эн, основываясь на предыдущем видении, приняла за медленную кончину Эда от смертельного яда. И тут либо она смогла изменить эти, вообще говоря, принципиальные обстоятельства, либо... Ошиблась в трактовке. Вот они тягостные труды ведающих будущее! Точна ли Ведара была в своих предсказаниях? Не к месту подумала Эн, возвращаясь в собственное тело.

Эн распахнула глаза и тут же попыталась подняться на ноги, чтобы помочь Грандэссину, но совсем не изящно завалилась обратно. Ноги затекли от неудобной позы. Значит, нахождение в Безмирье занимает весомое время, может быть даже ровно столько же, сколько она отсутствовала по меркам действительности Нижнего мира. Не то, что вялотекущее путешествие по просторам мыслей-нитей, где она могла пробыть по ощущениям час, а в реальности - не более секунды.

Ко всему прочему, черные змейки, что обвивали запястья, ее и Бекхана, не пожелали покинуть удобное местечко, лениво приоткрыв глаза с вертикальным зрачком, тут же погрузились в мирный сон.

- Шыч, - Эн не придумала ничего лучше, чем позвать другого ползущего, - ты можешь убрать их?

- Шшттчттш, - ответил Шыч. Довольно так, даже расслабленно. Эн с подозрением покосилась на змея, не тронулся ли он умом случайно, пока она скакала по мирам за наследником.

Шыч разлёгся на постели, положив вытянутую голову на грудь Бекхана, всем своим видом показывая, что ему безразличны трепыхания прочих живых существ, разбирайтесь там сами со своими проблемами, а я свою задачу выполнил, хозяин мой жив и почти здоров, могу и законные выходные взять.