- Что ж так? - спросил Сай.

- Позже, уже близко клан, - отрезал Юлгиз и до конца пути не проронил более ни слова.

Недалеко показались огни. В отличие от той части леса, где оказалась Эн вначале и после очередного побега, здесь повсюду были светочи: на разных уровнях деревьев, на переходах между ними, отдельно стоящие словно фонари и даже множество огоньков, затерявшихся в листве. Несмотря на отсутствие солнечного света, который не пробивался к земле сквозь высокие гиганты и постройки между ними, вокруг света было столько, что впору надевать очки или прятаться под зонтом.

Само поселение представляло собой всё те же деревья-гиганты. Многоэтажные дома-башни с вырубленными овальными или прямоугольными окнами, винтовыми лестницами, обвивающими ствол деревьев подобно лиане. Вместо галерей, по которым Эн успела пробежаться этим утром, переходы вмещали постройки. Те, что были доступны взору, скорее всего можно отнести к кухням. Прямо на деревянной площадке, укрытой лишь верхним пологом, источая разные запахи и исходя паром и дымом, шипели и шкварчали кастрюли на печах, а длиннорукие женщины в длинных сарафанах, вышитых рубахах с закатанными широкими рукавами, мелькали между столами то с ведрами, то с ножами и половниками.

Наконец, они вышли к главному дереву. Оно было толще остальных, часть коры украшали выгравированные тонкими линиями письмена, невесомыми нитями льнущие к стволу. Юлгиз повел их ко входу, по обеим сторонам от освещённого проёма расположились два стража. Пропустили их беспрепятственно, лишь Юлгиз прикоснулся ладонью к коре, лёгкое серебро пробежалось по краю двери и погасло.

Эн ожидала опять винтовую лестницу вверх, и даже успела мысленно застонать от перспективы, и роль стажёра Нэ уже казалась несколько трудоёмкой. Но лестницу заменял подъемный механизм. Когда все поместились на помосте, Юлгиз дёрнул рычаг, и их начало плавно поднимать на верхние этажи. Мимо мелькали двери и площадки, а движение не прекращалось. Вверх, вверх, вверх. Все выше и выше.

А вот дальше все изменилось. На какую-то долю мгновения Эн всерьез загрустила о том, что она перестала различать цвета, потому что скорее всего открывшийся вид с площадки, на которой они остановились, был впечатляющим. Цветы, самые разные и удивительные, ленты, волнами парящие в воздухе, занавеси, то тут, то там собранные и перевязанные затейливыми узорами из тесьмы, столы, с низкими резными ножками, вдоволь заставленные яствами на блюдах с цветочным орнаментом, и низкие диванчики и подушки, мягкие, от чего-то именно сейчас донельзя притягательные и манящие уютом и отдыхом. Одним словом, в клане праздничное событие. Если бы не одно «но».

Это "но" очень живописно смотрелось среди всего нарядного великолепия. Изящная тонкая фигурка в длинном платье с пышной юбкой, камзоле, расшитом золотом ветками узоров, феска с прозрачной, невесомой фатой. Невеста, и в этом не было сомнений, полулежала на подушках, склонив голову на локоть одной руки и беззвучно плакала.

Чуть дальше, на небольшом возвышении за одним из столов сидел, а скорее восседал, мужчина. Подходить к нему не хотелось, даже дышать в комнате было трудно, в воздухе как будто бы притаилось тревожное ожидание. Один вдох, и оно затопит каждую клетку тела, острыми иглами вопьется в каждую мысль.

В тонких длинных пальцах главы клана из последних сил держалась маленькая фарфоровая чашка. Ее так крепко сжимали, то она вот-вот готова рассыпаться в пыль.

- Пусть долгим и светлым будет ваш путь, - растягивая слова поприветствовал он, изучая каждую деталь и эмоцию подошедших к нему гостей. Особенно впечатлил, как показалось, длиннохвостый на руке Эн.

- Благодарю. Да не иссякнут силы клана Урман Иясе, - ответил Сай, кивнув головой.

Жестом глава указал на стол, приглашая присоединиться к трапезе. Разговор не начинался, пока Эн и Сай не сделали по глотку ароматного чая из маленьких чашек.

- Дознаватель капитан Дарэн и стажёр Нэ, - представил гостей Юлгиз.

- Нэ? Что за странное имя? - немного помолчал и неторопливо продолжил. - Сегодняшний день должен был быть самым радостным за долгие времена пути Урман Иясе, духов леса. Но пришли в наш дом изменчивые ветра и унесли с собой мир и покой.

Какая книга без иллюстраций? Визуализация нашей пока еще печальной невесты:

Наверное, стоило поудобнее устроится на мягких местечках за столом, Эн даже пожалела, что нельзя вытянуть ноги, особенно одну, самую пострадавшую. Но не долго, новое положение обязывало принять деятельное участие в разговоре, в котором самое сложное обнаружилось с первых же слов: как из этой эпической поэмы выделить главное. Точнее, понять основное.

Она повернулась в сторону Сая, ища подсказку, а может быть надежду на то, что он-то как раз все поймет и разберётся. От последней мысли внутренне возмутилась. С каких пор она снова готова полностью полагаться на других? А кто день назад затеял всю эту историю, чтобы стать хозяином своей жизни и решений?

- Так, - прервал речь главы клана Сай, с мелодичным звоном вернув свою чашку с недопитым чаем на блюдце, - в управление передали кое-какие сведения, поэтому позвольте начать иначе.

Длиннорукие, все как один, застыли с чашками в руках, не ожидая такой дерзости от гостей, даже если это дознаватели. Глава клана свёл хмуро брови, и махнул небрежно ладонью, жестом давая разрешение на диалог. Впрочем, Саю это не требовалось, он вел себя решительно и непринужденно, прямо глядя в глаза главе клана. Прежде чем задать свои вопросы, он достал из кармана небольшую круглую коробочку и водрузил ее на стол в центре. С тихим щелчком крышка ровно посередине раскрылась, открывая доступ к камню-сфере. Вероятно, присутствующие имели представление о том, что это, потому что возражений ни у кого не возникло. Эн терзало любопытство, но она держалась изо всех сил. Пора уже записывать где-нибудь, что остаётся на "выяснить потом" или "подумать позже".

Сай провел рукой по камню, от чего по последнему пошла вибрация, цвет с пепельно-серого сменился на темный, поддернутый белесыми полосами. Мужчина немного призадумался, бросил короткий взгляд на Эн и пояснил:

- С позволения всех присутствующих я, капитан Дарэн, активирую Камень Истины. Напоминаю, что по решению Совета Кланов камень обязателен при расследованиях, проводимых дознавателями. Запущен на ведение записи и распознавание попыток скрыть или исказить правду. В таком случае полосы на сфере окрашиваются в черный. Есть ли что-то, что не может быть записано и передано в Управление?

- Я, глава клана Урман Иясе, Бахтияр Славный подтверждаю применение Камня Истины. Наше сердце и дух открыты и не знают слов лжи и тайн, что отвернули бы нас от пути, завещанного предками.

- Прекрасно. Итак, свадьба. По законам Урман Иясе дочь главы клана не может выйти замуж. Откуда появился жених?

- Этот жених, - прозвучало как название мелкого насекомого, - действительно не достоин дочери главы клана Урман Иясе.

Со стороны несчастной невесты раздались сдавленные всхлипы. И, кажется, что-то разбилось. Может сердце? Оглянуться было бы невежливо, но хотелось очень.

- Не достоин, - твёрже и громче, чем нужно для собеседников одного стола, повторил Бахтияр, - и не накроешь платком эту правду. В нашем клане с начала времён в жены можно взять девушку равную по статусу или ниже. Поэтому дочери главы клана оставались всегда незамужними девами, помощницами при семьях братьев. Но я, Бахтияр Славный, дал свое благословение дочери и воину Иреку. - Он резко замолчал, как будто бы снова принимая для себя это решение, и затем, чуть тише добавил. - Так ведали старейшины. Ирек - сирота, никто не знает, кто он и откуда прибыл, сам он утратил знания о своем пути до того времени, как впервые взял в руки оружие воина. Старейшины говорят, что в нем есть дух леса, а значит он сын нашего клана.