Я замолкаю, проглатывая ком в горле.

– А потом ты начал меня бесить, – продолжаю я, и чувствую, как губы растягиваются в улыбке сами собой. – Этот твой холодный взгляд. Эта ледяная маска. Ты отрицал, что между нами что-то есть. Весь такой неприступный, невозможный магистр. А я… я была дико обижена. Потому что чувствовала, что ты врёшь. Я знала, что ты врёшь, Дэм.

Я касаюсь губами его плеча.

– А ещё эта ревность к Ардену, – шепчу я и закатываю глаза. – Хотя он всегда был для меня просто другом. Красивым, наглым, невозможным… но другом. А ты бесился. И я бесилась. Потому что не могла понять, почему тебе не всё равно. Ты ведь говорил одно, всем своим видом демонстрировал… а потом эта ревность, эти собственнические замашки…

Я провожу пальцами по его щеке, по скулам, по губам. Задерживаю пальцы на его губах. Смотрю на них, и по телу бегут мурашки. Подушечки опаляет его горячее дыхание. Стало быстрее будто бы?

Опять чудится. Ну конечно. Мне так хочется верить, что он сейчас откроет глаза. Просто чтобы ответить мне на мой монолог.

Эх, Эри… Не рассчитывай, иначе будет только больнее. Ему нужно время, чтобы восстановиться. Он обязательно поправится.

– Помнишь тот вечер в карете? – спрашиваю я, убирая руку. Кладу ему на сердце ладонь. – Когда ты почти поцеловал меня, но остановился? Больше всего на свете я хотела ощутить вкус твоих губ в тот момент. И когда ты отстранился… мне показалось, что мир рухнул.

Я сажусь, смотрю на его лицо. Бледное, неподвижное, но такое родное. Лицо, которое я готова целовать каждый день, каждую секунду. Только бы он снова смотрел на меня своим невозможным взглядом, только бы снова прижимал к себе. Только бы мы снова учились контролировать свою магию у фонтана либо просто болтали о пустяках.

Что угодно. Только бы он пришёл в себя. Только бы…

– Вернись ко мне, Дэмиан, – прошу я тихо. – Я не могу без тебя. Правда не могу. Пусть это звучит эгоистично, пусть глупо, пусть безумно – но я не справлюсь. Ты стал частью меня. Моей магии, моей души, моей жизни. Дэм, слышишь?

Я наклоняюсь, прижимаюсь губами к его губам. Осторожно целую его в губы, боясь причинить боль.

– Пожалуйста, – шепчу я, едва отстраняясь. Между нашими губами не больше сантиметра. – Проснись, Дэм.

И в этот момент…

– Ох, какая сентиментальная чушь, – раздаётся насмешливый, холодный голос за моей спиной. – Прямо любовный роман для глупеньких, наивных девиц.

Я застываю. Кровь стынет в жилах, сердце пропускает удар. Перед глазами на мгновение всё мутнеет, лицо Дэмиана расплывается. Я поверить не могу в то, что слышу. Но это правда. Она здесь и смеётся надо мной.

Я медленно поворачиваю голову.

В дверях палаты, прислонившись плечом к косяку, стоит Айрис Спейн.

Я медленно поднимаюсь с кушетки Дэмиана, прикрывая его собой, насколько это возможно. Ступни касаются холодного пола. Настороженно наблюдаю за магистром Спейн, понимая, что происходящее явно не сулит ничего хорошего.

Айрис стоит в дверях, поправляет причёску, улыбается какой-то странной, хищной улыбкой, которую я никогда не видела. Только в тот момент, когда она была не в себе. Но… Арден сказал, что она вылечилась. Он убил сущность, чтобы была в ней.

Тогда почему она смеётся и смотрит на меня, как на пустое место?

Что-то здесь не так.

– Как вы себя чувствуете, магистр Спейн? – осторожно спрашиваю я.

– Прекрасно себя чувствую, но до этого было… лучше, – говорит она, наклоняя голову.

– Лучше? – выдыхаю я в полном прострации.

Это ведь то, о чём я думаю? Она сожалеет, что сущность внутри неё больше не с ней? Что за бред. Я не понимаю ничего.

И тут до меня доходит. Слова Ардена. «Мы так и не знаем, кто открыл мост между Теневой Шинерией и нашей академией».

– Вы… вы открыли портал? – выдыхаю я. – Вы выпустили сущности?

Глупость какая-то. Не может этого быть. Просто кто-то подселил сущность в Айрис, вот она и вела себя так странно. А сейчас… сейчас просто остаточный эффект от этого паразитизма. Кто знает, как это всё отражается на сознании человека, которому пришлось отдавать свою магию этим тварям…

– Конечно, я, – усмехается Айрис, а у меня челюсть летит к полу. – Кто же ещё? Твой маг? Этот тёмный неудачник? – она кивает на неподвижного Дэмиана. – Нет, дорогая. Это дело рук нашей семьи. На протяжении веков мы были хранителями грани между Теневой Шинерией и этим миром.

– Хранителями? – переспрашиваю я, пытаясь собрать воедино картинку. Главное, не поддаваться эмоциям, которые хлещут через край. – Вы называете себя хранителями? Вы впустили сущностей!

– А что, по-твоему, должны делать хранители? – хмыкает она и складывает руки на груди. – Сидеть и смотреть, как сущности голодают? Как баланс между мирами рушится? Им нужно питаться, Эллария. Иначе тьма поглотит всё.

– Вы сумасшедшая, – шепчу я. – Какой баланс? Они уничтожат всё вокруг! Они питаются магией! Они… они же вами питались!

Айрис смеётся. Звонко, радостно, будто я сказала что-то невероятно смешное. От её смеха у меня внутри всё покрывается инеем. Сложно поверить, что всё это время магистр Спейн вела двойную игру. Что она выпускала сущностей. Сколько адептов попали под это воздействие.

Нужно будет всех вычислить и исцелить.

А Дэмиан? В нём, кажется, тоже есть что-то. Его тьма, которая питается магией. Слишком всё сходится.

– Мной не питались, дорогая, – говорит магистр, промокая выступившие слёзы. – Я добровольно впустила сущность. Мы сотрудничали. Она давала мне силу, а я ей кров и пищу. Взаимовыгодное сотрудничество.

– Но Арден…

– Арден убил её, – перебивает Айрис, и в её голосе появляется злость. – Этот гадкий, наглый дракон явился, сунул свой нос куда не просили, и уничтожил мою… партнёршу.

Она морщится, будто вспоминает что-то неприятное.

– Но ничего, – её лицо снова разглаживается. – Я найду себе другую. Сущностей много. А желающих сотрудничать – ещё больше.

– Зачем вы мне это рассказываете? – спрашиваю я, чувствуя, как внутри нарастает ужас. Она ведь не просто так сейчас так словоохотлива. Она… собирается меня убить? Или что? – Зачем?

Айрис смотрит на меня с удивлением.

– Всё просто, – пожимает плечами. – Будет расследование. Совет захочет найти виноватых. И как удачно, что тёмный маг и его аномальная адептка участвовали в таких… сомнительных делах.

Она качает головой, изображая расстройство.

О нет. Серьёзно? Хочет подставить меня и Дэмиана, который итак столько времени был под подозрением. Видимо, именно благодаря её заслугам. Жаль, что у меня нет артефакта, который записал бы все её слова.

Моё слово против её. Кому поверят? Ясно же…

– Вы хотите всё повесить на нас? – выдыхаю я.

– Именно, – кивает Айрис и улыбается. – Не такая уж ты и глупая, как я думала.

Она делает шаг вперёд. Из складок платья выскальзывает узкий, мерцающий чёрным светом клинок. Я вижу, как на лезвии пульсируют те же чёрные руны, что были на стенах в Теневой Шинерии.

– Будет больно, – предупреждает она ласково. – Но недолго, милая Эллария. Считай, что ты послужила на благо великим целям.

Я впадаю в ступор. Моя магия беспомощно сворачивается клубочком у сердца, даже не пытаясь защищаться. Я не знаю… Наверное, клинок какой-то зачарованный. Я просто смотрю на него. Вижу, как она хватает меня за руку, как поднимается клинок. И всё, на что меня хватает, – это взвизгнуть от боли и страха.

– Прощай, аномальная адептка, – шепчет Айрис.

Она замахивается… Но в этот момент чёрная тьма вырывается из-за моей спины. Она хлещет, как щупальце, обвивает руку Айрис, сжимает, не даёт опустить клинок. Я чувствую, как его живая, яростная магия пульсирует вокруг меня.

– Не смей., – хрипит Дэмиан.

Я оборачиваюсь. Он сидит на кровати, опираясь на здоровую руку. Его лицо бледное, на лбу выступила испарина, бинты пропитались кровью. Он смотрит прямо на Айрис. Тьма вокруг него клубится, послушная, готовая к бою.