Сейчас я не могу быть ни в чём уверена. Однозначно ясно, что она точно не в себе.

– А не хочешь ли помочь мне, Эллария?

От того, что она знает моё имя, мне становится ещё страшнее. Она никогда не называла меня по имени. Никогда. Для неё я всегда была просто «Вейл». Да хотя бы «аномальная адептка». Это звучало как-то более понятно.

Неужели Дэмиан что-то говорил ей обо мне?

При мысли о моём магистре, что-то внутри меня щёлкает. Будто бы открывается какой-то мой внутренний резерв. Я ведь не беспомощная девчонка. Во мне есть сила. Да, может она немного странно себя ведёт, но моя аномалия может так ударить, что мало не покажется. Она, чёрт возьми, печать Совета смогла сломать.

Это сильно.

Так что нечего вестись на этот опасный тон, на пустые глаза и странные речи. Нужно уходить. Немедленно. Найти Лику и бежать отсюда.

– Я… я не понимаю, о чём вы, магистр Спейн, – выдавливаю я.

Настораживаюсь, готовясь нанести удар. Призываю напуганную магию в ладони. Она нехотя, но реагирует. Подставляться не желает, но и позволять сделать из меня куклу ей явно не хочется.

– О том, – она наклоняется ещё ближе, и я чувствую её холодное дыхание на своей коже, – что ты очень вовремя появилась. Твоя магия… такая нестабильная, такая странная. Такая… аппетитная.

Сердце пропускает удар. Она… хочет напитаться моей магией? Вот что она делает, да? Пожирает другие магии? Это что-то похожее на магию Дэмиана? Впрочем… не сейчас. Потом буду размышлять.

– Магистр Спейн, – говорю я, делая вид, что никак не соображу, что мне угрожат, – я просто пришла помочь. И сейчас мне нужно идти. Моя подруга…

– Поздно, Эллария, – перебивает она, и в её голосе слышится усмешка. – Поздно.

Дальше я уже не слушаю. Мне её «поздно» очень не нравится. Я дёргаю аномалию, и она бьёт магистра Спейн прямо в солнечное сплетение. Айрис отшатывается, её пальцы отпускают мои плечи. Она явно не ожидала, что я буду вырываться. Думала, что я уже вошла под её контроль.

– Что ты… как… – выдыхает она, поднимая на меня свои пустые глаза.

Но я уже бегу. Лечу со всех ног по коридору, сворачиваю за углы. Перед глазами всё плывёт, в ушах стучит кровь, и я молюсь всем богам, каких знаю, чтобы она не бросилась за мной. Потому что эффект неожиданности больше не сработает.

Влетаю в холл. Здесь никого нет. И лужи больше нет. А главное, я не вижу Лику. Чёрт, промедление может грозить нападением Айрис. Но я ведь не могу оставить подругу в беде! Она вообще не знает, что за ужасы тут творятся.

Я заглядываю в подсобку, где мы брали инвентарь – пусто. Смотрю на правое крыло, но там подозрительно тихо. Лика могла, конечно, пойти по палатам. Но… зачем? Она же понимала, что я пошла искать Спейн. В левом крыле я с ней не сталкивалась…

Ушла? Ждёт меня снаружи?

– Чёрт, – шепчу я. – Лика, где же ты?

Вылетаю на крыльцо, натыкаюсь на эльфийку. Она поднимается по ступенькам, смотрит на меня с таким выражением, будто я – её личное проклятие.

– Адептка! – рявкает она. – Вы что здесь ещё торчите?

– Простите, – выдыхаю я, пытаясь отдышаться. – А где моя подруга? Мы вместе пришли.

– Ушла твоя подруга-катастрофа, – фыркает эльфийка, поправляя передник. – Устроила тут потоп, переполох, а потом испарилась. Я её выгнала, чтоб не мешалась. И тебе советую убраться, пока я не передумала и не написала докладную вашему куратору.

– Спасибо, – бормочу я, пытаясь проскочить мимо неё. – Мы… мы ещё придём помогать.

– Не нужно! – в ужасе восклицает эльфийка. – Никакой помощи от вас больше не надо!

Я не слушаю. Скатываюсь по лестнице и оглядываюсь по сторонам.

На улице уже темно. Мы проторчали в лазарете дольше, чем планировали. Солнце село, и академия погрузилась в сумерки. Дорожки пусты, только где-то вдалеке мелькают фигуры запоздавших адептов.

Я иду в сторону парка у лечебного корпуса. Может Лика сидит где-то на скамейке и нетерпеливо ожидает меня. Вся, наверняка, извелась уже. Но беглый осмотр даёт понять, что подруги здесь нет.

У меня дрожат колени. Голова кружится, в ушах всё ещё звучит голос магистра Спейн: «Твоя магия… такая аппетитная». Я обхватываю себя руками за плечи.

Бррр. Это ж надо. Что за нечисть в неё вселилась? Или она всегда такой была, просто носила маску доброжелательной преподавательницы?

– Лика, наверное, пошла к Нику, – бормочу я себе под нос, чтобы заглушить этот ужас. – Рассказала всё. Они там сидят, переживают…

Да, наверняка так. И она знает, что я сразу подумаю, что они оба в общежитии. Странно правда, что не дождалась меня где-то поблизости. Может тоже увидела что-то, что её безумно напугало?

В общем, план есть. Надо сначала зайти к друзьям, а потом завтра утром искать Мортиана. Или попробовать связаться с Дэмианом. Или может рассказать всё Ардену? Прямо сейчас. Он точно поможет. Или…

Я не успеваю додумать.

Чья-то рука резко зажимает мне рот, другая хватает за плечо и прижимает к чьему-то телу. Я пытаюсь крикнуть, но в лицо ударяет резкий, травянистый запах.

Мир плывёт перед глазами.

Я чувствую, как ноги подкашиваются, как сознание ускользает, как темнота сгущается по краям зрения. Меня куда-то тащат, но я уже не могу сопротивляться. Только слышу сквозь пелену чей-то тихий, спокойный голос:

– Тише, адептка. Ничего личного. Ты просто оказалась не в том месте и не в то время.

Я проваливаюсь в темноту.

Последняя мысль, которая успевает промелькнуть в голове: «Дэмиан…».

Сознание возвращается рывком, будто меня выдернули из мутной, липкой воды на поверхность. Голова раскалывается так, что перед глазами плывут круги. Я открываю рот, чтобы вдохнуть, и чувствую противную сухость в горле, словно внутри меня раскинулась обжигающая, горячая пустыня.

Где я?

Я лежу на чём-то холодном и твёрдом. Ощупываю пространство вокруг себя. Каменный пол. Пахнет сыростью и плесенью, будто я попала в какой-то погреб или подземелье. Медленно приподнимаюсь, опираясь на дрожащие руки, и оглядываюсь, с трудом поворачивая голову.

Здесь довольно темно. Слабый, мертвенно-бледный свет сочится откуда-то сверху, но я не вижу источника. Стены грубые, каменные, покрытые странными трещинами, которые пульсируют слабым, едва заметным свечением. Я щурюсь, пытаясь разглядеть узор.

Руны.

Хм… У нас в академии тоже некоторые стены испещрены узорами, но эти какие-то… другие. Пугающие, резкие, будто их вообще выбивал на этих каменных поверхностях не человек. Они мерцают неровно, то загораясь, то затухая, и от этого зрелища меня начинает подташнивать.

Я с трудом поднимаюсь на ноги, шатаясь. Несколько секунд даю себе на то, чтобы словить равновесие. Боги. Что за дрянь я дохнула? Чем это меня оглушили так сильно? Сознание всё ещё путается, а желание пить никуда не исчезает.

И главное… где мои похитители?

Я глубоко вздыхаю и делаю наконец-то несколько шагов вперёд. Даже почти не падают. Отлично. Иду на слабых, дрожащих ногах прямо, держась на всякий случай за стену. Передо мной коридор

Знакомый… и одновременно чужой.

Стоп.

Я замираю, вглядываясь в детали. Осматриваю всё новым взглядом.

Сводчатый потолок... Двери. Даже трещины на полу точно такие же, но будто… в зеркальном отражении. Чёрт побери, да это же… это коридор академии! Тот самый, что ведёт из главного зала в восточное крыло. Я сто раз ходила по нему.

Но здесь он не такой.

Здесь нет окон. Вместо солнечных бликов – этот мертвенный свет из ниоткуда. Вместо портретов великих магистров на стенах – тёмные провалы, от которых веет леденящим душу холодом. Вместо жизни – тишина. Звенящая, тяжелая, будто сама пустота давит на уши.

– Нет, – шепчу я, и голос звучит глухо. – Не может быть.

Отступаю на шаг, врезаюсь спиной в стену, и руны под моими лопатками начинают пульсировать чаще, будто почуяли живую плоть. По телу прокатывается волна дрожи, страх снова сковывает всю меня.