Он насторожен.

– Эллария, красавица, – тянет он, – а не слишком ли много вопросов для столь раннего утра? Может, вернёмся в столовую? Я угощу тебя чаем, и мы обсудим что-нибудь более приятное. Например, как ты прекрасно выглядишь в этой форме. Или как драконы умеют заботиться о своих избранницах.

– Арден! – вспыхиваю я, понимая, что он пытается увильнуть от ответа. Но со мной этот номер не прокатит. – Я серьёзно! Хватит шутить. Расскажи мне о магистре Спейн. Ты ведь что-то знаешь! Я нутром чую.

Он вздыхает, проводит рукой по волосам. Светлые пряди становятся ещё более лохматыми, но это ничуть его не портит. Арден чувствует, что я не отстану от него. Смотрит по сторонам, и я понимаю, что даже в этом закутке мы невольно становимся объектом чужого интереса. Нас видят другие адепты, шушукаются, как обычно.

– Эллария, – говорит Арден чуть мягче, – ну зачем тебе это? Эверхарт – взрослый мужчина. Он сам разберётся со своими проблемами. А ты… ты рискуешь. Влезаешь в такие дела, из которых потом не выберешься.

– Это моё дело, – твёрдо отвечаю я. – Мне нужно знать правду.

Мы с Арденом играем в гляделки. И я прикладываю все силы, чтобы не сдаться под его натиском. Сложно. Потому что его драконья воля так и пытается меня прогнуть. Это ощущается как что-то давящее, тяжёлое. Но в конечном итоге он вздыхает, отводит взгляд в сторону.

– Упрямая, – констатирует он.

– Арден.

– Ладно, – сдаётся он, снова оглядываясь по сторонам. – Но только не здесь. Пойдём в укромное местечко.

Он берёт меня за локоть и ведёт дальше по коридору, сворачивает в ещё более тёмную арку, где нас точно никто не увидит. Здесь нет окон, это место такое мрачное и холодное, что моя магия невольно напрягается. Но пока ещё держится внутри.

– Корден ведёт своё расследование, – говорит Арден тихо, наклоняясь к моему уху. – Мы помогаем. Я, Кайрен, Элориан. Драконы, знаешь ли, умеют хранить тайны. Но ты об этом никому не говори. Поняла?

Я киваю, боясь радоваться раньше времени. Неужели он всё мне выложит? А ведь я так и знала, что они участвуют во всём этом! Чувствовала же!

– Айрис вырубилась на балу, – продолжает Арден хмуро. – Сутки провела в беспамятстве. Но сегодня очнулась. Ей лечит целитель Феллан, говорит, всё будет хорошо.

Феллен – лучший. Он уже много лет служит при академии. Я ещё не бывала в лазарете и надеюсь, что туда не попаду никогда, но на экскурсии по корпусам Ширении видела этого мужчину. У него необычные красные волосы, а сам он молодой и симпатичный. Располагает к себе.

Арден замолкает, делает паузу.

– Но вот что с ней… это непонятно.

– Непонятно? – переспрашиваю я.

– Не похоже на отравление, – поясняет Арден. – И на проклятие не похоже. Феллан сказал, что это магическое истощение. Но это такое… стандартное объяснение для всего, что не попадает под стандартные нормы. Считай, будто кто-то выкачал из неё силы. Или она сама их куда-то истратила.

Я лихорадочно думаю. Бал, танцы, закуски… Чем там Айрис могла заниматься, что дошла до магического истощения? Странно. Даже представить себе не могу. Может всё-таки это кто-то извне на неё воздействовал?

– Магическое истощение? – повторяю я задумчиво, почёсывая кончик носа. – И что же она сказала? Сама пользовалась магией или кто-то из неё вытащил её?

Арден пожимает плечами.

– Неизвестно. Она ничего не помнит. Последнее, что осталось в памяти – что она общалась с Эверхартом, – произносит он и внимательно смотрит на меня. – Тесно общалась.

Меня передёргивает от этого слова «тесно». Неприятно, остро, до тошноты. Я знаю, что Арден специально пытается меня задеть сейчас. Знаю, что у Эверхарта не было с Айрис ничего, кроме разговоров. Но в груди всё равно колет так, будто кто-то вгоняет иглу под кожу.

Арден, естественно, замечает перемену в моём настроении.

– Ай-яй-яй, – тянет он со смешком, гад такой. – Ревнуешь, дорогая? А я ведь предупреждал. Драконы лучше. Драконы не заставляют тебя мучиться неизвестностью. Драконы говорят прямо, чего хотят. И они умеют быть верными.

– Арден, – выдыхаю я, снова смущаясь его слов. – Прекрати, пожалуйста.

– Что? – невинно переспрашивает он, но я вижу, как в его глазах мелькают озорные огоньки, которые видны даже в полумраке этого места. Глаза горят ярче расплавленным золотом. – Я просто напоминаю о своих преимуществах.

Я смотрю на этого красивого, наглого, самоуверенного дракона, у которого в глазах отражается надежда. Он всё прикрывает шуткой, но я понимаю, что невозможно тянуть дальше. Вот и наступил тот самый момент. Я должна сказать это. Сейчас.

Арден заслуживает правды. Он должен знать, что я уже выбрала. Моё сердце выбрало, и я ничего не могу с этим поделать. Нельзя заставить себя любить кого-то по указке.

– Арден, – говорю я тихо. – Я определилась.

Он замирает. Улыбка медленно сползает с его лица. Дракон становится серьёзным. Таким, каким я его почти никогда не видела.

– Ясно, – произносит он после долгой паузы. – И что же ты решила?

– Я не могу быть с тобой, – говорю я, с трудом проталкивая слова через ком в горле. – Ты… замечательный. Правда. Красивый, умный, весёлый. Идеальный парень. Любая девушка была бы счастлива быть с тобой.

– Но не ты, – заканчивает он за меня.

– Но не я, – киваю я, чувствуя, как глаза пощипывает от подступающих слёз. – Прости.

Мы молчим. И мне кажется, будто прямо сейчас моё сердце разрывается на куски. Я не сомневаюсь в своём выборе. Я уже пропала, я вся погрязла в Дэмиане, но мне ужасно больно видеть эту бурю в глазах Ардена, которую он пытается погасить.

Успешно, надо сказать. Маска садится обратно, и он даже кривит губы в усмешке.

– Я знал, – кивает он. – Знал с того момента, как увидел вас на балконе. Как ты выходила от него вся раскрасневшаяся и растрёпанная. И как он смотрел на тебя на балу…

– Арден…

– Не надо, – перебивает он. – Я ведь понимал, на что шёл. Драконы не сдаются, помнишь? Но они умеют проигрывать с достоинством.

Он протягивает руку, касается моего плеча.

– Мы ведь всё равно останемся друзьями? – спрашивает он.

– Обязательно, – киваю я.

Слёзы катятся по щекам. И я радуюсь, что здесь мы друг друга почти не видим. Ужасно неудобно, что я разнылась. Но в какой-то степени я чувствую облегчение, что сказала ему всё, как есть. Теперь, надеюсь, между нами не будет никакого напряжения. Хотя шуточки, уверена, никуда не денутся.

– Если что, я рядом, – спокойно произносит Арден, он берёт себя полностью в руки. – Если он тебя обидит – только попроси, и я ему голову откушу.

– Арден, ты невыносим, – смеюсь я сквозь слёзы. – Возьму на заметку.

– Вы что, с ума сошли? – Ник смотрит на нас так, будто мы только что предложили поджечь академию. – Пробраться в лазарет? Средь бела дня?

– А что нам остаётся? – пожимает плечами Лика. – Ночью туда не пройти. Сам ведь знаешь, что охрана усилилась после того, как Эверхарта заперли.

– Вот-вот, – поддакиваю я. – А днём можно прикинуться добровольцами. Идеальное прикрытие. Тихо, мирно, под видом заботливых адепток.

– И кто поверит, что вы заботливые? – фыркает Ник.

Я запускаю в него подушкой. Лика хихикает. Ну вот спелись уже. Два сапога пара.

– Прекрати, – шиплю я. – Если у тебя есть идеи лучше, то предлагай! Если критикуешь, то в ответ должно быть что-то конструктивное!

Ник молчит некоторое время, обдумывая. Потом вздыхает и трёт переносицу. Кажется, против нашей безумной идеи у него нет никаких аргументов. Мы итак полвечера провели вчера за обсуждениями. Потому что я своим друзьям весь мозг проела, что не буду сидеть в стороне, пока что-то странное творится да мой магистр под подозрением.

Они, конечно, быстро смекнули, что я не обманываю и реально могу что-то выкинуть, так что включились в разговор и обдумывание плана. И вот после ночных дум, мы с утра пораньше на совместном консилиуме решили проверить первую зацепку.