Я качаю головой. Ну и что с ним делать? Как объяснить человеку, точнее дракону, который привык побеждать, что не всё в этом мире зависит от его желания?

– Ты безнадёжен.

– А ты – нет, – серьёзно говорит он, и в его глазах вспыхивает что-то тёплое. – Ты совсем не безнадёжна. Ты просто пока не поняла, что с драконом веселее.

– Арден!

– Ладно-ладно, – усмехается он, но я вижу, что в его глазах пляшут весёлые огоньки. – Шучу. Почти.

Музыка заканчивается, и мы останавливаемся посреди зала. Я смотрю на Ардена, и в груди теплеет. Он правда замечательный. Сильный, красивый, уверенный в себе. Жаль, что я не могу ответить ему той симпатией, на которую он рассчитывает. Но мне с ним легко и комфортно. Как с другом.

Он протягивает мне руку. Я смотрю на неё, потом на него.

– Не бойся. Пока не укушу, – забавляется он. – Просто предлагаю проводить тебя в общежитие. Ну или можем ещё танцевать, пить и веселиться дальше. Как скажешь.

– Пожалуй… на сегодня с меня хватит, – усмехаюсь я.

Протягиваю руку и беру его. Его пальцы смыкаются вокруг моих – крепко, надёжно, собственнически. Так, будто он не собирается отпускать.

– А жаль. – Он наклоняется к моему уху, и его голос становится низким, почти мурлыкающим. – Я бы мог устроить такое шоу, что Эверхарт бы захлебнулся от ревности.

– Арден, – шикаю я, понимая, что краснею с молниеносной скоростью.

– Что?

– Ты неисправим.

– Это тоже часть моего обаяния, – улыбается он. – Пойдём? А то магистр, кажется, сейчас испепелит меня взглядом. Будет жалко, если я сгорю – я ведь такой красивый.

Он кивает куда-то в сторону колонн, и я невольно оглядываюсь через плечо.

Вижу Эверхарта. Он стоит с таким видом, будто желает кого-то придушить. Его плечи напряжены, а руки сжаты до такой степени, что костяшки белеют. Он сдавливает бокал так, что, кажется, сейчас он разлетится на мелкие осколки.

Его глаза прожигают Ардена. Возле его ног клубится тьма, которая очень хочет реализовать планы своего хозяина.

Опасный, недосягаемый и мрачный.

Всё как всегда.

– Пусть смотрит, – говорю я, поворачиваясь к Ардену и заставляя себя улыбнуться. – Я вообще-то свободная адептка. Могу гулять с кем хочу.

– Ох, Эллария, – качает головой Арден, и в его голосе слышится восхищение. – Ты такая бесстрашная. Я же говорю: мы с тобой были бы идеальной парой.

Я смотрю на него. Потом на Эверхарта. Потом на дверь балкона, за которой только что рушились и строились заново целые миры.

– Идеальная, ага, – усмехаюсь я, следуя рядом с Арденом к выходу. – Самовлюблённый дракон, восхваляющий себя на каждой шагу, и адептка-катастрофа, которая умеет навлекать на себя приключения. Это было бы весело.

– Вот и я о том же, – горячо заверяет Арден, и его рука сильнее сжимает мою. – Ты бы могла просто дать мне шанс. И я бы показал тебе, как мы, драконы, умеем зажигать.

– Зажигать или поджигать? Уточни сразу.

– А чего бы тебе хотелось? – двигает бровями.

Я закатываю глаза.

Мы выходим из зала. Я чувствую спиной тяжёлый, горячий взгляд Эверхарта. Самое ужасное, что мы даже не поговорили. Опять. Страсть затопила нас обоих и… всё. Он даже с лёгкостью позволил мне уйти с Арденом.

Не остановил. Не позвал. Ни слова. Будто ему плевать.

– Арден, – говорю я, когда мы оказываемся в тишине коридора.

– М?

– Спасибо тебе. За… за всё.

Он останавливается, поворачивается ко мне полностью. На его лице – та самая наглая, самоуверенная улыбка, но в глазах – тепло. Настоящее, человеческое тепло, которое он прячет за маской беззаботного мажора.

– Не благодари, красавица. Я ещё не закончил. У нас впереди целая зима. Сессия, снег, тёмные вечера. И тёмный маг, который будет беситься каждый раз, когда я буду появляться рядом с тобой.

– Ты собираешься его бесить?

– А ты как думала? – усмехается он. – Я дракон. Бесить окружающих – моё призвание.

Я смеюсь. И мне действительно становится легко и просто. Если Эверхарт действительно захочет быть со мной, то его не должно остановить ничего. Он видит, как наши магии сплетаются, как мы подходим друг другу. А если не решится… что ж.

На это я уже повлиять никак не смогу. Я дала ему понять, что я на него реагирую. И теперь всё зависит только от него.

А пока… пока я буду продолжать жить свою жизнь. Общаться с Ликой и Ником, и с Арденом, конечно. И пусть Эверхарт бесится. Сам виноват.

– Чего нос повесила? Рассказывай, что там вчера на балу было?

Лика толкает меня в бок и пытливо заглядывает в лицо. Она, будто чует, что у меня вчера что-то важное произошло. И я понимаю, что от неё так просто не отделаешься.

Мы бредём по утреннему коридору академии. За окнами – серое, хмурое небо, будто сама природа решила, что после вчерашнего веселья нужно немного погрустить. Адепты вокруг идут сонные, кто-то зевает, кто-то трёт глаза, кто-то пытается набрать бодрости из походной кружки с чаем.

И мне бы хотелось рассказать Лике всё. Вывалить на неё этот ворох эмоций, эту бурю, этот поцелуй, от которого до сих пор горят губы. Но я представляю, что она скажет. Опять начнёт свою байку про романтичную историю любви между аномальной адепткой и мрачным магистром. Будет хлопать ресницами и вздыхать: «Ой, Эри, это же судьба!».

А это вообще не о том.

– Всё отлично, – отмахиваюсь я. – Мы танцевали с Арденом. Он очень милый.

– Что? – подруга округляет глаза. – С каких это пор наглый дракон стал милым? Ты решила променять тёмного мага на золотого…

– Ничего я не меняю, – шиплю я и оглядываюсь по сторонам. В коридоре полно народу, и я понятия не имею, кто из этих сонных адептов может оказаться ушастым сплетником. – И хватит уже Эверхарта вспоминать.

Отлично будет, если нас ещё подслушивать будут. Пойдут очередные слухи. То, что нужно адептке, которая на каждом шагу итак цепляет по вороху проблем.

– Ладно-ладно, – поднимает руки Лика, но так прищуривается, будто совершенно мне не верит. – Но ты мне всё равно расскажешь. Я чувствую – ты что-то скрываешь.

– Ничего я не скрываю, – бурчу я, ускоряя шаг.

Академия просыпается. Из столовой доносится запах свежей выпечки и травяного чая. Кто-то смеётся, кто-то спорит о вчерашних танцах. Мы сворачиваем в главный коридор, ведущий к аудиториям, и я почти чувствую спасительную тишину кабинета эфирографии, где можно будет просто сесть и не думать. Но…

– Эри! Лика! – голос Ника разрывает утреннюю полудрёму.

Я поднимаю голову и замираю.

Ник идёт нам навстречу. Но идёт не как обычно – с независимым видом и руками в карманах. Сегодня он… другой. Взгляд уверенный, на губах застыла лёгкая улыбка, которой я на его лице отродясь не видела. Ник направляется прямиком к Лике.

Которая, кстати, вдруг становится красной и кусает губу.

Эм… что вообще происходит?

– Привет, – говорит Ник, останавливаясь перед нами.

– Привет, – выдыхает Лика.

А потом Ник закидывает руку на плечо Лики, притягивает её к себе и… целует. Прямо в губы. В коридоре. На глазах у полусонных адептов, которые вдруг резко просыпаются и начинают пялиться.

И я тоже пялюсь. Долее того, я теперь стою с открытым ртом. Челюсть моя, кажется, только что пробила пол и отправилась путешествовать в подземелья академии.

– Вы… вы… – выдавливаю я, когда они наконец отрываются друг от друга. – Что?!

Лика смущённо улыбается, поправляя волосы, но на меня не смотрит. Ник же выглядит так, будто ничего особенного не произошло. Будто целовать мою лучшую подругу на глазах у всей академии – это обычное дело. Каждый день так, считай, развлекается.

– А мы тут вчера встречаться начали, – говорит Лика, и её щёки пылают.

– Вчера? – я перевожу взгляд с неё на Ника и обратно. – На балу? И не сказали мне?

– Ну да, вчера, – кивает Ник спокойно. Я замечаю, как его пальцы собственнически сжимают плечо Лики. – И там… ну, как-то само собой получилось.