– Ты не понимаешь, это другое. – хихикнула Элеттра.

– Я бы не вышла за него. – надменно отмахнулась Рената. – Даже если бы он был последним мужчиной на земле, то не стала бы. – горячо уверяла нас Рената.

Элеттра хитро улыбнулась.

– Тогда, может, скажешь ему об этом лично?

Я и Рената синхронно обернулись, будто по команде. В дверях Ла Рива Нера стоял Фауст и Этторе. Второй сканировал гостей взглядом, ехидно усмехаясь.

Я раскрыла рот от удивления.

Фауст говорил, что будет работать до позднего вечера. Я и подумать не могла о том, что его «удивить меня» значило, что Руджери приедет в наше с девчонками место!

– Ты знала? – обратилась ко мне Рената с нотками осуждения в голосе.

Отвечать было уже поздно. Этторе кивнул в нашу сторону и они с Фаустом деловито пересекли зал.

– Милые дамы! – поприветствовал нас Д’А́нджело, расплывшись в хищной улыбке. – Воистину, такими темпами я уверую в судьбу!

– Какая неожиданная встреча. – саркастично фыркнула Рената, когда Этторе занял место напротив неё. – Какими судьбами?

– Проснулся сегодня с мыслью о том, что мне жизненно необходимо лицезреть нечто прекрасное каждый день. – бесстыдно прощебетал Д’А́нджело, откинувшись на спинку стула. – Поэтому шел на зов сердца.

– Раф? – позвал меня Фауст, кивнув в сторону дверей. – Не против отойти на минуту?

Я бросила беглый взгляд на Элеттру, что мечтательно наблюдала за спорящими Ренатой и Этторе и последовала за Фаустом.

Муж обнял меня за талию и повёл к барной стойке, чмокнув в висок.

– Я скучала. – неожиданно для самой себя выпалила я и Руджери тихо рассмеялся.

– Теперь тебе не придётся скучать.

– Ты уволился? – мои брови поползли наверх, когда мы остановились возле барной стойки. Уже давно знакомый мне бармен Джоули напряженно наблюдали за Фаустом, натирая и без того чистый бокал.

– Нет. – широко улыбаясь покачал головой Руджери, спрятав руки в карманы брюк. – Теперь ты тоже работаешь.

Я смотрела на Фауста не моргая, а потом истерично рассмеялась.

– Хочешь взять меня ассистенткой?

Страшно было представить, как Фауст притащит меня в свой офис и заставит заниматься чем-то вроде маркировки служебных документов.

Я совершенно ничего не понимала в технике!

– Нет. Управляющей.

Фауст казался совершенно серьезным. Я осела на высокий стул, чувствуя, что вот-вот рухну в обморок.

Меня никогда не жаловали точные науки, а уж управлять людьми, которые занимаются разработкой техники я точно не смогу!

Панически хватая ртом, воздух я ошарашенно прошептала:

– Но я совсем ничего не понимаю в твоих этих компьютерах… Фауст, я польщена, что ты решил скрасить мой досуг, но…

Руджери как-то странно скривился, а потом вытащил из кармана ключи, перевязанные изумрудной ленточкой и положил их передо мной на барную стойку.

Я смотрела на десяток ключей на металлическом кольце, хлопая глазами.

– Ты хочешь, чтобы я работала… кем? – я подняла брови, уставившись на мужа. Тот положил руки мне на плечи и мягко улыбнулся.

– Кажется, ты упоминала, что здесь сократили штат. Думаю, теперь ты сделаешь всё так, как хочется тебе.

– Я… я не понимаю… – беспомощно промямлила я.

– Ла Рива Нера теперь точно твоё личное место. – улыбнулся мне Фауст, указывая на ключи. – Я купил тебе этот ресторан.

Я лежала на диване, закинув ноги на спинку, в очередной раз обзванивая бывший персонал Ла Рива Нера и уговаривая их вернуться.

На столе лежали кипы документов: финансовые отчёты, списки поставщиков, договора с подрядчиками…

От свалившейся на меня информации кружилась голова, но я действительно впервые чувствовала себя на своём месте.

Фауст сидел за своим столом, что-то печатая с серьезным лицом.

Его кабинет внезапно стал нашим общим.

Было едва заметно, как Фауст раздражался тому, что я захватила его пространство, но он героически молчал.

– Ну как успехи? – поинтересовался Руджери, не отрывая глаз от монитора.

– Почти все повара согласились. – на выдохе произнесла я, вернувшись к списку подрядчиков. – Только вот моя любимая официантка забеременела и не сможет работать в ближайшее время.

То, что только благодаря документам я наконец-то узнала её имя – было стыдно.

– Ты говорила, она студентка. В скором времени ей понадобятся деньги, так что она выйдет на работу гораздо раньше.

Фауст говорил как аналитик. Или как кусок гранитной плиты.

– А что насчёт меня? – выпалила я. Не найдя лучшего момента, чтобы обсудить вероятность рождения детей.

Фауст посмотрел на меня из-за монитора, и его пальцы зависли в воздухе, так и не коснувшись клавиатуры. Он молча сверлил меня взглядом, пока я не продолжила:

– Ну, если я тоже… когда-нибудь… – невнятно мямлила я. Наблюдая за тем, как Руджери поднялся из-за стола и, остановившись передо мной, присел на корточки.

– У нас будет ребенок? – не веря переспросил Фауст, вцепившись в мою ладонь.

Я нервно сглотнула ком, вставший поперёк горла.

Фауст выглядел потрясенным.

– Я имела ввиду, что, может…

– Говори прямо. – потребовал он, крепче сжав мои пальцы.

– Я просто хотела сказать, что это ведь когда-то произойдёт со мной? – я заглянула в глаза Фауста и тот, замешкавшись всего на мгновение, тепло улыбнулся мне в ответ.

– Конечно. – выдохнул он, явно почувствовав облегчение. – Если ты хочешь. – поспешно добавил Фауст.

Конечно, я хотела детей, но сейчас это казалось чем-то неправильным.

Мы были мужем и женой полгода, но только сейчас начали по-настоящему сближаться.

На нашем пути к «долго и счастливо» больше не было преград, и я наконец-то смогла почувствовать себя не только желанной, но и единственной.

Наверное, мне стоило что-то сказать, но я так боялась нарушить наш хрупкий мир одной неосторожно брошенной фразой, что смолчала.

Фауст воспринял тишину по-своему.

– Пойдём? – Руджери поднялся и по-джентельменски протянул мне ладонь.

Я проследовала за ним в гостиную, где Фауст включил телевизор, который раньше казался мне предметом интерьера, нежели техникой, которой реально кто-то пользовался.

– Закажешь лапшу? – обратился ко мне он, направившись на кухню.

Мы дали Розарии небольшой отпуск. Хотелось побыть вдвоём после всех потрясений, но она всё равно приходила к нам по пятницам.

– Да, конечно. – кивнула я, не обратив внимание на то, что Руджери ушел.

Сделав заказ я вооружилась пультом и листала каналы, когда в гостиную вернулся Фауст с двумя бокалами вина. Его безупречное лицо застыло в какой-то странной полуулыбке.

– Подумал, нам нужно расслабиться. – игриво подмигнул мне он, садясь рядом. – Да и повод появился. – Фауст протянул мне бокал, обняв за плечи.

– Повод? – подняла одну бровь я, отпивая вино.

Терпкий вкус растекся по языку, обжигая горло.

Не хватало только напиться!

Я не помнила, когда в последний раз ела: было слишком много дел с Ла Рива Нера, бумагами и подрядчиками, половина из которых шли в подарок к покупке.

– Как тебе? – Фауст указал на бокал в моей руке.

– Миндаль? – неуверенно уточнила я. – Рената говорит, что цианид имеет вкус миндаля.

Фауст усмехнулся, мазнув меня носом по щеке.

– Она ужасна. – рассмеялся он. – Откуда в ваших головах столько мрачных мыслей?

– Жизнь такая. – пожала плечами я. – Скажи своему другу, чтобы ничего у неё не брал.

Фауст закатил глаза, зарываясь носом в мои волосы.

Моё тело окутало теплом его тела и запахом парфюма, который, казалось, уже успел въесться в мою кожу.

– Этторе помешанный. – Фауст болтал вино в своём бокале, следя за тем, как багровая жидкость омывала тонкие стеклянные стенки.

– Как вы познакомились? – задала давно интересовавший меня вопрос я. – Вы учились в разных местах, владеете не пересекающимися сферами влияния.

– С Этторе? – поднял бровь Фауст, в очередной раз пытаясь поймать меня на повышенном интересе к его другу.