– Плохо получается. Или ты хорош только со своей девкой?

Фауст шагнул ко мне, от испуга кружка выскользнула из моих рук, разлетевшись по полу десятком осколков и кипятком.

– Что ты творишь? – на выдохе прошептал Руджери, запустив свободную руку во всклоченные непогодой волосы.

Я смотрела на свои ступни, раскрасневшиеся от горячей воды.

– У нас был уговор. – я чувствовала, как слёзы застилали глаза. Секунда и я смотрела на разбросанную по полу бумагу вперемешку с осколками будто бы через аквариум. – Я не ставлю под угрозу твою репутацию, а ты – мою. Или Аурелия не в счёт?

– Ты уже уничтожила всё, что могла. Мужчины врут женщинам, чтобы получить то, что они хотят, Рафаэлла. Так было и будет всегда. – его слова прозвучали как приговор.

В кармане пиджака зазвонил мобильный. Я направилась обратно в поисках туалета. Фауст угрожающе бросил мне в след:

– Мы не договорили!

Я судорожно дергала за ручки дверей в коридоре. Сначала наткнулась на спальню. Постельное бельё было разворочено, как осиное гнездо. К горлу подкатила тошнота, и я продолжила поиски.

Адреналин подталкивал меня в спину, когда казалось, что всё это бессмысленно.

Позади послышались неторопливые шаги Руджери, когда я наконец-то захлопнула дверь ванной комнаты и заперла её на замок.

Фауст постучал. Не громко, но этого хватило, чтобы я едва не выронила телефон на кафель.

– Да? – прохрипела я. Включая трясущимися руками воду.

– Ты нашла то, что я просил? – послышался обеспокоенный голос Таддео Монтолоне из динамика. Фауст вновь постучал в дверь.

– Да. – я шмыгнула носом, стараясь говорить как можно тише, будто это могло скрыть от него мою ложь.

– Завтра в Беллум. Шесть вечера. Отвяжись от охранника. – четко инструктировал меня Таддео, не зная, что я сползла вниз по стене, кусая пальцы. Чтобы не разрыдаться в голос.

Я проснулась следующим утром, с удивлением обнаружив Руджери, сидевшим на краю постели. Он был без футболки, но это не то, что привлекло моё внимание.

Фауст рассматривал проступившие на моих запястьях синяки после того, как он пытался удержать меня перед домом на Санта Лукреция.

Я замерла, наблюдая за тем, как он сокрушенно опустил голову и замер. Растрепанные волосы бросали тени на его побледневшее лицо. На скуле растекся лиловый синяк.

– Я знаю, что ты не спишь. – тихо заговорил Фауст. – Мне нужно ехать в офис. У Адриано проблемы. – он тяжело вздохнул и похлопал по одеялу, между нами, будто оно было непреодолимой стеной. – Мне жаль, что всё так получилось. Не поверишь, но я хотел совсем не этого от нашего брака. – Фауст вновь замолчал, покачав головой. – Я приеду, и мы поговорим, ладно? – он ждал, что я отвечу, но я не планировала этого делать. – Без рукоприкладства. – добавил он, печально усмехнувшись.

Фауст молчал ещё минуту, а после поднялся и исчез за дверью ванной. Включилась вода.

Накрывшись с головой одеялом и, я не заметила, как уснула.

Я открыла глаза к полудню. Снова одна в пустой спальне. Монолог Руджери казался мне сном.

Воспоминания о том, как мы добрались до дома, после моей вчерашней истерики на полу его уборной, застилали разум хаотичной пеленой из вспышек.

Нужно попасть в кабинет Руджери, собрать бумаги, которые могут заинтересовать Таддео и использовать этот шанс сбежать.

Приняв душ, я старательно рассчитывала, как смогу избавиться от Марко.

К счастью, в обед Марко сидел за столом с чашкой кофе в руках. Он был совершенно убитый.

– Зачем ты пришел на работу с температурой? – деланно возмущалась я, следя за тем, чтобы Розария не плюнула мне в чашку с кофе. – Я боюсь микробов!

Розария хмыкнула.

Это было правдой лишь на половину, а потому я не видела себя злостной лгуньей.

К моему счастью, Розария уже приготовила еду для ужина, а потому счёт шел на минуты до её ухода.

– Мистер Руджери велел мне присматривать за вами. – Марко кашлянул. – Я даже подходить не буду.

Помнится, в моей аптечке было сильное снотворное.

План был отвратительным с моральной точки зрения, но он имел все шансы на успешное исполнение.

– Давай я намешаю тебе лекарств от простуды? – без особого энтузиазма поинтересовалась Розария, поставив передо мной чашку с кофе.

Если Марко согласится, то это отдалить Розарию от поездки домой ещё на десять-пятнадцать минут и эта перспектива ничуть её не прельщала.

– Я сама. – вклинилась в разговор я, чтобы Марко не успел согласиться. – Вы свободны. – обратилась я к Розарии, что развешивала кухонные полотенца сушиться.

Дважды повторять не пришлось.

Розария исчезла, будто её сдуло ветром.

Марко кашлял и сморкался, пока я отправилась в свою спальню. Под кроватью, в коробке с пистолетом лежал небольшой сверток с лекарствами.

Я прятала их по одной простой причине: выпить когда-нибудь таблетку из рук Фауста Руджери было для меня недопустимой глупостью.

Не то чтобы я боялась, что он меня отравит. Скорее, справедливо опасалась.

В стакан с водой я накапала снотворное. Не слишком много. Мне не нужен был труп Марко, он был куда приятнее моего мужа.

Прозрачный сироп пах травами и чем-то горько-сладким. Я вооружилась пачкой жаропонижающего и спустилась на первый этаж. Марко всё ещё кашлял.

– Выпей и ляг на диван. – командовала я, протянув ему стакан со снотворным и таблетку.

Марко без сомнений запил лекарство и поморщился.

На моей душе заскреблись кошки.

Я только что предала доверие человека, который безоговорочно мне верил.

– Я совсем немного. – оправдывался Марко, подходя к дивану. – Если что-то понадобится, толкните меня, пожалуйста.

– Конечно. – я накрыла Марко пледом, но моего ответа он уже не услышал.

Рванув на второй этаж, я без труда распахнула дверь в кабинет Руджери, но замерла на пороге.

Казалось, ещё один шаг и я совершу непоправимую ошибку. Тогда Фауст точно меня прикончит.

Готова ли я к тому, что последует после того, как я разрушу жизнь своего мужа, которого даже не знаю?

Следующий час я провела за тем, что собирала бумаги, потом позвонила врачу и попросила его приехать проверить Марко. Оставила записку для Руджери, если тот приедет раньше.

Согласно лживому письму я встречалась с Ренатой Фальконе у неё в квартире. Правда, было одно «но».

Адрес, что я оставила, принадлежал не дому Фальконе, а семье Ринальди.

Это место было совершенно в противоположной стороне от ресторанчика Беллум, что находился в квартале моды.

Сидя за столиком, я крепко держалась за сумочку, что покоилась на коленях, ожидая прихода Таддео Монтолоне.

Нервы были натянуты, словно струна.

Я пожирала взглядом вход в ресторан, вздрагивая от каждого официанта, что появлялся поблизости.

Всё вскроется. Всё вскроется. Всё вскроется.

Я пыталась себя успокоить тем, что мне просто нужно отдать документы Монтолоне, а остальное он сделает сам.

Ещё большим аргументом моего спокойствия был сорок пятый калибр с глушителем, что покоился на дне сумки.

Когда Таддео появился в поле зрения, я едва не выпрыгнула из шелковой юбки от радости.

– Привет. – тепло улыбнулся Таддео, садясь напротив меня. – Как ты?

Благодаря водолазке с длинным рукавом мне удавалось скрыть синяки на запястьях от остальных, но Таддео должен был знать, что я тоже рисковала.

Может, тогда он пошевелится. Чтобы разрушить жизнь Фауста Руджери?

Я неспешно закатала край рукава, обнажив синяки на бледной коже. Таддео в ужасе открыл рот.

– Руджери часто поднимает на тебя руку?

Я старалась отогнать от себя воспоминания о том, как просыпалась в его объятиях среди ночи.

– Почти каждый день. – нагло солгала я, пряча синяки под бирюзовой тканью.

Если приходилось быть лгуньей, то ничего не мешало мне оставаться ей до победного.

Таддео покачал головой, поджав губы.