Александр задумчиво вздохнул:

— Я передам всю эту информацию. Мы будем говорить об этом сегодня, устроим наш совет. Думаю, мы вас поддержим. В любом случае не будем мешать. Правда на вашей стороне. Удара в спину не будет. Зная то, что будут делать испанцы, индейцев осуждать нельзя. Атланты не воевали уже несколько веков, мы слишком привыкли к комфорту и осознанию своей значимости, мы не можем вас судить.

Индейцы не знают календаря, времена года на Карибах определяются по количеству осадков, самый сухой длится зимой. В Баракоа самое дождливое время осенью, именно в это время всегда ожидают приход трех кораблей. Сейчас опять наступил дождливый период. Значит, всё может быть. Каждая осень — время, когда всё может быть очень плохо.

В уютной горной долине собрались все женщины, дети и старики, так каждый год. Сейчас, с появлением огромных духов, их невероятных тележек, перемещающихся на большие расстояния, и их загадочных луков, стреляющих далеко и метко, страшно не так, как обычно. Страшно чуть меньше. А может, все уже привыкли? Нужно дождаться конца сезона дождей, и тогда можно ничего не бояться до следующей осени.

Если бы их спросили, почему они каждый дождливый сезон проводят в горах, они бы, даже не задумываясь, сказали, что так было всегда. Они уже и забыли, что шесть лет назад они тихо жили в своих маленьких деревеньках и понятия не имели о белом враге. Белая смерть прочно вошла в их эпос, о ней старики рассказывают своим внукам, а матери — детям. Эту напасть никто не видел, но все знают: человек с белой кожей (а такое вообще может ли быть?) несет зло и страдания.

Эта осень была такой же, как всегда. В горной долине сезон дождей замечательный: все дожди, поднимаясь с водной морской глади, изливались на склонах, а на вершинах, между гор, было сухо. Женщины собирали очередной урожай картофеля и томатов, вязали, шили, пели песни и рожали детишек. В этом году они рождались один за другим, будто торопились опередить друг друга и скорее увидеть свет. Неизменный шаман Беике принимал каждого ребенка и просил духов благословить его дальнейшую жизнь. Но теперь в долине есть настоящий женский врач по имени Аэлита. Вооруженная знаниями атлантов о беременности и родах, двухметровая Лита, как ее теперь все называли, тоже была в тягости и с восторгом вслушивалась в себя. До сих пор она никогда не испытывала этого чуда.

Каждый день голосовая связь приносила новость с побережья, что новостей нет, и уносила вниз весть следующему папаше о очередном рождении и благословении духов. Но эта осень не стала такой, как все предыдущие шесть. В одно не прекрасное утро шаман Беике зашел в дом вождя и сказал:

— Я говорил с духами. К нам приближаются три большие, как гора, лодки белых людей.

Сидевшая с шитьем в руках Валя уронила детское платьице, которым занималась:

— Ты уверен? Может, это карибы?

Но Беике грустно покачал головой.

— Я отправляюсь вниз к вождю Уаме. Я нужен там. К вам я отправлю Ди.

Вождь Уама внимательно выслушал Беике, кивнул и пошел созывать большой совет.

— Это всего лишь видения шамана, разве мы можем им верить? — удивлялись атланты.

Но Беике никогда не ошибался, не ошибся он и в этот раз. Итак, именно этот год оказался 1492 годом.

И наконец самый зоркий воин, стоявший на специально оборудованной вышке с оптическим прибором атлантов в руках, послал звуковой сигнал: «Вижу три лодки». Началось...

Атланты предложили план, он был немного странный, но вполне мирный. Валентина написала письмо на испанском, которое размножили в трех экземплярах, их должны отправить на корабли с помощью метких стрел. Письмо гласило, что прибывшим на территорию Кубы надлежит спуститься на берег и сдать оружие, иначе они будут уничтожены вместе с кораблями. В то, что конкистадоры послушаются, веры никакой не было. Но убивать людей без предупреждения, просто зная о том, что они сделают в будущем, было не по душе. Атланты вполне могут передвигаться на своих транспортных средствах над водой, они погрузят сдавшихся испанцев и отвезут на восточное побережье Америки... В районе будущей Флориды у них будет шанс выжить, а связи с испанской короной у них не будет.

Утром три белых паруса было видно уже невооруженным глазом, три белых точки видел каждый, стоящий на берегу. Корабли приблизились и встали на рейде, совсем недалеко от берега. Испанцы чувствовали себя уверенно и ждали, когда местные аборигены подплывут к ним с дарами, но вместо этого...

Стрела, принесшая письмо на испанском языке, произвела фурор на судах. Какие-то дикари пишут письма и повелевают подданым короны сдавать оружие и угрожают потопить суда? Колумб намеревался отправить экспедицию на берег в поисках богатых городов индийских королей, а вместо этого индейцы, так приветливо и миролюбиво встречавшие его на соседних островах, присылают ему письмо на необычном испанском языке и угрожают потопить его корабли? Еще чего!

По команде Колумба его армада попыталась высадиться на берег, чтобы показать дикарям, что может белый человек, но вместо этого дикари показали белым людям, что могут они. В днищах кораблей одновременно оказались огромные пробоины, и они синхронно начали тонуть. Люди в отчаянии выбрасывались за борт и плыли к берегу. Совсем скоро все уцелевшие, обезоруженные испанцы сидели на берегу и переглядывались испуганно... На следующий день испанская речь впервые зазвучала на американской земле. Очнувшись от беспамятства, в которое их погрузили, открыватели Индии увидели себя на песчаном пляже, который когда-то потом станет называться Майами Бич. Так бесславно закончился их вояж.

Валя с детства мечтала о большой семье. Сейчас она обрела потерянных давно маму и папу, да она и сама — мама и сестра. У ее двухметровых родителей родился славный бутуз, которого назвали Маркусом. С мамой можно поговорить обо всем на свете, как же она мечтала об этом в детстве...

— Знаешь, мы так скучали по тебе, было так больно о тебе вспоминать. Потом пытались снова стать родителями, но ничего не получалось, дети у атлантов не рождались уже лет с пятьдесят.

— А почему, мам, было известно почему?

— Надо спросить Аэлиту, но, думаю, и она не знает. Атмосфера там была тягостная, наверно, и не надо было детям там рождаться...

Атланты жили долго, более 120 лет, то ли генетика, то ли медицина тому виной. Валя иногда смотрела на их совершенные лица и думала, что их создали искусственно, не бывает таких одинаково красивых людей. Однажды врач Аэлита подтвердила ее мысли:

— Пары для рождения детей подбирались в лабораториях, сначала долго проверяли их гены и совместимость... Все параметры ребенка подбирали медики... Каждый ребенок был медицинским проектом... Наверно, природа взбунтовалась против такого насилия.

— Мам, а давай принесем в этот мир наш, а? Давай устроим Новый год и 8 Марта? И дни рождений?

Мама рассмеялась: «Не поверишь, а я об этом мечтала...»

Ну что ж, эта страшная осень закончилась, а впереди Новый год, тот самый... Можно украсить сосны и выучить с детьми новогодние песенки о елочке и встречать утро Нового года, оставив позади прошлое, мечтать о следующем, обязательно лучшем годе. Дарить подарки и радоваться тому, что у тебя есть.

Пако настаивал на Рождестве, но объяснить индейцам и атлантам, что это такое, было невозможно. Да и незачем. Новый год был у многих народов, придумать что-то подобное было легко. Здесь, в теплом климате и при нескольких урожаях в год, это было невозможно связать с сельским хозяйством, но они связали его с сухим сезоном и окончанием дождей.

День выбрали самый правильный — день зимнего солнцестояния. Министр культуры Пако не подкачал, было весело и радостно, это был настоящий праздник. И у них была украшенная ракушками и самодельными игрушками сосна, были подарки всем детишкам, и праздничные песенки, и танцы вокруг импровизированной елки, и настоящий хоровод, и шаман Беике, переодетый в Санту, с белой бородой из хлопка, зачем борода и красный колпак, никто, кроме пяти человек, не понял.