В этот момент мне захотелось ударить себя по лицу ладонью. Вот честно. На фоне всего произошедшего за последние дни эта маленькая подстава от Нечаева буквально вылетела у меня из головы по той простой причине… да потому, что мне было на это наплевать. Вот правда. Столько всего происходит, что голова кругом идёт, а тут Марико с покупкой подарка. Вот оно мне нужно?

– Слушай, Марико, давай ты сама что‑нибудь купишь, хорошо? А деньги я тебе потом…

– Нет, не хорошо, – отрезала она. – Я не собираюсь одна отдуваться, как в прошлый раз! И вообще…

Она продолжала говорить… даже не столько говорить, сколько жаловаться. Мне. Ага, нашла жилетку. У меня своих проблем хватало. К чему заниматься ещё и разгребанием чужих? С другой стороны, а почему бы и согласиться? Нет, не из‑за её жалоб, а просто для того, чтобы отдохнуть. Марико хотела поехать в какой‑то торговый центр, чтобы выбрать подарок там. Вот и шанс провести день хоть в каком‑то спокойствии. Почему бы и нет?

– Я бы ограничился бутылкой хорошего виски, – произнёс я. – Или коньяка…

– Говорила же, – тут же пожаловалась Марико. – Это не сработает. Дарили уже. Он его потом заму по административной работе со второго этажа отдал…

– Ну и нафига вообще тогда что‑то дарить? – задал я резонный вопрос. – Если он так на ваши подарки реагирует, к чему весь этот цирк?

– К тому, что это традиция, – огрызнулась в ответ Марико.

Мы с ней шли по широкой аллее торгового центра. Встретились тут час назад. Честно говоря, я считал, что у неё есть какой‑то план. Ну там список вариантов или ещё что. Как оказалось, нет. Потому что вопрос «ну, что будем дарить» я услышал сразу же, как встретился с ней у входа в торговый центр. Тем самым Романова решила дать мне понять, что никаких здравых идей у ней не было и в помине.

– Марико, традиция традиции рознь. Зачем дарить подарок, если он потом окажется в мусорке…

– Важно не то, что подарок в мусорке окажется, а то, кто будет заниматься архивной ревизией…

– Чем? – ляпнул я, и Романова тут же уставилась на меня с таким видом, будто я какую‑то глупость сморозил.

– Старые дела перебирать, – добавила она. – Перебор всей документации Управления за двенадцать месяцев. Мы её каждый раз в конце года делаем, в ноябре.

Не, ну, допустим, логично. Учитывая, сколько бумаги через них проходит, могу представить себе объёмы.

– И кто этим обычно занимается?

– Одна из групп на выбор Платонова.

– Ясно. А подарок – это ваш способ жеребьёвки? Так если он всё выкидывает, может лучше и вовсе ничего не дарить?

– В прошлом году ребята из группы Валентина ничего дарить не стали. Так их туда и отправили…

– И теперь вы всё равно что‑то дарите, лишь бы вас не назначили прокажёнными, – закончил я за неё. – Господи, какой идиотизм.

– Эй, везде свои нюансы. Разве у вас в столице ничего такого не было?

– Нет. Мы работали, как нормальные люди, – быстро соврал я. – Спокойно занимались своими делами и…

– Кстати об этом, – Марико пристально посмотрела на меня. – Я слышала, что ты отдал своё дело Черепанову.

Слышала? Интересно, где именно.

– Слышала?

– Да, – невозмутимо проговорила она, хотя по её лицу скользнул лёгкий намёк на неприязнь, когда она произнесла фамилию прокурора.

– Это где же?

– Да не важно…

– Нечаев сказал? – предположил я и, к собственному удивлению, оказался прав.

– Он обмолвился об этом в пятницу, – ответила Марико и тут же добавила. – Не со мной, если что.

– Угу.

– Угу? Это что ещё значит⁈

– Ничего, Марико. Ну отдал я его Черепанову. Тебе‑то какое дело?

Романова не ответила. Вместо этого она ускорила шаг, направившись к следующему магазину. Что это с ней? Хотя, может, с её стороны это и вовсе кажется, будто я иду по простому пути. Как там про неё говорил Нечаев? Упёртая служака, которая не хочет лезть наверх? Вроде так. Да и этого Черепанова она не особо жаловала.

Немного постояв, выкинул эти мысли из головы и направился следом за ней в магазин. Уже третий по счёту. Правда и в нём мы надолго не задержались, пойдя в следующий. А за ним ещё в один, в поисках того, что Мари считала «наиболее подходящим подарком». Предложенные мною варианты подарить Платонову красивую ручку или ещё какую‑то ерунду Марико решительно отвергла, на что я равнодушно пожал плечами. Ну отвергла и отвергла. Какая мне разница?

– Ладно, – спустя почти час вздохнула она. – Пошли алкоголь посмотрим.

Мы сидели в ресторанном дворике, решив перекусить. Большим поклонником фастфуда я никогда не был, но уж лучше так, чем ходить голодным.

– Сдалась? – поинтересовался я, отложив в сторону недоеденный бургер.

– Да я без понятия, что ему дарить? Уже всё перепробовали, и каждый раз один и тот же результат. Плевать. Отправят бумаги в архив разгребать, так отправят…

– А всех отправляют или…

– Если ты думал, что я таким образом могла бы пнуть Нечаева, то забудь, – с раздражением фыркнула она. – Два года назад именно его группа попала в архив. Он тогда первым и свалил, сославшись на какое‑то дело. Так что это не вариант…

Зазвонивший в кармане телефон отвлёк меня от разговора. На ходу достав мобильник, я глянул на экран. Звонили с незнакомого номера, что почти сразу же меня насторожило. Но любопытство всё‑таки победило. Ткнув пальцем в зелёную кнопку на экране, поднёс мобильник к уху.

– Да?

– Развлекаешься, как я погляжу, – произнёс из динамика знакомый голос.

Шолохов? Этому что ещё нужно?

– Немного, – произнёс я, бросив короткий взгляд в сторону Марико, но та сейчас сама смотрела в экран собственного телефона. – Что тебе нужно?

– Мне нужно, чтобы ты работал, а не по торговым центрам с левыми бабами шлялся, – тут же огрызнулся ИСБшник. – Зачем Игнатьеву склад в порту?

Что? Какой ещё склад? Хотел бы я спросить, да благо ума оказалось достаточно для того, чтобы не произнести это вслух.

– Я сейчас немного занят, – сказал я вместо этого.

– Да, я вижу, – язвительно заметил Шолохов. – Решил развлечься перед свадьбой? Впрочем, мне плевать. Почему я должен узнавать о таких вещах не от тебя, Измайлов?

– Может быть потому, что я о них ничего не знаю? – предположил я, после чего прикрыл микрофон рукой и наклонился к Марико. – Я отойду на пару минут.

Получив в ответ ленивый кивок, встал и направился в сторону от столика.

– … тут Измайлов? Отвечай, когда я…

– Что тебе от меня нужно? – резко спросил я, устав от его резкости. – Или ты думаешь, что Игнатьев мне про все свои планы докладывает? Если так, то ты идиот.

– Измайлов, ты не наглей…

– А то что? – поинтересовался я. – Ну, давай. Будешь опять мне угрожать? Шолохов, нам обоим с тобой нужно, чтобы твоя затея выгорела. Я работаю, как могу, стараясь втереться в доверие к Игнатьеву. Но это не моментальный процесс. Если бы я знал, что он планирует что‑то, то я бы…

– Сказал мне? – со смешком закончил он за меня.

– Твои слова. Не мои.

– Измайлов, я надеюсь, что ты понимаешь, как опасно может оказаться для тебя попытка усидеть сразу на двух стульях? – от голоса Шолохова прямо‑таки веяло угрозой. – Мне нужно узнать, что именно он собирается делать. Если это будет новая поставка, то я должен быть уверен в этом, чтобы взять его вместе с товаром. Так, чтобы он не смог отвертеться. Ты меня понял?

Понять‑то понял. Если честно, то я сам ничего против этого не имею. Мне в целом было на Игнатьева плевать. Моя главная и приоритетная задача – найти Диму и вторую маску. Как только получу её, в любой момент смогу просто исчезнуть. Раствориться без следа. Возможность ограбить самого Измайлова, коли такая представится, – это уже дело вторичное. А вот позаботиться о себе и Жанне куда важнее. Обеспечить нам обоим безопасность.

– Так чего ты хочешь от меня?

– Узнай, зачем графу этот склад, – приказал мне Шолохов. – Если там будет товар, то я должен об этом знать.