Дмитрий уже никогда и ни с кем не заговорит.

Но это… это было намного хуже. Мерзавец словно прочитал мои мысли. Королём звали самого влиятельного преступника, управляющего теневым миром всего Африканского континента. Обителью Изгоев, как Африку ещё иногда называли из-за того, что туда стекались отбросы со всего мира.

Король был известен крепостью своего слова. Если ты о чём-то с ним договорился, то он выполнит свою часть сделки. Выполнит невзирая на потери и препятствия. Слово Короля было твёрже стали. Буквально.

И если мой заказчик не врал и действительно договорится с ним на мою голову, то рано или поздно королевские палачи за ней явятся. Это лишь вопрос времени.

Потратив ещё несколько минут, дабы привести в порядок нервы после разговора, я расплатился за заказ и вышел из кофейни. К чёрту. Поеду на свою запасную квартиру. И нужно предупредить Жанну. Рисковать ей я не собирался…

Неожиданно зазвонивший телефон отвлёк меня от этих мыслей. Достал мобильник, глянул на дисплей и тихо выругался.

— Да?

— Измайлов, ты сейчас где? — без приветствий спросил Нечаев.

— Как раз в процессе, — не моргнув и глазом соврал я. — Сейчас еду в ещё одно место за отчётами…

— Бросай это. Я пришлю адрес. Срочно езжай туда!

Тревога и напряжение в его голосе насторожили меня. Нет, не тревога. Какое-то странное, почти азартное возбуждение.

— Что-то случилось?

— Да. Похоже, что взяли очень крупную рыбу. Промышленный район. Я сейчас пришлю адрес. Платонов сказал отправить туда всех, кто свободен, а из моей группы ты ближе всех.

Просто потрясающе.

Указанный Нечаевым адрес находился на юге Иркутска, на самой окраине промышленной зоны, где стояли в основном склады и небольшие предприятия.

Как раз один из этих складов мне и требовался. И, судя по всему, не только мне, потому что когда я туда приехал, то испытал неприятное ощущение от количества полицейских машин. Такой массы спецтранспорта с мигалками на крышах я никогда не видел. Нет у меня привычки оставаться там, куда может съехаться такая орава. Чревато для собственной безопасности.

Ладно. Соберись, Измайлов. Это твоя работа, вот и выполняй её.

Не став и дальше тратить время, глазея на окружённый полицией склад, я направился прямо к нему.

— Сюда нельзя, — заявил один из дежурящих на периметре полицейских, когда я подошёл ближе. — Территория оцеплена.

— Я из УОР, — сказал я. Быстро достал и показал удостоверение. — Прислали из…

— А, департамент, — с пониманием кивнул офицер, мельком проверив мой пропуск. — Можете пройти.

— Спасибо. Кто главный?

— Подполковник Сафронов. Он внутри.

— Ещё раз благодарю.

Кивнув полицейскому, я поднырнул под ленту и направился внутрь склада.

По пути сюда Нечаев довольно рвано объяснил мне происходящее. По его рассказу в полицию поступила анонимная наводка на огромную партию запрещённых веществ, находящихся на хранении в этом самом складе. И, говоря о том, что партия огромная, я нисколько не преувеличивал. Судя по возбуждённому голосу Нечаева, это была именно та самая «крупная рыба», о которой все мечтали. Вот прямо супер-особо-крайне-тяжкий случай, расследование которого двигает карьеры вперёд. Учитывая, что почти все сотрудники управления сейчас зашивались на других делах, Нечаев послал сюда меня, дабы отхватить этот жирнющий кусок для своей группы. Застолбить место, так сказать.

Так что ничего удивительного, что этим баловнем судьбы, вытянувшим длинную соломинку, оказался именно я, катающийся по городу с непыльной работёнкой.

— Простите, — сказал я, снова достав удостоверение. — Я младший прокурор из УОР. Ищу подполковника Сафронова.

— По коридору и налево, — быстро сказал идущий на выход из склада полицейский. — Он в складском зале.

Сказав это, офицер имперской полиции пошёл дальше, а я подметил недовольное и разочарованное выражение его лица.

Мысленно пожав плечами, направился по коридору пока наконец не вышел в главный складской зал. Тут полицейских оказалось чуть ли не больше, чем снаружи.

Половина склада была заставлена высокими стеллажами из металлических балок. Часть загруженных палетов с них уже сняли вилочными погрузчиками, пока другие стояли на полках в ожидании, когда очередь дойдёт и до них. Между стеллажами ходили полицейские со служебными собаками, очевидно в надежде на то, что четвероногие стражи порядка учуют запрещёнку.

Меня же куда сильнее интересовало открытое пространство в самом центре зала, где аккуратно, прямо на полу, была выложена и очерчена жёлтой линией со специальными карточками та самая «огромная добыча», которую повезло взять доблестной имперской полиции.

Подойдя ближе, я нашёл глазами человека в полицейской форме и с нужными мне знаками отличия на погонах.

— Прошу прощения, подполковник Сафронов?

Говоривший с подчинённым мужчина с крайне пышными усами резко повернулся в мою сторону.

— Да! Кто спрашивает?

— Младший прокурор Алексей Измайлов. УОР. Прислали из департамента для наблюдения за происходящим, — сообщил я.

Сафронов несколько секунд смотрел на меня с таким видом, словно не мог понять, зачем я вообще тут оказался, после чего со вздохом махнул рукой.

— Делайте что хотите, — небрежно бросил он и продолжил прерванный разговор.

М-да. Впрочем, я мог его понять. Нетрудно догадаться, отчего он такой злой ходит: мужик, должно быть, приехал сюда в надежде получить все лавры за большой куш, а в итоге…

Отойдя от неразговорчивого подполковника, я присел рядом с очерченным жёлтой маркировочной лентой квадратом, где над полом возвышалась «гора» найденных наркотиков.

— Это что ещё за хрень⁈ — спросил приехавший почти через два часа Нечаев.

— Твой «жирный куш», — ответил я, глядя вместе с ним на два небольших брикета, каждый на вид не больше половины пакета муки.

— И это всё⁈

— А этого мало? — поинтересовался я, после чего Нечаев уставился на меня.

— Мало? — тупо повторил он. — Измайлов, ты что, издеваешься? Тут должно быть полтонны этого дерьма! Пятьсот килограммов, а не один!

Да, я об этом уже был в курсе. За те два часа я успел поговорить с полицейскими и уже знал, на какой именно улов они рассчитывали. Найти вместо ожидаемого в пятьсот раз меньше — действительно разочарование.

Зато я успел связаться с Жанной и удостовериться, что она восприняла мои предупреждения самым серьёзным образом. Сейчас она уже должна собирать вещи и съезжать со своего места, где бы оно не находилось.

— Может, полицейский информатор ошибся? — предположил я.

Кажется, Нечаев пропустил мои слова мимо ушей. Так и стоял рядом с разочарованным лицом.

— Я возвращаюсь в управление, — вместо нормального ответа произнёс он.

— Ладно, — хмыкнул я. — Подбросишь меня?

Едва я это сказал, как Виктор тут же уставился на меня.

— Что? А за этим кто будет наблюдать?

— В смысле? — не понял я.

— В прямом! — Нечаев обвёл рукой здание склада, где полицейских стало уже куда меньше. — Я уже повесил это дело на себя, Алексей! Мне пришлось спорить с Платоновым, чтобы его отдали моей группе!

На это я только руками развёл.

— А я тут при чём?

— Да при том! Ты сюда приехал как представитель из УОР! Значит, должен вести наблюдение за ходом рабочего процесса. Пока все процедуры не будут закончены, остаёшься тут и осуществляешь контроль. Просто сидишь и смотришь. Потом завезёшь копии отчётов в управление — и свободен.

— Виктор…

— Алексей, ты же сам хотел себе поменьше проблемной работы? Сам просил! Вот и сиди тут. От тебя, по сути, ничего не требуется. Но по протоколу необходимо, чтобы ты присутствовал.

У меня, конечно, имелось желание возразить, но я его подавил. Вместо этого глянул на часы. Маску я сегодня надел в пять утра, сразу же, как проснулся. Как раз специально для того, чтобы избежать повторения ситуации, которая вышла с Елизаветой. Сейчас на часах уже половина шестого, так что времени у меня в запасе еще оставалось. Да и Нечаев тоже прав. Как бы смешно это ни звучало, но торчать тут для меня всяко лучше, чем сидеть в управлении.