– Да. Всё.

Второй телефон оказался заряжен. В нём я сразу нашёл несколько сообщений о пропущенных звонках – явный признак работы Жанны. И почти сразу понял, почему он заработал именно сегодня. Среди последних сообщений находилось с десяток, отправленных несколько часов назад. Бывший владелец переписывался с друзьями, договариваясь вечером посидеть в баре. Видимо, сделал это из‑за того, что основной мобильник сел.

Поразительно, как желание выпить пару кружек пенного может так испортить тебе вечер. И если бы не это, Жанна бы его и вовсе не нашла. Смех да и только…

– Как думаешь, Дима…

– Он сказал, что они его лишь помяли. Значит, скорее всего, доставили ещё живым. Вопрос в том, куда именно его повезли потом. И где маска?

– Может, он соврал, что её там не было…

Может быть, мысленно признал я, но его удивление выглядело слишком натуральным.

– Думаю, что нет.

– Значит…

– Значит, Дима спрятал её ещё до того, как всё это случилось.

Это звучало вполне логично. Дмитрий, несмотря на свой развязный характер и весёлую манеру поведения, всегда был ещё тем перестраховщиком. Вполне возможно, что он тоже заметил слежку и решил оторваться. Именно поэтому он так и не приехал на первое место встречи, а сразу направился в Иркутск, прекрасно зная, что мы договорились встретиться именно тут. Такое возможно? Вполне.

И что было дальше? Предположим, всё произошло именно так. Как бы я сам поступил на его месте, если бы точно знал, что меня преследуют? В первую очередь я бы спрятал товар, чтобы даже в том случае, если меня схватят, он не достался преследователям.

Мысль была здравая. Более чем. Вопрос в другом: что он мог сделать и куда спрятал чёртову маску…

Хотя нет. Сейчас есть ещё один вопрос. Где он сам и что с ним. Если его доставили этому самому посреднику живым, то он всё ещё может быть жив. Шансы на это есть, пусть и очень маленькие, несмотря на прошедшее время.

Повертев в руках мобильник, я принялся копировать находящиеся внутри номера и сообщения.

– Жанна, я пришлю тебе всё, что есть на этой трубке. Нужно узнать, что там за «посредник», с которым он связывался. Сделаешь?

– Присылай. Сделаю всё, что в моих силах, – серьёзно ответила она, и я был ей крайне благодарен за отсутствие привычных шуток.

– Готово, – сообщил я, когда замок в моих руках с щелчком открылся.

– Молодец. Бери следующий, – даже не повернувшись ко мне, произнёс Луи, стоя у плиты.

Отказываться я не стал и бросил замок в ящик под столом, после чего взял следующий из пластикового контейнера, что стоял на столе.

Мне уже почти пятнадцать. Жизнь как‑то сама собой пришла в норму. Ну, в то, что можно было назвать хоть какой‑то нормой, если учесть, с кем именно я живу и как я под этой крышей оказался.

Взял замок и, зажав его в левой ладони, пальцами обеих рук вставил в скважину замка отмычки. Эта тренировка проходила у меня по вечерам, по три раза в неделю. Примерно год назад Луи поставил передо мной пластиковую бадью, доверху набитую разнообразными закрытыми замками, и сказал – будешь учиться открывать.

На моё резонное возражение о том, что я не знаю, как это делать, он ответил с присущей ему лаконичностью – из карманов таскать я тоже когда‑то не умел. Зато теперь мог вытащить у человека кошелёк так, что тот в жизни этого не заметит и не почувствует. Вот и с замками то же самое – главное достаточно практиковаться.

В итоге мне выдали набор отмычек и прочих инструментов, о названиях и предназначении коих я и малейшего понятия на тот момент не имел, и начался новый этап обучения. Долгий. Нудный. Сопровождающийся проколотыми острыми кончиками отмычек пальцами и моей тихой руганью. С первым замком я тогда справился только через день. Сейчас же…

Взял в руку. Поставил так, чтобы было удобно. Вставил отмычки и начал постепенно проворачивать личинку замка. Спустя несколько секунд замок с откинутой дужкой полетел во второй контейнер, куда я складывал открытые.

Год назад у меня ушло почти три недели на то, чтобы с руганью и проклятиями открыть каждый из семидесяти шести замков, которые дал мне Луи.

Теперь я справлялся быстрее, чем он заканчивал готовить ужин. Вот и сейчас: Лерант ещё не закончил готовить соус к пасте, а в контейнере осталось меньше четверти закрытых замков.

– Ловко у тебя это получается.

– Ты сам говорил – главное практика, – пожал я плечами. – Плюс под это занятие хорошо думается.

– И о чём же ты думаешь, парень? – спросил стоящий у плиты вор.

– Да ни о чём…

– Не ври. Сидишь тише воды, ниже травы. А я тебя знаю слишком хорошо. У тебя такое состояние, когда ты в мыслях своих витаешь, – фыркнул он. – Так что давай, колись, о чём думаешь?

– Да ни о чём…

– Не ври мне!

Замок щёлкнул у меня в руках и открылся. Я лениво кинул его под стол и взял следующий.

Луи был прав. Как обычно.

– Думал о том, как украду что‑нибудь очень дорогое и буду до конца жизни валяться на пляже где‑нибудь, где очень тепло, – выдал я свою мысль.

Это тоже была не совсем правда. Думал я сейчас не об этом. Но и такие мысли у меня порой проскакивали. В особенности после некоторых рассказов Луи о его собственных делах.

– Выкинь эту чушь из головы, – произнёс он с французским акцентом, который я уже почти не замечал в его речи, настолько к нему привык.

– А чего сразу чушь?

– А потому, что так не бывает, – ответил он, помешивая томатный соус в стоящем на плите сотейнике.

– Ты мне сам рассказывал, что тот скипетр стоил больше шестидесяти…

– Это он на аукционе столько стоит, – перебил меня Луи, после чего попробовал соус. – Передай мне соль.

Отложив новый замок в сторону, взял со стола мельницу с солью и передал ему.

– Спасибо. Так вот, парень. Забудь. Деньги, которые платят за такие вещи тупоголовые богачи, мы никогда не увидим.

– Можно же самому продать…

– Можно, – не стал спорить со мной Лерант. – Я даже знаю пару успешных ребят, кому это удавалось. А ещё знаю несколько десятков, кому просто голову откручивали, чтобы не платить. Мотивация отдать такие деньги тебе, парень, прямо коррелирует с наличием достаточной силы и влияния за твоей спиной. Не стоит верить, будто мир полон хороших, добрых и честных людей. В противном случае нашей профессии бы тогда не существовало.

– То есть твоё призвание – воровать до конца жизни?

– А почему бы и нет? – спросил он в ответ и повернулся ко мне. – Это моё ремесло. Оно требует профессионализма и навыков, которые имеются у крошечного количества людей. Подобное сочетание делает нас специалистами, услуги которых стоят дорого. Да, не так много, как ты там себе нафантазировал, но достаточно, чтобы вести хорошую и безбедную жизнь. Считай, что это вроде работы вахтовым методом. Сделал дело. Получил деньги. Залёг на дно и отдыхаешь до следующего дела, парень. Такова наша жизнь…

– Твоя жизнь, – резонно возразил я ему, на что Луи только рассмеялся.

– Парень, я под этим небом уже шестой десяток хожу. Поверь мне, кое‑что понимаю. Уж точно побольше тех невезучих ребят, которые мечтают вытянуть золотой билет и выйти на пенсию пораньше. Стабильность куда предпочтительнее риска.

Сказав это, Луи откинул спагетти на дуршлаг и быстро переложил их в сотейник к уже приготовленному соусу.

– Хочешь совет? – сказал он таким тоном, что мне довольно быстро стало ясно – отказываться смысла нет.

– Давай.

– Выбери себе небольшую мечту и иди к ней.

– Мечту?

– Да. Что‑то приятное, но не очень…

– Эпичное? – предложил я, щёлкнув ещё одним открытым замком.

– Скорее чрезмерно роскошное.

– А у тебя есть такая мечта, Луи?

– Конечно, – на его лице появилась довольная улыбка. – Заниматься своим ремеслом вечность. Видишь ли, для меня это никогда не было просто способом добыть деньги. Считать так – значит относиться к своему делу без уважения.