В ответ я лишь улыбнулся.

— Потому я и говорю, ваше сиятельство. Нужно быть осторожными. Тем более, что Платонов не очень хорошо ко мне настроен.

— Конечно он не испытывает к тебе ничего хорошо, — фыркнул Игнатьев и сделал короткий глоток из своего бокала. — Но ничего. С его рвением, уверен, что ему недолго осталось.

Сказав это он сел в кресло и предложил мне сделать то же самое.

— В общем, Алексей, пока продолжай делать то, что делаешь. Не высовывайся. Покажи им, что ты хороший сотрудник. Что они могут тебе доверять, понимаешь?

— Конечно, — кивнул я. — Хотите, чтобы я втёрся к ним в доверие. Чтобы они видели во мне своего.

Это был не вопрос. С этим мотивом я уже немного разобрался. Понять бы ещё зачем именно и что вообще здесь происходит.

— Правильно, Алексей. Молодец. Да, это то, что нам сейчас нужно. Веди себя спокойно. Делай свою работу. Не привлекай к себе внимания. Тем более, что у тебя скоро свадьба, а дело это непростое, нервное. Многие будут думать о том, что тебе тяжко жить отдельно от своей избранницы, когда столь знаменательный момент так близко. Люди тебя поймут. К слову, ты ведь уже нашёл себе жильё?

— У меня небольшая квартира недалеко от здания департамента, — не стал я лукавить. Если уж он знает про то, что было в Слюдянке, то и тут может быть в курсе.

Правда этот ответ графа не удовлетворил.

— То, что недалеко, конечно, хорошо, — сказал он поморщившись. — Но лучше если жильё будет тебе соответствовать. В конце концов ты же аристократ! Хотя, неважно. Не переживай. Это проблему я для тебя решу. Есть у меня пара хороших квартир. Как раз в центре и не очень далеко от этой вашей шарашки. Да и нужно будет куда-то вам с Лизой въехать сразу после свадьбы. Здесь тебе часто бывать не стоит.

В ответ я лишь пару раз коротко кивнул. Говорить ничего не стал, так как боялся ляпнуть что-то не то. Своё предложение Игнатьев высказал с такой уверенностью, что становилось ясно — отказа в этом вопросе он не потерпит.

— А до тех пор, — продолжил граф. — Нужно будет вывести тебя в люди.

— Прошу прощения, — не понял я.

— Ну, Лёша, показать тебя. Всё-таки ты женишься на моей дочери. У нас как раз есть достаточно времени, чтобы представить тебя свету Иркутской знати…

Пожалуйста, не надо…

— … как раз будет один приём в конце недели. Думаю, что это прекрасная возможность.

Граф еще некоторое время говорил о моем представлении местным. Называл имена, фамилии, должности людей, с которыми мне нужно будет познакомиться. Упоминал тех, с кем сближаться не стоит. А я сидел, кивал, но думал только об одном.

Господи, во что я влез⁈

Спустя полчаса Давид Игнатьев стоял у окна, наблюдая за тем, как машина отъезжает от дома. Погружённый в свои собственные мысли, он тем не менее услышал, как за спиной открылись двери гостиной.

— Он уже уехал? — спросила Виктория, подходя к супругу.

— Да. Григорий отвезёт его обратно в город, — медленно проговорил граф. — Как он тебе?

— Зажатый. Нервный, — высказала своё мнение Виктория. — Явно чувствует себя не в своей тарелке…

— А как бы ты себя чувствовала, если бы тебя пригласили в дом будущего тестя? — усмехнулся граф. — Конечно он нервничает. Я сам бы нервничал на его месте.

Особенно, если учесть их со старшим Измайловым планы на парня.

Этот разговор навёл его на другую мысль.

— Почему Елизавета задержалась в Санкт-Петербурге? Она должна была приехать ещё вчера. Мы специально всё планировали, чтобы познакомить их в понедельник.

— Девочка загуляла, Давид, — спокойно ответила Виктория, но тон её голоса нисколько не обманул Игнатьева.

— Загуляла? — спросил он, повернувшись к ней. — Мне послышалось или ты сказала…

— Ну, может быть я слегка преуменьшаю. Ты ведь знаешь её характер. Ей не нравится всё это и…

— Виктория, я прекрасно понимаю, что ты с ней не ладишь, но не делай из меня дурака, — перебил её супруг. — Я десять раз объяснил Елизавете, что это вопрос решённый.

— А она десять раз устраивала скандал тебе на ровном месте, — тут же напомнила ему жена. — Или ты уже забыл её последнюю истерику? Давид, не переживай. Всё будет в порядке. Говорю тебе, девочка просто решила отдохнуть перед возвращением домой и немного увлеклась. Столица. Деньги. Лиза просто хотела в последний раз вдохнуть свободы перед тем, как её запрут в клетке.

Граф лишь поморщился, но отвечать ничего не стал. Пусть они никогда и не обсуждали это открыто, но он прекрасно знал, что Виктория весьма холодно относится к его дочери от первого брака. И будучи не самым глупым человеком, он хорошо понимал причину, какой бы нелепой она ему не казалась.

Виктория боялась за своих сыновей, чувствуя угрозу от его первого ребёнка. И сколько бы он ей не говорил, что именно Лаврентий, старший из их сыновей станет наследником, где-то в глубине души его вторая супруга продолжала беспокоиться. От того и холодное, почти ревностное отношение к Елизавете. Да и дочь платила ей той же монетой, возвращая неприязнь в ответ на неприязнь.

— Ты сказал, что у него были проблемы по дороге сюда, — напомнила Виктория, почувствовав, что пауза в разговоре слишком затянулась.

— Не бери в голову. Я вечером отдам приказ, чтобы эту проблему решили.

Более того, Давид не собирался пускать происходящее на самотёк. Он проследит, чтобы это дело действительно сунули в долгий ящик. Когда ему впервые доложили о том, что сын Романа замешан в странном происшествии, да ещё и с летальным исходом, он едва не вышел из себя. Первым его желанием было рвать и метать из-за того, что построенный и ровный план начал разваливаться ещё не начавшись. Но теперь, немного поостынув и обдумав ситуацию, он обнаружил, что Измайлов действовал на удивление умно. Парень буквально вышел из этой истории сухим из воды, виртуозно выставив себя пострадавшей стороной.

Да и его решение не ехать сразу к ним домой тоже теперь выглядело верным. Этот идиот, Платонов, питал почти что звериную неприязнь к аристократии и подобный пассаж со стороны Измайлова мог лишний раз его спровоцировать. А теперь, возможно, если он хорошо себя покажет, то этот блюститель закона станет больше ему доверять. Так что Роман его не обманул. Алексей действительно оказался способным и толковым парнем. Пусть и немного нервным и дёрганым, как сказала Виктория.

— Милая, можешь позаботиться, чтобы мальчику предоставили квартиру? Одну из тех, что мы держим в центре города. Желательно поближе к его месту работы.

— Конечно.

— О, и ещё кое-что. Я думаю о том, чтобы взять его с нами на приём к Шуваловым.

— Одного? — тут же удивилась она. — Не стоит ли подождать приезда Елизаветы?..

— Нет. Будет лучше, если мы покажем его сейчас. Тем более, что Шуваловы и так в курсе грядущей свадьбы.

Он не стал говорить, что несмотря на всю неприязнь к его дочери, Виктория была права насчёт характера Елизаветы. Спокойствие и покладистость никогда не были её сильными чертами. Так что будет лучше, если первое знакомство с партнерами пройдёт без неё, в контролируемой обстановке.

— Я всё устрою.

— Спасибо, тебе, любимая. И чтобы я без тебя делал…

Весь остаток дня прошёл, как в сомнамбуле.

Я точно что-то делал на работе, куда меня доставил слуга Игнатьева. Перекладывал какие-то бумажки с места на место. Слушал Вадима… вроде бы. Парнишка о чем-то трещал без остановки, периодически давая мне на подпись документы и пытаясь вывести на разговор. Да только вот никакого настроения разговаривать у меня не было от слова совсем.

Ещё вроде бы Романова приходила, но мне и на неё было абсолютно наплевать. Хотела поговорить, но я сослался на то, что очень занят. Вот прямо сильно-сильно занят, и слился с возможного разговора. В тот момент в моей голове просто не осталось места для неё. Вообще ни для чего и ни для кого. После всего произошедшего у меня была лишь одна-единственная мысль.