— А как ты решишь проблему с замерзанием зимой? — задал Эрик самый практичный вопрос. — Трубы же может порвать.

— Я думала об этом, — я нахмурилась, вспоминая уроки физики. — Если сделать постоянный проток, вода будет все время двигаться из источника в бассейн и дальше в озеро. Значит, замерзнуть она не успеет, если, конечно, мороз не будет аномальным. А трубы нужно закапывать поглубже, ниже уровня промерзания грунта. Или утеплять чем-то.

— Я поговорю с Кузьмой, — деловито кивнул Эрик. — У него есть старый знакомый, мастер по водяным делам. Он в городе фонтаны у градоправителя строил. Думаю, справится и с нашим бассейном.

Мы дошли до устья ручейка, где он весело впадал в холодные воды озера, смешиваясь с ними. Я снова присела и опустила руку в тепло.

— Эрик, — сказала я задумчиво, глядя на игру света на воде. — А ты знаешь, что в моём мире такие источники называют термальными? И вокруг них строят не просто бассейны, а целые курорты, санатории. Люди приезжают за сотни, а то и тысячи километров, чтобы лечиться и отдыхать.

— Лечиться? — он удивился искренне. — Вода лечит? От чего?

— От всего, — я улыбнулась своим мыслям. — Говорят, она помогает при болезнях суставов, кожи, нервов, при усталости. Даже если на самом деле не помогает, верить в это — уже приятно. Психологический эффект никто не отменял.

— Хитро, — усмехнулся Эрик. — Использовать веру людей.

— Это не хитрость, это маркетинг, — поправила я его, поднимаясь и отряхивая юбку. — Людям нужно верить, что им станет лучше, что они получат что-то особенное. И они готовы платить за эту веру. А мы просто дадим им комфорт и красоту. И теплую воду посреди снегов.

Мы не спеша пошли обратно к усадьбе. Стройка гудела. Рабочие, сверкая голыми по пояс торсами, таскали тяжелые бревна, тесали камни, настилали полы. Мальчишки сновали с поручениями. Пашка, мой первый «официальный» помощник, ответственный за мелкие дела и поручения, носился быстрее всех, раздавая указания.

— Лилиан! — подлетел он ко мне, запыхавшийся и важный. — Там купец из города приехал! С тканью, с образцами! Я их в гостиную проводил, как вы велели!

— Умница! — я потрепала его по взлохмаченным волосам. — Иду! — Я быстро чмокнула Эрика в колючую щеку и побежала к дому, на ходу поправляя платье.

В гостиной меня ждал улыбчивый купец — тот самый, с которым я договаривалась в гильдии пару недель назад. Он разложил на огромном столе, который служил мне и обеденным, и рабочим, просто море образцов: тяжелый бархат, мягкий лен, практичная шерсть, тонкое кружево — всевозможных цветов и фактур. Глаза разбегались.

— Баронесса, — купец отвесил изящный поклон. — Как и обещал, лучшие образцы из моих запасов. Выбирайте на любой вкус.

Я медленно ходила вдоль стола, проводила рукой по тканям, представляя, как они будут смотреться в интерьере. Для гостиной, где будут собираться гости, я выбрала глубокий, благородный темно-зеленый бархат. Солидно, богато и при этом уютно. Для спален — легкий, почти невесомый лен цвета слоновой кости с изящной вышивкой по краю. Чтобы создавалось ощущение свежести, чистоты и простора. Для общего зала, где будет ресторан — плотная, почти не пачкающаяся шерсть глубокого бордового цвета. Практично, красиво и торжественно.

— Вот это, это и вот это, — я уверенно отобрала рулоны с образцами. — По двадцать метров каждого. И еще кружево, вот это, самое тонкое, метра три — на декоративные подушки для диванов.

Купец быстро записывал в свою книжечку, довольно кивая каждому моему слову.

— Будет сделано в лучшем виде, баронесса. Не извольте беспокоиться. Через неделю лично доставлю.

Когда он ушел, я не стала задерживаться ни на минуту — дел было невпроворот. Следующий пункт назначения — кухня. Оттуда доносились божественные ароматы, и я уже знала, что там меня ждет очередной кулинарный шедевр.

Мэйбл, раскрасневшаяся у жаркой печи, колдовала над несколькими горшочками одновременно. Увидев меня, она замахала половником, как крылом.

— Лилиан! Лилиан, иди скорей сюда! Я такое придумала! — затараторила она. — Будем подавать форель, которую Пашка с утра наловил, под ореховым соусом! Я тут рецепт у заезжего столичного повара выведала, когда он на ярмарку приезжал. Говорят, в столице это самое модное блюдо!

— Отлично! — я одобрительно кивнула, заглядывая в горшочки. — Звучит потрясающе. А на десерт что?

— Ягодный пирог с горным мёдом, — Мэйбл сияла от гордости. — А к нему отдельно — взбитые сливки с сахарной пудрой и мятой.

— Мэйбл, ты не просто повар, ты гений кулинарии, — я от души обняла ее, не обращая внимания на то, что ее фартук весь в муке. — Без тебя моя затея с гостиницей провалилась бы в первый же день.

— Ой, да ладно тебе, — засмущалась она, отмахиваясь, но было видно, что похвала ей приятна. — Иди уже, отдыхай. Завтра такой же день тяжелый будет.

Я вышла на крыльцо и глубоко вздохнула. Солнце уже клонилось к закату, заливая всё вокруг мягким, золотистым светом. Снежные шапки на дальних вершинах порозовели. Озеро внизу казалось расплавленным металлом. В воздухе пахло весной, свежей древесиной и счастьем.

— Красота какая, — выдохнула я, ни к кому конкретно не обращаясь.

— Красота, — согласился Эрик, бесшумно появляясь рядом. — А знаешь, что еще?

— Что?

— Я нашел егеря. Настоящего, лучшего во всей округе. Старый охотник, который эти горы вдоль и поперек исходил. Знает все звериные тропы, все места, где дичь водится. Он согласен работать на нас, будет водить гостей на охоту, учить их, следить за снаряжением.

— Серьёзно? — я даже подпрыгнула от радости. — Эрик, это же отличнейшая новость! Это же еще одна услуга, за которую гости будут готовы платить!

— А это еще не всё, — он хитро прищурился, явно наслаждаясь моей реакцией. — Я договорился с соседним графом Воронцовым. У него лучшие охотничьи угодья в округе, заповедные леса, куда никого просто так не пускают. Он согласился пускать наших гостей за небольшую, чисто символическую плату.

— Эрик, — я резко повернулась к нему и посмотрела в глаза. — Ты самый лучший управляющий, самый лучший мужчина и самый лучший друг. Я это серьезно.

— Знаю, — самодовольно ухмыльнулся он, за что тут же получил легкий шлепок по руке и самый искренний поцелуй, на который я была способна.

Вечером, когда последние лучи солнца погасли за горами, а стройка затихла, мы сидели на крыльце, укутавшись в один плед на двоих. Перед нами стояли две кружки с горячим травяным чаем, подслащенным медом. Мир над нами раскинул огромное звездное полотно.

— Знаешь, — сказала я тихо, глядя в небо. — Кажется, у меня действительно получается. У нас получается.

— Получается, — спокойно согласился он. — Еще как получается.

— Я о таком даже мечтать не могла. Ну, то есть я мечтала, конечно, но чтобы все сложилось так быстро, так удачно…

— Ты просто не знала своих сил, — он обнял меня за плечи и притянул ближе. — Никто не знал. А теперь ты их узнала и научилась пользоваться.

Я прижалась к его плечу и закрыла глаза. Сзади, в темноте, тихо поскрипывали остывающие бревна новых построек, пахло смолой и свежей стружкой. Где-то далеко в горах перекликались ночные птицы.

Это было оно. Счастье. Не абстрактное, а самое настоящее, осязаемое, наполненное запахами, звуками и чувствами. Моё.

— Эрик, — прошептала я еле слышно.

— М?

— Спасибо, что ты есть у меня. Спасибо, что ты со мной.

— И ты спасибо, — он поцеловал меня в макушку, и я почувствовала, как его рука чуть крепче сжала мое плечо. — Спасибо, что ты есть у меня.

Мы долго сидели молча, глядя на звезды. Где-то вдалеке прокуковала кукушка. Ночь обнимала нас своей тишиной и покоем.

А завтра будет новый день. Новая стройка. Новые планы. Новые заботы. Завтра снова придет кутерьма.

Но это завтра. А сегодня — сегодня была только тишина, звезды, запах весны и счастье, которое помещалось в наших с ним объятиях.

Я думала, что знаю об Эрике всё.