Я чувствовал, как с каждым ударом меч высасывает крохи энергии, передавая их мне. Реакция обострилась до предела. Я мог делать это весь день.

– Справа! – крикнул Роман, принимая на щит очередной удар

Я не глядя выстрелил крюком, зацепив противника за шею, и дернул его на себя, насаживая на выставленный меч.

– Чисто, – выдохнул я, оглядывая коридор, усеянный обломками.

Впереди нас ждали бронзовые двери, украшенными драконами. Я толкнул их, и мы вышли в огромный зал.

Зал Тысячи Колонн, если верить карте.

Название не врало. Огромное пространство, уходящее в полумрак, было заставлено колоннами. Но они не стояли на месте.

Стены, пол и потолок здесь жили своей жизнью. Архитектура была безумной, словно кто‑то решил сыграть в тетрис размером с город. Механизмы скрежетали где‑то в глубине стен.

Блоки пола поднимались и опускались, создавая лабиринты. Стены сдвигались, перекрывая проходы и открывая новые. Колонны вращались, меняя конфигурацию зала каждую минуту.

Это был гигантский механизм, перемалывающий неосторожных.

Мы стояли на широком карнизе, глядя на этот хаос.

– И нам нужно через это пройти? – спросил Роман, оценивая масштаб проблемы. – Тут же можно застрять навечно.

– Нам нужно на ту сторону, – я указал на дальний проход, который то появлялся, то исчезал за движущимися стенами. – Там вход во внутренний двор.

Мы начали спуск, прыгая по движущимся платформам. Эгида Провидения спасала не раз, предупреждая о том, что сейчас этот кусок пола решит резко уйти вниз или что стена выстрелит шипами.

В центре зала, на широкой стабильной платформе, окруженной лесом движущихся колонн, мы увидели две фигуры.

Они стояли спина к спине, отбиваясь от группы терракотовых воинов, которые спрыгивали с соседних плит.

Оба были в форме «Магистрали». Один, крепкий, широкий в плечах, с короткой стрижкой и хищным выражением лица. На нем была современная тактическая броня, а на руках – странные перчатки с усилителями.

[Борис Бритвин, 30 лет]

[Талант: Вибро‑удар. В‑ранг. Создает разрушительные вибрации при контакте.]

Второй…

Второго я узнал бы из тысячи. Даже со спины. Даже в этой дурацкой форме.

Артём.

Мой друг. Тот, кто отдал мне жизнь в будущем. Тот, кто шутил перед лицом смерти.

Он двигался так, как я помнил. Исчезал в одной точке, появлялся в другой, нанося удары кинжалом в уязвимые места.

– Это они? – спросил Роман, занимая позицию рядом со мной. – Те, из «Магистрали»?

– Да. Похоже, механизм разделил группу Виктора. Эти двое отбились.

Мы спустились ниже, приземлившись на соседнюю платформу.

Артём и Борис только что закончили с последним воином. Борис ударил ладонью по корпусу статуи, и та рассыпалась в пыль от вибрации.

Они обернулись на звук нашего приземления.

– Кто такие? – рявкнул Борис, вставая в стойку. – Валите отсюда, пока целы. Это добыча «Магистрали».

Типичный ублюдок из свиты Виктора. Моральный компас сбит еще при рождении.

Я проигнорировал его, глядя только на Артёма.

– Ну здравствуй, – сказал я, и мой голос, прозвучал глухо и спокойно. – Не ожидал увидеть тебя в такой компании.

Артём нахмурился, поигрывая кинжалом.

– Мы знакомы?

– Можно и так сказать. Я знаю, кто ты. Ты меня – пока еще нет.

Он напрягся, перехватив кинжал удобнее.

– Многие меня знают. Мой талант достаточно редкий и сильный. К чему ты клонишь?

Я сделал шаг вперед, убирая агрессию из позы. Я хотел поговорить. Я должен был попытаться.

– Я знаю, кто такие «Магистраль», Артём. Знаю про Виктора и его некромантию. Знаю про «рыжую ведьму» Лилию и её нити контроля.

Я кивнул на Бориса, который смотрел на меня как на говорящий труп.

– И знаю, что ты здесь не просто так. Лилия использовала талант? Она контролирует тебя? Если да – просто дай знак. Я могу помочь. Я знаю, как снять контроль.

Я надеялся, что он жертва. Что его заставили. Что мой друг, который отдал жизнь за меня в будущем, не мог добровольно стать цепным псом подобных ублюдков.

Борис загоготал. Смех был неприятный, лающий.

– Слышь, Темный, ты че несешь? Контроль? Лилька, конечно, стерва, но с нами она так не работает. Мы – элита «Магистрали».

Да уж «Элита». Виктор может и да, но не вы.

Артём не смеялся. Он смотрел на меня холодным, оценивающим взглядом. А потом его губы искривились в усмешке. Не доброй, какую я помнил, а циничной.

– Контроль? – переспросил он. – Ты думаешь, я здесь, потому что меня заставили?

Сердце пропустило удар.

– А разве нет? Ты всегда был одиночкой. Ты ненавидел такие структуры. Ценил свободу.

– Слушай, я не знаю кто‑ты, и не пойму почему говоришь так, словно мы друзья, но мир меняется – Артём пожал плечами. – Мир изменился. Посмотри вокруг. Искажения, монстры, хаос.

Он обвел рукой зал с движущимися стенами.

– Старые правила больше не работают. «Будь хорошим парнем», «помогай слабым» – это всё чушь для мертвецов. В этом мире выживает сильнейший.

Его голос стал жестче, в нем появились металлические нотки.

– Виктор понимает это. У него есть сила. У него есть ресурсы. Лидер магистрали строит новый. Порядок, где сильные правят, а слабые… слабые либо подчиняются, либо исчезают.

– И ты решил стать частью этого? – тихо спросил я. – Стать тем, кто решает, кому исчезнуть? Тем, кто убивает ради выгоды?

– Я решил стать тем, кто выживет, – отрезал Артём. – И кто будет стоять на вершине. В «Магистрали» я получил силу и возможности, о которых раньше и не мечтал. Слабым тут не место.

Он посмотрел мне прямо в прорези маски.

– Так что не надо мне тут про спасение заливать. Я там, где хочу быть. А ты стоишь у меня на пути.

Слова били больнее, чем любой удар. Потому что было бы намного проще, если бы мой товарищ был жертвой контроля.

Артём, которого я знал, сломался где‑то между моим возвращением и этим моментом. Или, может быть, я просто никогда не знал его настоящего? Может, в той жизни, в аду Каскада, он стал героем только потому, что у него не было выбора?

Нет. Я отказывался в это верить. Просто он запутался. Мир давит, страх давит. Виктор задурил ему голову идеологией силы.

Ему нужно вправить мозги. Жестко, если придется.

– Жаль, – сказал я, и мой голос стал ледяным. Эмоции ушли на задний план, остался только холодный расчет того, кто охотится на монстров. Только монстром был мой друг. – Я надеялся, что ты умнее.

– Ум – это умение выбирать сторону победителей, – усмехнулся Борис, хрустнув шеей. Вибрация пошла по его рукам, воздух вокруг кулаков задрожал. – А ты, выбрал сторону проигравших.

Напряжение в воздухе достигло пика. Стены зала сдвинулись с грохотом, отрезая нас от остального мира, создавая идеальную замкнутую арену.

Артём перехватил кинжал обратным хватом.

– Роман, – я не оборачивался. – Здоровяк твой. У него вибрационные удары, твой щит должен выдержать, но не подставляйся под прямые попадания.

– Понял, – Роман вышел вперед, поднимая Щит Одноглазого Ворона. Бронза тускло блеснула, накапливая заряд. – Не люблю я говорливых.

Артём исчез. Просто растворился в воздухе.

Эгида Провидения на моем запястье вспыхнула, обжигая кожу. Сзади!

Я крутанулся, блокируя удар Гранью Равновесия. Кинжал Артёма высек искры из моего клинка.

Он появился за моей спиной, целясь в бок. Быстро. Намного быстрее, чем я помнил его в начале пути.

– Неплохая реакция! – крикнул он, снова исчезая в синеватой дымке.

Слева. Удар в шею.

Я пригнулся, пропуская лезвие над головой. Коготь Фенрира выстрелил, пытаясь поймать его, но крюк прошел сквозь пустоту – Артём телепортировался снова.

Справа. Сверху. Снизу.

Он скакал вокруг меня, нанося жалящие удары. Я блокировал, уклонялся, парировал.

Я видел его движения. Но телепортация давала ему инициативу.

В стороне грохотало. Роман принял на щит удар кастетов Бориса. Ударная волна разошлась кругом, сотрясая платформу, но щит выдержал.