— Я отправил туда Тэлбота. Его талант сокращения пространства должен был позволить обойти ловушки. Но Искажение игнорирует подобные способности. Как только он попытался переместиться внутри, лабиринт вернул его на старт. Система защиты, судя по всему, весьма продвинутая. После трех попыток его и вовсе перестало пускать внутрь

— И вы хотите, чтобы я рассказал, как пройти это Искажение?

— Именно. Пророк Судного Дня знает об Искажениях больше всех. Наверняка вы сможете определить природу лабиринта и способ его прохождения, взглянув на него через призму будущего. Взамен компас ваш.

Я сделал еще глоток чая, обдумывая предложение.

— Можно посмотреть на него? — спросил я.

— Разумеется. Прошу за мной.

Мы спустились в подвалы замка. Лестница вела вниз долго, ступени были каменными, холодными.

Подвал оказался просторным, с арочными сводами. Вдоль стен стояли еще витрины с артефактами, видимо, менее ценными, чем в библиотеке. В центре зала мерцал разрыв в пространстве.

Я подошел ближе. Око активировалось само, информация наложилась на зрение, заставив меня усмехнуться. Какое совпадение.

— Что, если я не просто расскажу как пройти, а пройду его сам и достану вам реликт из хранилища?

Блеквуд не выглядел удивленным. Просто улыбнулся, словно ожидал этого предложения.

— Назовите свою цену.

— Два реликта из вашей коллекции на мой выбор. Плюс компас, конечно же.

Эдвард задумался, постукивая пальцем по подбородку.

— Согласен. Но с оговоркой. Моя закрытая коллекция, самые ценные экземпляры, которые я храню в отдельном хранилище, не входят в сделку. Можете выбрать из того, что видели в библиотеке.

— Справедливо.

Мы пожали руки, скрепляя сделку. Михаил смотрел на нас с выражением человека, который давно перестал понимать происходящее.

Я шагнул к порталу. Красноватое свечение окутало тело, реальность дернулась. Желудок подпрыгнул, звук исчез, потом резко вернулся.

Я оказался в узком коридоре с каменными стенами. Факелы в держателях едва освещали помещение с низким потолком. Воздух был тяжелым, пропитанным запахом серы и чего-то химического. Впереди виднелась дверь из темного дерева, окованная железом.

Перед глазами вспыхнула надпись.

[Искажение: Алхимическая Лаборатория Николя Фламеля]

[Ранг: C]

[Категория: Исторический]

[Основной Сценарий: Завершение Великого Труда]

[Пройдите испытания великого алхимика. Решите задачи в каждой комнате. Ошибка приведет к перестройке лабиринта и возвращению на старт. После трех попыток вы навсегда утратите возможность посетить это место. Достигните центральной лаборатории и завершите эксперимент Фламеля]

Подобные искажения самые неприятные. Комнаты полны ловушек, и каждая содержит задачу. Решаешь неправильно — лабиринт перестраивается и возвращает на старт. Задачи обычно невыполнимы без глубоких знаний. Они в основном принадлежат ученым. Чего стоит один Кабинет Теслы, который похоронил десятки рейдеров.

Но для меня сейчас это было легкой добычей, потому что я прекрасно знал это искажение.

В прошлой жизни один из моих товарищей проходил его на заказ. Вот уж не думал, что заказчиком был Блеквуд. Хорошо что я помню все детали прохождения.

Я открыл дверь, и в лицо ударил тяжелый, маслянистый запах озона и серы. Это место не было похоже на пыльные музеи или заброшенные подвалы. Лаборатория жила. Стены пульсировали, словно вены, по которым текла чистая магия.

Первая комната встретила меня тишиной, от которой закладывало уши. В центре, на каменном столе, испещренном ожогами, стояла сложная система из стеклянных трубок и реторт. В одной бурлила алая, как артериальная кровь, жидкость. В другой — вязкая, черная субстанция, похожая на жидкую тьму.

Надпись над запертой дверью впереди гласила: «Лишь в смерти противоположностей рождается истина».

Я хмыкнул. Тэлбот, небось, пытался уравновесить их на весах или смешивать по капле, боясь взрыва.

Я подошел к столу. Око Бога Знаний даже не пришлось использовать я и так помнил схему этого Искажения наизусть. Жидкости в колбах были нестабильными реагентами. Смешай их неправильно, и от лаборатории останется дымящаяся воронка. Но суть была не в балансе. Суть была в катализаторе.

Я открыл несколько ящичков внизу, пошарил по ним, пока не нашел обычную серебрянную монету. Не артефакт, просто кусок металла.

— Истина рождается не в смерти, а в плате, — прошептал я и швырнул монету прямо в соединительную чашу между колбами.

Серебро мгновенно вступило в реакцию. Жидкости вскипели, устремились навстречу друг другу, но вместо взрыва они с шипением испарились, оставив на дне чаши горстку фиолетового пепла.

Замки на дальней двери с громким лязгом открылись сами собой. Система Искажения приняла «жертву», посчитав трансмутацию завершенной.

Я шагнул во вторую комнату.

Здесь не было пола. Вместо него — бездонная пропасть, в которой кружились светящиеся символы элементов. Свинец, Олово, Железо… Они парили в пустоте, образуя шаткую тропу к выходу.

[Испытание Воли: Каждый шаг требует отказа от части себя]

Сообщение всплыло и тут же исчезло. Искажение требовало платить жизненной силой или маной за каждый шаг по этим плитам. Именно здесь большинство рейдеров теряли сознание от истощения, даже не дойдя до середины.

— Еще чего, — я активировал Коготь Фенрира.

Механизм на левой руке отозвался хищным рыком. Я вскинул руку, прицеливаясь в массивную железную скобу над выходной дверью.

Выстрел! Крюк прочертил в воздухе стальную линию и с глухим стуком вгрызся в металл. Трос натянулся струной.

Я оттолкнулся от порога и полетел над пропастью, игнорируя правила, навязанные создателем этого места. Символы внизу вспыхнули яростным красным светом, пытаясь дотянуться до меня магическими щупальцами, высосать силы, наказать за наглость.

Но я был слишком быстр.

Приземление вышло жестким, но уверенным. Если бы у меня был талант и я бы его использовал, эта штука сожрала бы меня на месте. Важно было пролететь не используя никакой магии. Вроде просто, но те у кого есть талант, часто забывают, как жить без него.

Третья комната была сердцем лаборатории.

Жар здесь стоял такой, что одежда мгновенно прилипла к телу, а дыхание обжигало гортань. В центре огромного зала, подвешенный в магнитном поле внутри гигантского тигля, вращался тот самый ценный реликт.

Философский Камень.

Он не был похож на красивый граненый кристалл из сказок. Это был кусок необузданной, хаотичной материи, меняющий форму каждую секунду. Он излучал волны давления, от которых трещали стены.

Вокруг тигля плясали огненные духи. Они шипели, охраняя свое сокровище, готовые испепелить любого, кто приблизится.

Я выхватил Пожиратель Воли. Ледоруб в моей руке потяжелела, наливаясь кроваво-красным светом. Кристалл Бойни внутри оружия почуял добычу.

Огненные духи бросились в атаку. Сгустки живого огня метнулись ко мне, но я даже не замедлился.

Взмах! Лезвие кирки, пропитанное силой подавления, рассекло первого духа. Магия, поддерживающая его существование, просто распалась. Дух с визгом развеялся искрами.

Второй попытался ударить со спины, но я ушел перекатом, одновременно цепляя духа крюком Когтя и швыряя его в стену.

Путь к тиглю был свободен.

Я подошел к вращающемуся камню. Жар был невыносимым, но регенерация от пассивного свойства кирки, помноженная на мою выносливость, позволяла терпеть.

Камень пульсировал, пытаясь оттолкнуть меня волнами чистой энергии. Он не хотел подчиняться.

— У тебя нет выбора, — процедил я сквозь зубы.

Я поднял кирку и ударил не по камню, а по магнитному полю, удерживающему его. Острие Пожирателя Воли вонзилось в невидимый барьер. Черные прожилки Камня Леты на лезвии вспыхнули, вгрызаясь в структуру заклинания.

Барьер лопнул со звуком разбитого стекла.

Философский Камень упал на дно тигля, лишенный поддержки. Его хаотичные трансформации замедлились. Он стал уязвимым.