Если что-то и могло разорвать эти цепи, то это.

Фреки снова атаковал, пасть разверзлась, целясь в горло. Я выстрелил крюком вверх, зацепился за потолочный выступ. Трос дернул меня в воздух, волчьи клыки щелкнули в пустоте.

Приземлился прямо на спину Фреки. Волк взбесился, начал крутиться, пытаясь сбросить. Я вцепился левой рукой в шерсть на загривке, правую с киркой поднял высоко.

Коготь Фенрира засветился. Черная энергия потекла по браслету, окрасила крюк и трос. Древняя сила волка-разрушителя пробудилась, почувствовав близость родичей. Воздух вокруг моей руки задрожал, исказился.

Крюк выстрелил в магическую цепь на передней лапе Фреки. На этот раз металл не отскочил.

Коготь Фенрира, почувствовав магию оков, словно взбесился. Он вцепился в магию Искажения. Черная аура «старшего брата» накрыла голубое свечение цепей, как хищник накрывает добычу. Реликт пожирал чужеродную магию, подавлял её своим первородным авторитетом. Волк-Разрушитель не терпел цепей на своем роду.

Цепь почернела, пошла трещинами и с жалобным звоном лопнула. Фреки взвыл, но не от боли. Звук был другим, почти как плач освобожденного узника.

Тонкая трещина побежала по поверхности магических уз.

Волк метнулся к Гери, я едва удержался, вцепившись обеими руками в шерсть. Фреки прыгнул, пролетел добрых десять метров за секунду. Приземлился рядом с братом.

Гери замер, почуяв изменения. Его голубые глаза встретились с золотыми глазами Фреки. Секунда молчаливого общения, понимание прошло между ними без слов.

Я спрыгнул со спины Фреки, не теряя времени. Крюк выстрелил снова, на этот раз в оковы на задней лапе Гери. Черная энергия Когтя Фенрира окутала клык на конце троса. Удар пришелся точно в цепь.

Вторая трещина. Магические узы трескались, разваливались под силой их старшего брата.

Оба волка замерли. Голубой и золотой свет в глазах померк, сменился чем-то другим.

Фреки повернулся ко мне. Массивная морда опустилась, глаза встретились с моими. В них больше не было ярости или боли. Только вопрос.

Я поднял левую руку с Когтем Фенрира. Браслет все еще пульсировал черной энергией.

— Вы свободны, — сказал я тихо.

Волки двинулись одновременно. Не к Роману или Тали. Ко мне. Медленно, каждый шаг осторожный, будто боялись спугнуть момент.

Гери подошел первым. Опустил морду к моей руке, понюхал Коготь Фенрира. Узнал запах и силу своего сородича. Потом лизнул мою ладонь, теплый и влажный язык коснулся кожи.

Фреки последовал примеру. Обнюхал руку, потом мою куртку, лицо. Искал подтверждение, что это правда, что оковы действительно разорваны.

Оба волка медленно сели передо мной. Опустили головы, словно собаки перед хозяином. Огромные, смертоносные существа из мифов преклонились перед человеком, освободившим их в качестве благодарности.

Я протянул правую руку, коснулся загривка Гери. Теперь я чувствовал, то, что не почувствовал во время боя. Шерсть была мягкой, теплой и живой. Погладил между ушей, почесал за ухом. Волк закрыл глаза, довольно фыркнул.

Фреки подвинулся ближе, ткнулся мордой в мою грудь. Требовал внимания. Я усмехнулся, погладил и его. Древние хищники, пожиратели павших воинов, вели себя как щенки.

— ТЫ ПРИРУЧИЛ ВОЛКОВ ОДИНА⁈ — голос Романа сорвался на крик. Парень стоял, опираясь на колонну, уставившись на нас с выражением абсолютного шока.

Тали рядом с ним молчала, просто смотрела широко открытыми глазами. Тот за ее спиной уменьшился обратно до статуэтки, больше не в силах держать форму.

— Я не приручил, — ответил я спокойно, продолжая гладить волков. — Я освободил их.

— И в чем разница⁈ Они же только что пытались нас убить!

— Они были вынуждены. Искажение держало их на магических оковах, заставляло выполнять роль сторожевых псов. Гери и Фреки — гордые существа. Они не хотели драться. Их принуждали.

Я посмотрел на волков. Оковы на их лапах медленно таяли, магия рассеивалась. Голубой и золотой свет в глазах стал мягче, спокойнее.

— Свобода, — сказал я, глядя им в глаза, — важнее всего. Я это понимаю. И они это понимают.

Гери и Фреки одновременно подняли морды к потолку. Протяжно завыли, звук разнесся по залу, отразился от ледяных стен. Не яростный вой охотников, а благодарный.

Вой стих. Оба волка встали, отступили на пару шагов. Фреки открыл пасть, что-то упало на лед с тихим звоном. Гери повторил жест, выплюнул второй предмет рядом.

Два флакона. Один наполнен серебристой жидкостью, переливающейся лунным светом. Второй золотой, сияющей как рассветное солнце.

Волки снова опустили головы, прощаясь. Потом развернулись, подошли к стене зала. Гери поднял переднюю лапу, когти засветились голубым. Провел по воздуху, разрывая пространство и создавая разрыв в пространстве.

Фреки первым шагнул в портал, исчез в мерцающем свете. Гери обернулся напоследок, посмотрел на меня. В голубых глазах читалась благодарность, которую не передать словами.

Потом и он исчез. Портал схлопнулся, оставив только легкую рябь в воздухе.

Тишина опустилась на зал. Только наше тяжелое дыхание нарушало покой.

Я подошел к флаконам, поднял оба. Активировал Око Бога Знаний, фокусируясь на предметах.

Эссенция Лунного Цикла. Реликт B-ранга. Эффект: полностью исцеляет любые болезни, отравления и проклятия того, кто выпьет. Одноразовое использование.

Эссенция Солнечного Цикла. Реликт B-ранга. Эффект: на двадцать четыре часа повышает регенерацию до уровня, близкого к бессмертию. Любые раны затягиваются за секунды, потерянные конечности восстанавливаются. Одноразовое использование.

Я усмехнулся, убирая флаконы во внутренний карман куртки. Эссенции были бесценны. В прошлой жизни подобные артефакты продавались за суммы с шестью нулями. И я уже знал, куда их пристроить. Но это будет позже, когда время придет.

Роман медленно подошел, все еще держась за ребра. Кровь на лице засохла, но парень выглядел живее, чем минуту назад.

— Ты действительно освободил Волков Одина, — сказал он тихо. — И они тебе за это отплатили. Я… даже не знаю, что сказать.

Тали присоединилась к нам, прихрамывая. Правая рука все еще дрожала, хотя физических повреждений на ней не было. Эхо боли от конструкта еще не прошло полностью.

— Ты знал, — произнесла она, глядя мне в глаза. — Ты с самого начала знал, что их нужно освободить, а не убить.

— Догадался в процессе, — пожал я плечами. — Каждый сценарий имеет лазейку. Нужно просто найти ее.

— Ты находишь лазейки в сценариях, которые появились неделю назад, — Роман покачал головой. — Я все еще не понимаю, как ты это делаешь.

— Опыт и наблюдательность, — ответил я уклончиво.

Роман и Тали переглянулись, но не стали настаивать. Слишком устали для расспросов.

Мы медленно опустились на холодный ледяной пол, сели рядом друг с другом. Тишина была приятной, успокаивающей. Адреналин уходил из крови, оставляя после себя усталость и легкую эйфорию от того, что мы живы.

Роман первым рассмеялся. Тихо, почти истерично. Потом громче. Тали подхватила, ее смех смешался с его. Я усмехнулся, потом тоже засмеялся.

Мы сидели в мертвом ледяном зале, окровавленные, избитые, измотанные до предела. И смеялись как безумцы.

— Мы только что прошли то, что ни один нормальный человек не выдержит, — выдохнула Тали между приступами смеха. — И выжили. Каким-то чудом выжили.

— Не чудом, — Роман вытер слезы с глаз. — Благодаря Косте. Если бы не ты… — он не договорил, но и так было понятно.

Я покачал головой.

— Вы молодцы. Продержались те пять секунд. Без вас не получилось бы.

— Ты серьезно? — Тали ткнула меня локтем в бок. — Мы просто не умерли вовремя. А ты нашел решение, которое никто бы не нашел.

Роман протянул руку. Я пожал ее. Крепко, по-мужски. Тали положила свою ладонь поверх наших.

— Мы неплохая команда, — произнесла она тихо.

Я кивнул. Люди, с которыми прошел через ад и вышел живым, становятся близкими без лишних слов.