Воздух над поляной дрогнул.

Вспышка пространственного искажения резанула по глазам, реальность на мгновение сложилась сама в себя, и Артём материализовался прямо в центре группы. Просто возник из ниоткуда, как будто кто‑то нажал кнопку «вставить» на клавиатуре.

Реакция была мгновенной.

Тали отскочила назад, её рука метнулась к статуэтке Тота. Роман шагнул вперёд, и воздух вокруг него загустел, готовый превратиться в барьер. Лиза выхватила меч, клинок вспыхнул золотистым светом.

– Стоять, – моя команда прозвучала негромко, но все замерли.

Артём стоял неподвижно, руки разведены в стороны, демонстрируя отсутствие оружия. Его лицо было спокойным, почти безразличным, но я видел напряжение в линии плеч.

– Это тот парень, – Роман первым нарушил молчание, его голос звучал обвиняюще. – Тот, который был с «Магистралью» в Гробнице!

– Был, – подтвердил я. – Теперь он с нами.

Роман не опустил готовый к активации барьер.

– Он помогал тем, кто пытался нас убить.

– Он выполнял приказы людей, которые его предали. Виктор перенаправил на него смертельный удар, чтобы спасти свою шкуру.

Лиза сделала шаг вперёд, её меч всё ещё горел священным огнём.

– Я помогла спасти его только потому, что ты попросил, – её голос был холодным. – Это не означает, что я ему доверяю.

Артём молчал. Он стоял под перекрёстным огнём враждебных взглядов и ждал, не пытаясь оправдаться или защититься. Это было правильно. Слова сейчас ничего не значили.

– Я ручаюсь за него, – сказал я, и мой голос прозвучал окончательно, как приговор. – Этого достаточно.

Несколько секунд никто не двигался. Потом Роман медленно расслабился, позволяя энергии барьера рассеяться. Тали убрала руку от статуэтки, хотя продолжала коситься на Артёма с подозрением.

Лиза опустила меч, но не убрала его в ножны.

– Посмотрим, как он покажет себя внутри, – её слова упали в тишину тяжёлыми камнями.

Артём кивнул, принимая условия. Он понимал правила игры.

Внезапно туман, который до этого лениво стелился между деревьями, вдруг ожил, закручиваясь в тугую спираль в центре поляны. Воздух загустел, и каждый вдох давался с трудом, словно мы пытались дышать под водой.

Разрыв открылся иначе, чем все порталы, которые я видел раньше. Он прорастал из земли, как живое существо, меняя реальность вокруг себя. Знакомый пригородный лес исказился, деревья вытянулись, потемнели, и обросли незнакомым мхом. Тропинка, которой здесь никогда не было, зазмеилась вперёд, теряясь в сумраке между искривлёнными стволами.

Тот же лес и одновременно совсем другой мир.

– Красиво, – прошептала Тали, и в её голосе не было иронии.

Око вспыхнуло перед моими глазами.

[Искажение обнаружено]

[Ранг: S]

[Название: Остров Буян – Тропа Мёртвых]

Следом за данными от Ока, перекрывая сумрачный лес, всплыло окно задания. Искажения всегда генерируют свои собственные интерфейсы, отличные от того что показывает Око.

[Основной Сценарий: Тайные Тропы Буяна]

[Ранг: S]

[Категория: Мифологическое испытание]

[Три дороги ведут к Алатырь‑камню, но лишь одна – истинная.

Первая – из памяти живых.

Вторая – из забвения мёртвых.

Третья – путь, которого никогда не существовало.

Найдите Камень до заката пятого дня. Ошибка или промедление сделают вас частью острова навеки.]

Тали присвистнула.

– Загадки. Обожаю загадки. Особенно когда за неправильный ответ смерть, вечное заточение и отсутствие возможности принять нормальный душ.

– Пять дней, – Роман нахмурился. – Это много или мало?

– Зависит от того, что нас ждёт внутри, – я смотрел на изменённый лес, чувствуя, как знакомое напряжение стягивает мышцы. – Слушайте внимательно. Информации у меня насчет этого места почти нет. Знаю только, что оно должно было открыться именно здесь и именно сейчас.

Лиза повернулась ко мне, и в её взгляде я прочитал удивление.

– Ты всегда знал, что нас ждёт. Каждый раз.

– Не в этот раз.

Тамамо чуть склонила голову, принюхиваясь к изменённому воздуху.

– Старая магия, – произнесла она тихо. – Очень старая. Пахнет кровью и забытыми клятвами.

Где‑то впереди, в глубине искажённого леса, раздался звук. Низкий, протяжный вой, от которого по спине побежали мурашки. За ним последовал другой, ближе, потом третий. Целый хор голосов, которые не принадлежали ничему живому.

– Нас уже ждут, – Артём шагнул к границе Искажения, его глаза сканировали пространство впереди.

Я положил руку на рукоять Грани Равновесия.

– Тогда не будем заставлять их ждать долго.

Лес за границей Искажения не имел ничего общего с тем пригородным массивом, который мы оставили позади.

Деревья здесь росли неправильно. Стволы изгибались под невозможными углами, словно что‑то заставило их корчиться от невыносимой боли и застыть в этой агонии навечно. Кора, покрывавшая их, была испещрена чем‑то вроде лиц, вдавленных в древесину изнутри. Искажённые черты с разинутыми ртами, пустые глазницы, из которых сочилась чёрная смола. Некоторые лица моргали, когда я проходил мимо, и их беззвучные крики отдавались в висках тупой болью.

Под ногами не было земли в привычном понимании. Мы шли по сплетению корней толщиной с человеческую руку, между которыми хлюпала густая чёрная жижа. Она поднималась почти до щиколоток в низинах, и иногда в ней что‑то шевелилось, оставляя на поверхности маслянистые разводы.

Тали наступила на особенно тонкий корень, и тот хрустнул, как сломанная кость. Из разлома потекла тёмная субстанция, пахнущая гнилью и чем‑то сладковатым, от чего сводило желудок.

– Место как из дурного сна, – прошептала она, и её голос прозвучал глухо, словно сам воздух поглощал звуки.

Где‑то в глубине леса раздался протяжный вой, больше похожий на человеческий плач, растянутый и искажённый до неузнаваемости. За ним последовал треск ветвей, хотя ни малейшего дуновения ветра я не ощущал. Шёпот скользил между деревьями на языке, который казался почти понятным, как будто кто‑то говорил на старославянском, пережёванном и выплюнутым чем‑то нечеловеческим.

Тамамо принюхалась, и её ноздри раздулись.

– Древняя хтонь, – произнесла она тихо. – Здесь обитает нечто, что было старым, даже когда мои предки ещё не приняли свою первую форму.

Лиза сжала рукоять меча, её глаза забегали из стороны в сторону.

– Движение справа.

Твари выползли из болотной жижи одновременно, в нескольких местах по периметру нашей группы. Существа, которые когда‑то могли быть людьми, но теперь представляли собой нечто среднее между утопленником и деревом. Раздутая гнилая плоть переплеталась с древесиной и мхом, конечности заканчивались корнями вместо пальцев. Вместо глаз в их черепах горели жёлтые огоньки болотного газа.

За ними из тумана выступили и другие. Существа с головами волков на человеческих телах, сросшихся с лесной подстилкой так, что при каждом шаге за ними тянулись обрывки корней и гнилых листьев. Русалки с чешуёй цвета тины и ртами, полными игольчатых зубов, скользили между корнями, оставляя за собой след слизи.

Одна из тварей, огромная и бесформенная, состоявшая из переплетённых тел и ветвей, приподнялась над остальными. Из её массы торчали человеческие руки, всё ещё шевелящиеся, всё ещё тянущиеся к чему‑то невидимому.

– Двенадцать, – Артём считал быстро, его глаза метались от твари к твари. – Четырнадцать. Семнадцать.

– Контролируйте пространство, не оставляйте спину открытой, – я вытащил Грань Равновесия, и клинок приветственно мигнул светом.

Роман шагнул вперёд, и воздух вокруг него сгустился золотистым сиянием. Барьер возник мгновенно, отсекая двух болотников от основной группы, но Роман на этом не остановился. Второй барьер материализовался позади тварей, и обе плоскости энергии начали сближаться, сдавливая существ между собой. Хруст ломающихся костей и древесины донесся до ушей.