— А где Заиль? — сообразила я, что так и не вижу сестру. — Решила пока остаться?

— Мы с ней договорились, что я отвезу её на Орионту, когда буду забирать тебя.

— Ей, по-хорошему, тоже учиться бы, — неодобрительно заметила я.

— Алатиэль, помилуй! Если рядом не будет кого-то милого и хвостатого, я с ума сойду от тоски!

— Может, нам кота завести, чтобы ты не тосковал?

— Зачем? Одна Кошка у меня уже есть.

Торрелин подмигнул мне так быстро, что, если бы я не была к этому привычна, то и не заметила бы. Но от улыбки я не удержалась. Всё же это было слишком забавное и милое прозвище.

— До встречи, Торр.

— Успехов тебе там. Передавай привет Ошину.

Если бы не прощальный, слишком горячий поцелуй — получилось бы чересчур официально.

На Орионте в день моего прибытия шел дождь. Но меня всё равно встречали. Первым, конечно, брат. Я даже не успела оглядеться, а уже попала в его объятия, после чего он пристально меня осмотрел.

— С каждым разом выглядишь всё лучше, — довольно заключил он.

Ещё бы. В первые дни, едва мы вернулись из Империи Менд, кошмары одолевали меня даже наяву. Стоило услышать какой-то звон или стук — и меня накрывало настоящей паникой. Мне едва удавалось дышать, а от невыносимого страха и ужаса хотелось плакать и кричать. Мне понадобилось почти два месяца, чтобы хотя бы днем обходиться без подобного. Теперь кошмары являлись только во снах. Но, может быть, когда-то я начну жить почти без страхов…

— Вот что значит — выйти замуж по любви! — я показала брату язык, пользуясь тем, что среди друисов можно было вести себя несколько более раскованно.

Это Торр с улыбкой встречал любое мое настроение — хоть шутливое, хоть философское, а другие ингисы до сих пор пытались смириться с тем, что их Императрица — друиса. Хотя мою помощь и участие никто не умалял, но всем нужно было время, чтобы принять меня.

Ошин на мое замечание про замужество закатил глаза, но у него хватило совести немного покраснеть.

Понадобилось несколько минут, чтобы собрать на привычной полянке всех оставшихся друисов. На Орионте в тот роковой день выжило 53 из них, и ещё 22 нашлись на корабле Астрокварты. Все они сейчас образовывали единственный Клан — Клан Стремительной воды под руководством моего брата. Может быть, когда-то наш народ станет значительно более многочисленным, тогда можно будет подумать над тем, чтобы разделиться на несколько Кланов. Но сейчас в этом не было никакого смысла — Кланы были бы слишком маленькими.

Все расселись по кругу, и только я ходила между друисами. Я взялась учить всех выживших Жреческим Песням. Хотя Орионта и была щедра на плоды и урожай, без Песен привычный их уровень сильно снизился, и в Астрокварте вот-вот могло начаться что-то, что Амдир по-умному назвал продовольственным кризисом, а Вистра «перевела» как обыкновенный голод. Поэтому нужно было спасать ситуацию. Увы, сейчас никто, кроме меня, этими знаниями не обладал, и никто из друисов не был достаточно талантлив, чтобы в ближайшее время вырастить хоть одно плодовое дерево, к примеру. Поэтому пока я учила их правильно дышать, чтобы когда-нибудь суметь правильно пропеть нужные звуки. Это по утрам. А всё остальное время мне предстояло бегать по лесам и полям и Петь самой, чтобы хоть как-то ускорять рост растений.

Месяц назад Амдир с несколькими фригусами прибывали на Орионту одновременно со мной, чтобы, пока я Пою, поискать способы записи Пения так, чтобы должным образом работал даже просто звук из прибора, без моего участия. Но пока им это не удавалось. Амдир злился и теперь считал это своим профессиональным вызовом, всё свободное время отдавая этой задаче.

Хотя свободного времени у него было немного. Пусть в делах Конгресса управления он теперь почти не участвовал, но корабли из тенебрия всё ещё считались его делом, и именно он руководил всеми этапами их создания. Как раз на днях он должен был провести их первое официальное испытание, которое или покажет невыявленные проблемы, или подтвердит готовность к использованию.

А ещё они с Вистрой вернулись в Академию Астрокварты, чтобы закончить учебу. На втором курсе у них начались практические занятия, и на них наша каркарема определенно была лучшей. Даже Амдир, хоть и многое знал и умел, признавал, что её ловкость и осторожность приносят куда больше результатов, чем его опыт. Неудивительно, что их тандем, как когда-то союз из нас четверых, был лучшим на курсе.

Торрелин

Третий день без Алатиэли проходил совсем скучно и тоскливо, как я и предсказывал. Хотя я понимал всю необходимость её присутствия на Орионте (по-хорошему, она должна быть там даже чаще, чем на Громарисе), отпускать любимую жену на другую планету было откровенно страшно. В её отсутствие усилились даже ночные кошмары. Я видел во сне то жуткий день, когда ей надевал ошейник и забирал наш враг, то момент, когда Шионасс защитил меня ценой собственной жизни. Этот миг преследовал меня уже полгода…

— Торрелин! Можно сегодня с тобой?

Заиль, очаровательно хлопая ресничками, прижимала к груди книгу и косилась на дверь в кабинет, в который я как раз планировал зайти. Отказать этой маленькой друисе я был не в силах. Как и её старшей сестре, впрочем!

— Заходи, — пригласил я девочку.

Она счастливо просияла, быстро меня обняла и прошмыгнула в дверь, словно боялась, что я передумаю. Я только покачал головой и зашел следом. Девочка уселась на место слева от меня, которое обычно пустовало; я сел рядом и, достав угощение из кармана, протянул Заиль плитку шоколада. Алатиэль, конечно, просила её не закармливать сладостями… Но я честно старался ограничиваться только одной шоколадкой в день!

— Спасибо! — снова обрадовалась девочка, тут же разворачивая подарок.

Постепенно вокруг стола рассаживались другие ингисы, чьи доклады и наблюдения я должен был выслушать. На Заиль никто не косился, все уже привыкли, что временами девочка присутствует на таких собраниях. Обычно она или читала книги, даже не сразу замечая, что мы закончили, или рисовала. Сегодня вот снова была с книгой. Только вот, в ожидании начала, решила поболтать… Ох, если б я знал, о чем!..

— Торрелин, а ведь когда-то ваш с Алатиэль сын будет Императором, да? — серьезно спросила меня Заиль. При этом задорно грызла шоколад — совершенно умилительное зрелище.

— Надеюсь, что так, — согласился я.

— Но вы же уже давно женаты. Когда у вас наконец будет ребенок?

И с таким искренним непониманием она это спросила, что мне даже стало неловко.

А ещё более неловко было от того, что такие вопросы — вообще-то, достаточно личные! — она подняла при тех, кого я не хотел бы посвящать в наше с Алатиэль состояние.

— Давай обсудим это позже? — попросил я. — Я объясню, но не сейчас.

Горько-горько вздохнув, она всё же согласилась.

Вскоре все собрались и начали доклады. Правда, слушал я уже через силу. Куда больше меня тревожил тот вопрос, который затронула Заиль.

Мы с Алатиэль вполне сходились в желании стать родителями. Но сейчас, когда мы только-только оправлялись от всего того, что с нами случилось, такая ответственность казалась нам обоим непомерно большой. Мы не знали наверняка, точно ли нам больше ничего не угрожает, а внутренние переживания всё ещё были слишком велики и терзали почти всё время. Как в таком состоянии можно всерьез думать о ребенке, которому нужны будут забота и любовь? Когда-нибудь мы, конечно, решимся на этот шаг… но не сейчас.

Как бы теперь пересказать это ребенку, не напугав, но и объяснив, что решим, когда пришло нужное время, только мы вдвоем?

В этот раз мы вошли в Зал Астрокварты одними из первых. Сам Зал за это время изменился: секции немного сдвинулись, и между Инновией и Перикулотерром появилась новая — секция Спесии. Сегодня был, в каком-то смысле, особенный день. В Союз Астрокварты вступала пятая планета.