– Поедем в мой замок, птичка? Раз уж ты попалась этим ребятам. Они знают свое дело. Я знал, кого нанимать, чтобы украсть тебя.

– Но зачем? – у Амели предательски задрожал голос.

– Погостишь немного у меня, – Андреас лениво провел пальцем по кромке лезвия, проверяя на остроту. – И напишешь записку, что я пригласил в гости тебя, Филиппа и… Кая.

– Что ты задумал?

– Да ты боишься его… не меньше, чем меня. Это интересно… – протянул Андреас. – Ты получишь свободу от него, девочка. Как и Филипп – от вас обоих.

– С чего ты взял, что я буду тебе помогать?

Амели дернулась в руках двух парней в темной одежде и глубоких капюшонах, которые придерживали ее. Андреас же подался вперед, кончиком кинжала отводя прядь волос с шеи девушки. Холодный металл едва-едва скользнул по пульсирующей жилке.

– С того, что твоя магия заблокирована. Ты сейчас никак не сообщишь своему ручному демону, если я решу перерезать тебе горло. Так что, Амели? Будешь послушной?

Амели тяжело сглотнула. Глядя широко распахнутыми от страха глазами, она кивнула. Чувствуя, что ловушка захлопнулась. По крайней мере, для нее.

Я подкараулила Филиппа возле дома Амели. Он проходил мимо, погруженный в свои мысли, мрачный, как туча. Я схватила его за рукав, дергая к ближайшему дереву в саду. И пока Филипп не успел опомниться, я прижала его спиной к стволу. Так, как мы любили дурачиться в нашем особняке, в моем яблочном саду, который я с любовью выращивала с помощью магии.

– Элион? – в шоке ахнул он. – Что ты…

В его голосе начали прорезаться нотки металла. Еще немного – и пошлет в далекие дали. Чтобы не допустить этого, я накрыла губы Филиппа кончиками своих пальцев.

– Тише, – шепотом взмолилась я. – Просто послушай меня, Филипп. Выслушай и ничего не говори! Я знаю, ты под властью демона. Знаю, что ты не хочешь отталкивать меня, что это все Амели и Кай… Но я с тобой, и Андреас тоже хочет помочь! Мы придумали, как освободить тебя!

Филипп дернулся всем телом. Я ожидала, что он отшвырнет меня от себя или ударит. Но его пальцы судорожно перехватили мое запястье. Почти до отметин. Филипп прижался к моей ладони щекой, потерся о нее. Немного торопливо, отчаянно. Казалось, он ловил каждый момент, когда еще мог контролировать себя.

– Нет, нет, родная. Забудь об этом, – быстро и лихорадочно зашептал Филипп, обжигая кончики моих пальцев сбитым дыханием и короткими, рваными поцелуями. – Это слишком опасно. Если пойти против Амели, Кай может навредить тебе и нашему ребенку. Он… он неплохой, я вижу, но связан контрактом.

Филипп пошатнулся. Он оперся о ствол дерева, запрокидывая голову, переводя дыхание.

– Что с тобой? – я с тревогой погладила Филиппа по щеке.

Он не сразу смог ответить. На миг его взгляд даже остекленел, озлобился. Филипп напрягся всем телом, нахмурился, возвращая контроль над собой. Его голос прозвучал еле-еле:

– Чем больше я сопротивляюсь, тем сложнее это дается мне.

– Я не оставлю тебя, Филипп. Мы не оставим, – я решительно перехватила прохладную ладонь Филиппа. – Поехали.

Он кивнул и потянулся, чтобы поцеловать меня.

– Я люблю… – Филипп застонал, словно от невероятной боли, схватился за висок.

Я нежно обхватила лицо Филиппа ладонями, сама легонько касаясь его губ своими.

– И я тебя, мой Филипп, – нежно прошептала я. – Мы спасем тебя. Обещаю.

***

Андреас кусал губы и вертел в руках записку от Амели. Сама она всхлипывала, но очень картинно, демонстрируя свою якобы добрую волю. А Филипп лежал, откинувшись на подушках, и выглядел очень слабым и больным. Но в глазах его блестели живые искренние чувства, волнение за Кая читалось в них очень явственно.

– Ты… не причинишь ему вреда? – негромко спросил Филипп тихим голосом. – Я переживаю за него. Он… заботился обо мне. И не хотел зла.

– А мы позаботимся о нем, – твердо ответил Андреас и пожал руку Филиппу. – Я обещаю. Но ты сопротивляешься магии, и это высасывает твои жизненные силы. Так не может продолжаться слишком долго. Ты погибнешь, Филипп, если не подчинишься воле Амели и магии демона.

– Нет! Я больше не стану подчиняться никому! Я хочу чувствовать сам, а не по чужой указке! – вскинулся гневно Филипп, но со стоном снова упал на подушки.

Ему физически было больно двигаться и даже дышать. Андреас сжал кулаки, почти ненавидя всех… И Амели, и Кая.

***

Вскоре Кай держал в руке записку от Амели, подъезжая верхом к замку Андреаса. На вороном коне, в длинном черном блестящем плаще, демон выглядел непохоже на обычных столичных щеголей. Они предпочитали другие ткани, не обвешивали одежду настолько заклепками и металлом. Но Кай все же был демоном, да и… хотел выглядеть красиво для Амели. Ведь она позвала его? Сказала, что Андреас зовет в гости всех их.

– Это все странно… – вздохнул Кай, спрыгивая на землю, отдавая поводья коня мальчишке-слуге.

Демон зашел в замок, где было тихо и как-то… мертвенно безлюдно. Ни служанки, смахивающей пыль, ни пробегающего где-то мальца с поручением от хозяина. Кай сжал в кулаке записку, ее прорвали выступившие на кончиках пальцев когти. Ему было не по себе.

***

Братья Хоупы остались наедине. Андреас с сочувствием подошел к Филиппу и предложил ему:

– Обопрись на меня? Кай мне не доверяет. Нужно чтобы ты вышел, встретил его, и он… доверился тебе. И Амели. Но ее выход позже. Когда мы войдем в комнату с клеткой, и он уже не сможет сбежать от нас, даже если захочет. У нас ведь будет Амели.

– Это нечестно. Заманивать демона в ловушку, как добычу, а не вызывать его на честный бой лицом к лицу, – пробубнил Филипп, с трудом вставая и опираясь на него.

Андреас встряхнул его, как тряпичную куклу, и прорычал зло:

– Забудь о благородстве рядом с этим демоном! Кто будет с ним драться на дуэли? Ты? Да ты на ногах не стоишь! Я? После войны, плена и старых ран моя ловкость уже не та. А за Амели Кай порвет любого… Если не поймет, что она с нами заодно. И на самом деле боится Кая не меньше, чем ты или я. Она не захочет остаться с ним! Поэтому встала на нашу сторону, чтобы спасти свою никчемную жизнь. Это о многом говорит…

– Может, это говорит лишь о том, что вместе с клеткой мы сильнее Кая? – усмехнулся нехорошо Филипп. – А Амели всегда выбирает сторону победителей. А не проигравших. Она знает, что Кай в любом случае проиграет нам. В любом случае.

И они пошли навстречу демону. Кай остановился у лестницы, оглядываясь по сторонам. Ни Элион, которая могла бы выбежать навстречу, как хозяйка дома. Ни любопытного мальчишки Джереми, которого здесь приютили… Сверху послышались шаги. Он вскинул взгляд.

– Андреас? Филипп? Тебе плохо? – Кай шагнул по лестнице навстречу. – Андреас, может, я заберу Филиппа домой? Сейчас не лучшее время для того, чтобы устраивать гостевые визиты. Он явно болен.

Кай протянул руку к братьям Хоупам, а сам на минуту перестал дышать. Понимая, что это он палач Филиппа. Это демонической энергии тело противится и потому слабеет на глазах.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

«Я должен убедить этого мальчишку не сопротивляться! Поговорить с ним! Объяснить, что связан контрактом и обязан подчинять его своей воле, и он погибнет, если не…» – даже мысленно Кай не хотел говорить все это.

Филипп тряхнул волосами, собираясь с силами. Это было мужественно – отпустить ладонь Андреаса и сделать несколько шагов, одному, без посторонней помощи, к Каю. И посмотреть серьезно ему в глаза.

– Кай, я никуда не пойду. Тебя хочет видеть Амели. Она хочет поговорить с тобой серьезно. Но наедине. Не… в том доме, где все случилось.

Филипп бегло и коротко взглянул на Андреаса, потом на Кая, словно показывая, что не желает раскрывать подробностей появления демона в Кэрнитене. Но смазал все впечатление тем, что закружилась голова. И виски сдавило от боли. Филипп выдохнул короткий стон и схватился за Кая, чтобы не упасть. На ресницах даже сверкнули слезы от боли. Не желая казаться слабым, Филипп резко отвернулся. Недостаточно… резко. Кай увидел. Филипп поспешно отдернул от него руку и вальяжно оперся о стену.