Я завозилась, чтобы вскочить с кровати. Но стоило оказаться на ногах, как голова закружилась. Только рука лекаря не дала мне поцеловать пол.

– Что Вы говорите такое? Неужели лорд Филипп своими руками убил бы своего наследника? Учитывая, что после таких эликсиров женщины нередко остаются бесплодны!

– Филипп… никогда не хотел ребенка, – хрипло выдавила я.

Без сил я села обратно на кровать. В голове проносились картинки-воспоминания. То, как Элион хотела стать матерью. А Филипп вечно раздраженно отрезал, что еще не готов к детям, что они слишком молоды, чтобы обременять себя лишними проблемами… Меня затошнило, стоило это вспомнить. Малыш, будто почувствовав мое настроение, легонько толкнулся.

«Как можно называть родного ребенка проблемой?! – подумала я, едва не плача. – Не бойся, малыш! Я тебя не дам в обиду! Даже твоему папе!»

Лекарь проследил, чтобы я снова легла в постель. Подоткнув подушки поудобнее, он строго объяснил, как дальше принимать лекарства. Оставшись одна, я прикрыла глаза.

– Нам нельзя оставаться здесь, малыш, – еле слышно проговорила я, поглаживая живот через ткань платья. – Что помешает твоему папе довести дело до конца? Снова отравить меня… Что теперь делать? В моем мире строго говорят, что будущим мамам противопоказаны стрессы! И как тут не нервничать, когда такое творится? Нужно бежать, но не наврежу ли я тебе этим еще больше? Ведь я еле на ногах стою… Еще свалимся в ближайшей канаве. Вот и весь эпичный побег.

Услышав шаги за дверью, я осеклась. Постучав в дверь, внутрь вошел Филипп. Я зажмурилась, стараясь дышать ровно-ровно. Притвориться спящей. Ведь не знала, как говорить с этим мерзавцем! Залепить бы ему пощечину, сбежать, куда глаза глядят! Но беременным нужен отдых, покой и хорошее питание. А не побег до первой лестницы, с которой я свалюсь кубарем в таком состоянии.

Филипп присел на край кровати. Кончики его пальцев нежно-нежно скользнули по моему лицу, отводя прядку волос.

– Мне жаль, Элион… – тихо, чтобы не разбудить, выдохнул Филипп. – Я не думал, что так будет.

Он бережно поправил на мне одеяло. А потом наклонился, и его губы коснулись моих. Так нежно, так трепетно, то у меня перехватило дыхание. Комок застрял в горле. Как Филипп мог быть таким ласковым, заботливым и в то же время бессердечным? Все просто. Жена ему нужна живой, а ребенок – нет. Мои ресницы повлажнели, я едва сдавила всхлип.

К счастью, в этот момент в дверь снова постучали. Филипп отвлекся и не раскусил меня. Я едва-едва приподняла ресницы. На пороге стоял слуга.

– Тш-ш, моя жена спит… – тихо сказал Филипп.

Он встал, подходя к слуге, чтобы выйти с ним в коридор.

– Простите, – тот виновато склонил голову. – Я просто хотел сказать, что приехал господин Александр Маккалистер. Брат Вашей жены.

Филипп вышел из комнаты. Я мигом подорвалась на ноги. Это же мой шанс! Со всеми этими событиями было некогда сесть и порыться в памяти Элион. А теперь я ярко вспомнила Александра – красивого мужчину старше меня на несколько лет.

«Нужно поговорить с ним, рассказать обо всем! Брат точно поможет! Он богат, в его доме точно найдется место для родной сестры!» – воспрянула я духом.

Набросив длинный халат с цветочной вышивкой, я ринулась к двери. В ту же секунду в замке повернулся ключ. Я замерла в шоке, прижав ладонь к груди, к колотящемуся сердцу. Филипп запер меня? Чтобы я не пожаловалась брату?!

Я не собиралась сдаваться на милость мужу! Сегодня попытался мне эликсир для аборта подсунуть, а завтра что? Подушкой во сне придушит и скажет, что так и было? Брезгливо, двумя пальчиками, я выдвинула ящичек злосчастного комода. Там оказались всевозможные заколки да ленточки для волос. Обнаружилась и простая шпилька. Ну, а что? В кино так всегда делали!

В жизни все иначе. Эту горькую истину я поняла минут через пять ползания на коленках перед замком, ковыряясь в нем шпилькой.

– Госпожа Элион? Вы встали? – раздался из-за двери голос служанки.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

– Да, да! – я заполошно вскочила на ноги, дергая ручку. – Меня заперли! По ошибке!

Служанка зазвенела связкой ключей. Я едва не расцеловала эту добрую женщину, когда оказалась на свободе! Но некогда! Посильнее запахнув халат, я поспешила на поиски Александра. Мужчины обнаружились в гостиной. В большом камине бодро потрескивали поленья. Филипп и Александр сидели в креслах с высокими спинками, обитыми бархатом. При виде меня оба вскочили. Филипп подошел ко мне, хватая за руки.

– Дорогая, разве тебе можно вставать? Я был уверен, что ты отдыхаешь!

Я шарахнулась от него, как от огня. Казалось, снова почувствовала на языке ту легкую горечь из чая… А на губах – легкий виноватый поцелуй. Как все это могло сочетаться в одном человеке? Я не понимала, но разбираться не собиралась!

– Хотела увидеться со своим братом, – пожала я плечами и шагнула к брату. – Александр, можно тебя на минуту?

Александр был выше меня. Стройный, статный, с идеальной осанкой – такими рисовали молодых воинов в щегольских мундирах. Никогда не думала, что рыжие мужчины могут выглядеть красиво и мужественно, но ему шел такой светлый и теплый оттенок. Волосы лежали мягко, шелковистой волной, обрамляя красивое лицо с глазами цвета морской волны: голубого с зеленцой.

– У вас какие-то секреты? – удивленно приподнял брови Филипп.

– О, что ты, милый? – я оскалилась в улыбке, как королевская кобра. – Конечно, нет! Я и так могу рассказать о том, что произошло!

– Так, – напряженно подался вперед Александр. – Что-то случилось?

– Да нет… – начал было Филипп.

– Случилось! – нагло заявила я, встряхнув волосами, рассыпанными по плечам. – Я вернулась домой и застала своего мужа с другой! А потом он подлил мне в чай какую-то дрянь, чтобы я потеряла ребенка. Так что я видеть его не желаю!

Я выпалила все это, повернувшись к Александру, даже не глядя в сторону муженька. Филипп перехватил меня за локоть, рывком разворачивая к себе. Его зеленые глаза вспыхнули гневом. Ой-ой-ой, какое праведное возмущение на вид, Станиславский расплакался бы!

– Что?! Что ты несешь такое? Элион, тебе скоро рожать! А такие эликсиры используются на раннем сроке, иначе есть риск для жизни матери!

Александр тихонько опустил ладонь мне на плечо. Обступили, хищники! Еще и спелись, ведь он мягко произнес:

– Сестренка, мне кажется, ты и правда преувеличиваешь… Никто не станет травить собственную жену опасным эликсиром. К тому же, вы ждете первенца, наследника! Уверен, Филипп и сам ждет малыша не меньше тебя, просто мы, мужчины, более скупы в выражении чувств.

– Ты на чьей стороне, Алекс?! – возмутилась я.

Ответа не последовало. Не сдержавшись, я вырвалась от обоих. И бросилась наутек. Правда, бег на долгие дистанции – спорт, недоступный будущим мамочкам. Так что уже в конце коридора я запыхалась и остановилась, опираясь ладонями о подоконник, глядя вдаль мутными от слез глазами.

– Элион? – за спиной раздался голос Александра. – Ты ведь не всерьез это? Ты же не собираешься уходить от Филиппа?

Я резко развернулась к нему. Похолодевшие от волнения, чуть подрагивающие пальцы вцепились в рукав его рубашки.

– Собираюсь! Я не нужна ему, он… он с этой девкой прямо в нашей спальне… – у меня сорвался голос.

Перед глазами стояли картинки из прошлого. С Земли. То, как я швырнула кольцо в лицо своему жениху. Прямо на смятую постель, где он кувыркался с другой. Стало до жути жалко и себя, и бедняжку Элион. Я всхлипнула, и Александр ненадолго привлек меня к себе, неловко погладив по спине.

– Прошу, успокойся! Не нужно драматизировать! Я уверен, насчет эликсира произошла какая-то ошибка, Филипп не мог так с тобой поступить. А измена… с чего ты взяла, что не нужна ему? То, что он переспал с другой, ничего не меняет!

– Что? – отшатнулась я, глядя на Александра во все глаза. – Но… он же…

– Он твой муж. И здоровый молодой мужчина. Конечно, иногда… м-м-м, природа берет свое, – он отвел взгляд, едва не покраснев, как мальчишка, словно было неловко говорить о таком при даме.