Он стоял спиной к двери, но насторожился, услышав голосок той самой служанки:

– Простите, господин, я Вас сразу не заметила! Лорд Хоуп у себя в кабинете, только злой жуть! Госпожа с утра как сквозь землю провалилась, вот он рвет и мечет! Вы поаккуратнее с ним, а я пойду лучше, чтобы под горячую руку не попасть…

Филипп вздохнул, потерев пальцами переносицу. Много слуг – это, конечно, удобно, но какие же длинные у них языки!

Филипп еще вчера послал записку Александру, чтобы он явился в его дом за советом.

«Наверное, хочет вдвоем вразумить мою взбалмошную сестру?» – подумал Александр и вздохнул.

С Элион с детства проблемы! Капризная и романтичная, она вечно витала в облаках и не хотела слушать взрослых умных людей. То есть своего брата. Вечно ей подавай новые украшения, платья, модные шляпки! Однажды даже зверька ручного запросила. Пришлось купить. Хорька. Да только он оказался не ручной и сбежал подальше в лес от такой хозяйки! Элион рыдала, Александр ее поддерживал и не сказал, что если бы его так тискали, он тоже сбежал бы. Еще и покусал бы! Но после такого она покусала бы его. Так что молчок. Вот и как вразумить такую вредную девчонку, еще и беременную?

– Филипп! – налетел Александр штормом, ураганом на друга, как только оттолкнул служанку и переступил нахально порог его кабинета. – Только не говори, что позвал меня насчет Элион! Когда ты женился на ней, я на неделю уехал по делам только затем, чтобы ты не вернул ее с доплатой! Разбирайся-ка ты сам со своей теперь уже женой! А меня не впутывай! Я тебе друг, а не священник, исповеди слушать!

Филипп резко повернулся к Александру и захлопнул дверь, грюкнув ей так, что чуть стекла в окне не задрожали. Хотя, конечно, слуги уже все знали! Попробуй скрой что-то в этом замке! Филиппу было стыдно, он буквально ежился в ожидании косых взглядов и смешков за спиной. По поводу того, что от него жена сбежала. А он знать не знает, где она.

– Я и рад бы с ней разобраться, – усмехнулся Филипп невесело, качнув головой. – Да так разобраться, чтобы у нее сил капризничать наутро не было… Только вот Элион здесь нет. Сбежала наша пташка. Сегодня на рассвете. Я звал тебя поговорить насчет нее, ее странных выдумок насчет эликсира. Но теперь проблема уже в другом. Я без понятия, где она. Надеюсь, ты не скрываешь у себя свою взбалмошную сестрицу?

Филипп сделал шаг вперед, вплотную подходя к Александру. Они были одного роста. Так что Филипп видел буквально каждую черточку в глазах необычного цвета морской волны: голубого с зеленцой, как у хитрого кота.

«Очень хитрого! – нервно подумал Филипп. – Не хватало еще, чтобы вместе с сестренкой меня вокруг пальца обвели».

Александр поморщился. Да что этот Филипп такой шумный? Он под стать Элион. Александр и сам бы от такого сбежал, импульсивного, как черт! Но Филиппу сообщать об этом не стал. Должны же у Александра остаться и друзья! А не только враги.

– Ага. Скрываю, – легкомысленно кивнул Александр, едва не заржав невежливо Филиппу в лицо. – Под юбкой своей прячу. Юбку на мне видишь? Ну, вот. Филипп, ну, не будь идиотом, где я ее спрятать могу? У себя в замке? Можешь лично проверить все мои подземелья. Если так не доверяешь другу. Тряпку только возьми. Там давно никого не было. Хоть пыль вытрешь, дело доброе сделаешь.

Александр не верил Филиппу. Не верил, что Элион могла сбежать. Так, к подруге поехала, чаю попить. У нее бывали подобные «загулы» еще до брака.

«Вернется до полуночи, зуб даю!» – фыркнул Александр про себя.

– И чего ты так на меня смотришь? Я не кусаюсь, – усмехнулся он и тряхнул светло-рыжими волосами. – Уверен, Элион тебя подразнить решила! Вот и поехала к подруге, чтобы похихикать над тобой, дурачком. Правда, ее подруга умерла недавно…

Александр вдруг задумался, к кому реально Элион могла поехать, и почесал макушку. Вариантов было мало.

– Да нет у нее подруг, к которым она поехала бы! И из родни только ты, – Филипп возмущенно сверкнул глазами, ведь Александр в открытую дразнился, в его взгляде плясали такие озорные дьяволята, что и правда хотелось взять тряпку и ей же по нему замахнуться. – Элион сама не своя была в последнее время. Что, если она правда решила сбежать от меня? Пропала телега, один из наших коней, самый смирный. Вещи, драгоценности Элион – тоже. Что, если она попадет в беду по собственной дурости? Эх, распустил ты сестру, Александр! Ни смирения, ни послушания, ни кротости – ничего от хорошей жены!

Филипп разошелся, выговаривая это Александру. Вроде бы полушуткой, но голос был напряженный. Ну, а кого еще упрекнуть? Родители их умерли давно, об Элион заботился брат. И не вложил в ее милую головушку, что сбегать одной с пузом – верх идиотизма!

Александр нахмурился, услышав подобный выговор, и сцепил зубы, чтобы не наговорить лишнего. Еще с детства родители говаривали, что нрав у него не кроткий. А сам он горяч, скор на расправу. Так что Филиппа не удивило то, как Александр толкнул его в плечо, сразу рассвирепев:

– Что за нотации, Филипп?! Она твоя жена! А от хорошей жизни не сбегают! Может, ты ее отравить хочешь и вправду, как она мне сказала! Ой… – Александр не вовремя брякнул лишнего. – Иди ты… со своими претензиями куда подальше! А то быстро на место поставлю! Нашелся мне тут… воин-любовник! Моя сестра в опасности из-за тебя! Хозяйство свое в штанах не удержал, вот и расплачивайся! Из-за измены твоей Элион ушла, не иначе!

Он мстительно добавил это, уставившись на бедра Филиппа, чтобы тому стало стыдно. Напоминать лишний раз о том, что и сам промышлял в свое время подобным времяпровождением и шатанием по распутным девицам, Александр не стал. Лишь скорчил лицо благонравного монаха из монастыря.

Филипп рванулся к Александру порывом, одним движением. Просто не сумел сдержать своих эмоций. Его глаза яростно сверкнули. Пальцы смяли белоснежный воротник тонкой рубашки, словно Филипп собрался встряхнуть, как нашкодившего юнца.

– Я? Отравить? – прошипел он. – Думай, что говоришь… друг, тоже мне! Может, я и не образец супружеской верности, но Элион не навредил бы! А ты перестал бы корчить из себя святошу. Оба мы знаем, что и сам в былые времена… Так что мы друг друга стоим, Алекс!

Александр шумно задышал и попытался вырваться. Еще в начале жаркой и страстной речи Филиппа. Но он был сильнее. Вырваться не получилось. Вот гаденыш!

– Пусти! Я за сестру переживаю! – буркнул Александр.

Филипп ухмыльнулся, отпуская Александра, сам издевательским жестом расправляя складочку на его рубашке и похлопывая по плечу. После чего отступил на шаг. Драться с Александром не хотелось. Хотелось найти одну дерзкую девчонку и… ох, не повезло, что она беременная! Не то из спальни не выпустил бы, поплатилась бы за свои выходки… жарко и страстно!

Филипп, к счастью, разжал пальцы. Александр надулся и волком посмотрел на друга. Чего руки распускать сразу?

– У нас с тобой одно общее дело, – нехотя сказал Александр. – Найти Элион. Ох, лучше бы я и правда ее домой забрал, раз ты такой непутевый! Что ж ты? Не мог подластиться к девочке? Не мог помурлыкать извинения? Цветы, конфеты, духи… Ну, съездили бы по лицу тебя цветами, швырнули бы в тебя духами, пар выпустила бы Элион, и все было хорошо! А ты? Как ты себя ведешь? Тьфу, в первый раз как будто налево ходишь… – странный взгляд Филиппа заставил его заморгать и подвинуться ближе. – Эй, ты чего? И правда в первый раз?!

Александр ошарашенно прошептал это, глядя на друга во все глаза.

«Ну, ты и дура-ак наивный…» – рвалось с языка, но Александр сдержался!

– В первый, – недовольно буркнул Филипп, отворачиваясь.

Он прошелся по комнате, не зная, куда деваться от взгляда Александра. О, наверняка, в его глазах сейчас превратился из героя-любовника в подкаблучника последней стадии. Верность и поклонение прекрасной даме ценились лишь в поэмах. А на деле всяк загуливал то в дом разврата, то к какой-нибудь полюбовнице.