Спасалар Царь! Наследника престола Кто б расспрашивать дерзнул? Знаем только, что соломой Загорелся — чуть взглянул! Что нашел ее в приречных Камышах на склоне дня, Мигом суженою назвал, Мигом поднял на коня. Не гневись, отец, на сына, Да и нас не осуди. Ведь идти не могут люди Против Бога и судьбы! Царь
Лев, что молвишь ты? Ни слова! К сыну моему ступай, Отчий гнев и возмущенье Неслуху ты передай. Без отцовского согласья Как же он посмел жениться? С дочерью царя Левана С колыбели обручен. Я ли равному нарушу Клятву радужной поры? Слово, данное за чашей, Тверже каменной горы. Дочерью признав бродяжку, Как на солнце и луну, Как любезному Левану В очи грозные взгляну? Передай тому безумцу, Что, поправ отцову власть, Сам родителя заставил Детище свое проклясть. Древний род отцов и дедов Он желает осквернить. Сосунок он, жеребенок. Я уйму шальную прыть! Чтобы к отчему порогу Не осмелилась нога! Иль стрелой его привечу, Как последнего врага! Пусть узнает, своенравный, Как наказан будет тот, Кто неравною женою Опозорил царский род. Передай и сам запомни: Больше не приму гонца. Нету сына у Гургена, У Годердзи — нет отца. Твердым шагом удалился Царь к советникам своим. Спасалар, скорбя за сына, Не последовал за ним. 7 Огорчил царевич добрых, Насмешил царевич злых. Одинокая вершина Приютила молодых. Все отверженца отвергли, Всем — венец его померк. Но, виновницы изгнанья, Он Этери не отверг. Хором прокляли вельможи Бедной девушки красу. Но когда любовь страшилась Одиночества в лесу? Все от сына отступились, Трепеща перед отцом, Кроме матери-царицы, Сжалившейся над птенцом. Посетила, обласкала, Поднесла, прося беречь, Шитый золотом нагрудник — Дочери, а сыну — меч. Мать Не корю тебя, любимый! Гнева нет у матерей! Чем труднее, чем больнее — Тем милее, тем родней. Одинокой, бессыновней Старости не убоюсь, Да благословит создатель Твой очаг и твой союз. Но одно запомни: слово Есть святыня из святынь; Сердцем избранной подруги До могилы не отринь. Горькое отцу содеял, Огорчил седую мать, Лет на старости заставив Слово данное попрать. Над родительскою славой, Над сединами глумясь, Утопил нас в грязной луже, Кровь свою вмешал ты в грязь. Годердзи Не топил я славы в луже, Не срамил седой главы. За нарушенную клятву Я в ответе, а не вы. В чем проступок мой? Что Мне дарованное — взял? Тем преступник я, что деву Сердца сам себе избрал? Ежечасно, безвозвратно Вырастаем из пелен! Вы Годердзи сотворили, Но живет и дышит — он! Не сыновнею любовью Вечен человечий род! Вы Годердзи сотворили, Не пеняйте, что живет! И прислужницы не стерпишь, Если лик ее не мил! Дочери царя Левана Дня невестою не мнил! В башенном окне один лишь Миг узрел ее и к ней Навсегда остался камня Башенного холодней. Если ж царь Леван, разгневан, На отца пойдет войной — Против мощного вторженца Нам сражаться не впервой! Вслед бесстрашному Гургену Все примчимся на войну И в который раз прославим Нашу древнюю страну! 8 Царь Гурген скорбит о сыне. Третий месяц царь, как крот, Света белого не видит, Третий месяц слезы льет Над ослушником, что царство На пастушку променял. Но однажды в час полночный, Визирей созвав, сказал: «Визири мои, довольно Знаете меня, чтоб знать, — Не боязнь царя Левана Мощному мешает спать. Об ослушнике Годердзи Естество мое скорбит. Браком первенца с безродной Повелитель ваш убит. Браком первого — с последней, Венценосного — с простой, Отпрыска царей древнейших Браком — с нищенкой босой. Как земля не сотряслася, Скал не рухнули столбы От неслыханного брака Господина и рабы? Как светила не погасли, Зря такую черноту? Как обвалом не засыпал Бог неравную чету? Визири мои, молю вас, Укажите мне пути, Как наследника престола С недостойной развести? Как уста его и очи От красы ее отвлечь? Как любовь из сердца выжечь? В сердце ненависть зажечь?» Помолчавши, отвечали Визири: «О царь и вождь! Это дело — колдовское, Превышает нашу мощь». Тут коварный визирь Шерэ Голос подал: «Царь, верна Преданность моя, — хоть в пекле Раздобуду колдуна! Но одно мое желанье, Царь, исполни. Не злодей Я. И девушку жалею, Выросшую без людей. Разлучив ее с Годердзи, Бедную не убивай! Чем стервятникам на ужин — Лучше мне ее отдай!» — «Быть по-твоему, — промолвил Царь. — Как только чародей Разведет ее с Годердзи, Будет девушка твоей». Вышли визири. Последним В летней ночи черноту Шерэ вышел, в черном сердце Нежа черную мечту. |
