13 марта 1921 Попутчик Соратник в чудесах и бедах Герб, во щитах моих и дедов . . . . . .выше туч: Крыло — стрела — и ключ. <А ну-ка> . . . . . . <Презрев корону золотую> Посмотрим, как тебя толкует Всю суть собрав на лбу Наследница гербу. Как…… из потемок По женской линии потомок Крыло — когда возьмут карету Стрела — властям писать декреты . . . . . .подставив грудь — Ключ: рта не разомкнуть. Но плавится сюргуч и ломок По женской линии потомок Тебя <сдерет> сюргуч. — Крыло — стрела — и ключ. <Март 1921>
Ученик Сказать — задумалась о чем? В дождь — под одним плащом, В ночь — под одним плащом, потом В гроб — под одним плащом. «Быть мальчиком твоим светлоголовым…» Быть мальчиком твоим светлоголовым, — О, через все века! — За пыльным пурпуром твоим брести в суровом Плаще ученика. Улавливать сквозь всю людскую гущу Твой вздох животворящ Душой, дыханием твоим живущей, Как дуновеньем — плащ. Победоноснее Царя Давида Чернь раздвигать плечом. От всех обид, от всей земной обиды Служить тебе плащом. Быть между спящими учениками Тем, кто во сне — не спит. При первом чернью занесенном камне Уже не плащ — а щит! (О, этот стих не самовольно прерван! Нож чересчур остер!) И — вдохновенно улыбнувшись — первым Взойти на твой костер. 15 апреля 1921 «Есть некий час — как сброшенная клажа…» Есть некий час — как сброшенная клажа: Когда в себе гордыню укротим. Час ученичества, он в жизни каждой Торжественно-неотвратим. Высокий час, когда, сложив оружье К ногам указанного нам — Перстом, Мы пурпур Воина на мех верблюжий Сменяем на песке морском. О этот час, на подвиг нас — как Голос Вздымающий из своеволья дней! О этот час, когда как спелый колос Мы клонимся от тяжести своей. И колос взрос, и час веселый пробил, И жерновов возжаждало зерно. Закон! Закон! Еще в земной утробе Мной вожделенное ярмо. Час ученичества! Но зрим и ведом Другой нам свет, — еще заря зажглась. Благословен ему грядущий следом Ты — одиночества верховный час! 15 апреля 1921 «Солнце Вечера — добрее…» Солнце Вечера — добрее Солнца в полдень. Изуверствует — не греет Солнце в полдень. Отрешеннее и кротче Солнце — к ночи. Умудренное, не хочет Бить нам в очи. Простотой своей — тревожа — Королевской, Солнце Вечера — дороже Песнопевцу! * * * Распинаемое тьмой Ежевечерне, Солнце Вечера — не кланяется Черни. Низвергаемый с престолу Вспомни — Феба! Низвергаемый — не долу Смотрит — в небо! О, не медли на соседней Колокольне! Быть хочу твоей последней Колокольней. «Пало прениже волн…» Пало прениже волн Бремя дневное. Тихо взошли на холм Вечные — двое. Тесно — плечо с плечом — Встали в молчанье. Два — под одним плащом — Ходят дыханья. Завтрашних спящих войн Вождь — и вчерашних, Молча стоят двойной Черною башней. Змия мудрей стоят, Голубя кротче. — Отче, возьми в назад, В жизнь свою, отче! Через все небо — дым Воинств Господних. Борется плащ, двойным Вздохом приподнят. Ревностью взор разъят, Молит и ропщет… — Отче, возьми в закат, В ночь свою, отче! Празднуя ночи вход, Дышат пустыни. Тяжко — как спелый плод — Падает: — Сыне! Смолкло в своем хлеву Стадо людское. На золотом холму Двое — в покое. 19 апреля 1921
«Был час чудотворен и полн…» Был час чудотворен и полн, Как древние были. Я помню — бок ó бок — на холм, Я помню — всходили… Ручьев ниспадающих речь Сплеталась предивно С плащом, ниспадающим с плеч Волной неизбывной. Всё выше, всё выше — высот Последнее злато. Сновидческий голос: Восход Навстречу Закату. |
