29 ноября 1924 «Ятаган? Огонь…» Ятаган? Огонь? Поскромнее, — куда как громко! Боль, знакомая, как глазам — ладонь, Как губам — Имя собственного ребенка. 1 декабря 1924
«Живу — не трогаю…» Живу — не трогаю. Горы не срыть. Спроси безногого, Ответит: жить. Не наша — Богова Гора — Еговова! Котел да логово, — Живем без многого. 1 декабря 1924 Полотерская Колотёры-молотёры, Полотёры-полодёры, Кумашный стан, Бахромчатый штан. Что Степан у вас, что Осип — Ни приметы, ни следа. — Нас нелегкая приносит, Полотеров, завсегда. Без вины навязчивые, Мы полы наващиваем. По паркетам вз’ахивая, Мы молей вымахиваем. Кулик краснопер, Пляши, полотер! Колотилы-громыхалы, Нам всé комнаты тесны. Кольцо бабкино пропало — Полотеры унесли. Нажариваем. Накаливаем. …Пошариваем! …Пошаливаем! С полотеров взятки гладки: Катай вдоль да поперек! Как подкатимся вприсядку: «Пожалуйте на чаёк!» Не мастикой ясеневы Вам полы намасливаем. Пóтом-кровью ясеневы Вам полы наласниваем: Вощи до-белá! Трещи, мебеля! Тише сажи, мягче замши… Полотеров взявши в дом — Плачь! Того гляди, плясамши, Нос богине отобьем. Та богиня — мраморная, Нарядить — от Ламановой, Не гляди, что мраморная — Всем бока наламываем! Полотерско дело вредно: Пляши, в пот себя вогнав! Оттого и ликом бледны, Что вся кровь у нас в ногах. Ногой пишем, Ногой пашем. Кто повыше — Тому пляшем. О пяти корявых пальцах — Как и барская нога! Из прихожей — через зальце — Вот и вся вам недолга! Знай, откалывай До колá в груди! …Шестипалого Полотера жди. Нам балы давать не внове! Двери — всé ли на ключе? А кумач затем — что крови Не видать на кумаче! Нашей ли, вашей ли — Ляжь да не спрашивай. Как господско дело грязью Следить, лоску не жалеть — Полотерско дело — мазью Те следочки затереть. А уж мазь хороша! — Занялась пороша! — Полодёры-полодралы, Полотёры-пролеталы, Разлет-штаны, Паны-шаркуны, Из перинки прасоловой Не клопов вытрясываем, По паркетам взгаркивая — Мы господ вышаркиваем! Страсть-дела, Жар-дела, Красная гвардия! * * * Поспешайте, сержанты резвые! Полотеры купца зарезали. Получайте, чего не грезили: Полотеры купца заездили. 18 декабря 1924 «Ёмче органа и звонче бубна…» Ёмче органа и звонче бубна Молвь — и одна для всех: Ох, когда трудно, и ах, когда чудно, А не дается — эх! Ах с Эмпиреев и ох вдоль пахот, И повинись, поэт, Что ничего кроме этих ахов, Охов, у Музы нет. Наинасыщеннейшая рифма Недр, наинизший тон. Так, перед вспыхнувшей Суламифью — Ахнувший Соломон. Ах: разрывающееся сердце, Слог, на котором мрут. Ах, это занавес — вдруг — разверстый. Ох: ломовой хомут. Словоискатель, словесный хахаль, Слов неприкрытый кран, Эх, слуханул бы разок — как ахал В ночь половецкий стан! И пригибался, и зверем прядал… В мхах, в звуковом меху: Ах — да ведь это ж цыганский табор — Весь! — и с луной вверху! Се жеребец, на аршин ощерясь, Ржет, предвкушая бег. Се, напоровшись на конский череп, Песнь заказал Олег — Пушкину. И — раскалясь в полете — В прабогатырских тьмах — Неодолимые возгласы плоти: Ох! — эх! — ах! 23 декабря 1924
Жизни «Не возьмешь моего румянца…» Не возьмешь моего румянца — Сильного — как разливы рек! Ты охотник, но я не дамся, Ты погоня, но я есмь бег. Не возьмешь мою душу живу! Тáк, на полном скаку погонь — Пригибающийся — и жилу Перекусывающий конь |
