Литмир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

— Давай так, мы ружье берем, но долг в пятнадцать горошин спишется, когда принесешь к нему один патрон.

— По рукам, — я не стал интересоваться, что за ксер у них такой, который такие патроны делает, — И еще один момент.

Я оглянулся по сторонам в пределах Сферы, за исключением пса никого не было, за пределами люди вроде далеко.

— Ты определил, кого мне надо следующим выводить?

— Да.

— Я тут подумал. Когда пойду обратно к Реке, я бы хотел бы нанять одного из тех, кого надо будет вывести.

— Зачем?

— Ну, есть несколько причин. Сейчас мне со Светланой и Тайсоном повезло. Возможно, потом я свежаков не найду. Искать их как я первоначально хотел их искать, бессмысленно. Слишком внешники там качественно людям на уши садятся и все контролируют. А мне требуются лишние надежные руки.

— А какие условия… работы?

Я объяснил Василию условия.

— Хорошо, я тебя понял. Подберу очередь под твои нужды. А теперь, когда ты почти закрыл долг, давай обсудим условия нашего дальнейшего сотрудничества…

…Я снова чистый, стриженный и бритый сижу в баре «Сытый медведь», пью пиво и болтаю с Герой.

С Тайсоном и Светланой расстались почти друзьями. Мы удачно продали Жердю пулемет, они патроны к нему, и я расплатился с ними рублями по курсу четыре рубля за споран.

Выгодно скинул и свой хабар. Правда, пришлось поторговаться с торговцем, толкая ему ПТРС. Того очень сильно возмущала цена двадцать одна горошина за ружье. Но я ему пояснил ценник за вес, разъяснив, что противном случае, таскать эту дуру будет не выгодно, понимая, что возможность нажить не сто, так пятьдесят процентов с товара этот жук не упустит. Как только он купил у меня ружье, я выяснил, что боеприпасы к нему есть, правда на стабе ГРЭС. Жердь за горошину согласился заказать и в течение трех дней доставить патрон со стальным сердечником. Кроме того, я выяснил, почему мои «стечкины» и ПП-93 так хорошо расходятся, не смотря на макаровский патрон. Оказывается, такое оружие, которое позволяло пользоваться одной рукой, предпочитали водители грузовиков и прочих фур, потому как очередь из двадцати-тридцати пуль в упор мог не выдержать даже уцепившийся за усиленную стальными листами машину топтун, не говоря про остальную мелочь.

Затем заглянул к ксеру. Осечка Марго, которая чуть не стоила мне жизни, многому научила. Патроны из пластикового пистолета мажора были более «свежими» и качественными, чем патроны с пистолетом родом из девяностых, поэтому на замену наделал из них сотню копий, оставив один образец Порошку на хранение.

После душа и плотного ужина, посетил Рыжую, договориться о сеансах по прокачке дара. Та выглядела устало, явно умотавшись за день, поэтому явление нового клиента встретила без радости.

— Привет.

— Привет, Рыжая.

— Дары хочешь прокачать?

— Да.

— И откуда у тебя столько гороха?

— Оттуда, — я махнул на запад в сторону Реки, — Сегодня начать можем?

Та со вздохом, достала бутылку с уксусом:

— Давай. Тут не часто платят за каждый сеанс горохом.

Через минуту после начала процедуры Рыжая нахмурилась, что заставило Оберег трястись сильнее:

— Скажи, Заяц, а ты после меня к какому-то знахарю обращался?

— Обращался.

— И где?

— На западе, через «черноту». А что?

— Ничего, — мрачно ответила Рыжая.

Понятно, профессиональная гордость. Мы немного пересмотрели наше соглашение с Василием. При каждом проходе на стаб с меня полагался цинк с патронами. Желательно «семерки». За это я получал услугу знахаря на прокачку дара, сектанты получали патроны, а их лидер халявную горошину. Я в целом был не против, потому как понимал делиться надо. Цинк с патронами фигня за возможность срезать сутки по более или менее безопасному пути и возможность оборудовать склад. Но поинтересовался, зачем это мне надо, если в стабе я могу получить те же услуги в шесть раз дешевле. Василий объяснил, что Рыжая хороша, но если ее работу представить в виде доски, то теперь требовалась полировка тонким наждаком. В общем, сейчас Рыжая видела, что кто-то более умелый ее работу доводил до ума. Как я понял, такая схема прокачки лично для меня была более эффективной: Рыжая делала так сказать черновую работу, Василий осуществлял окончательную отделку или доводку. Более того, такая конкуренция позволяла мне думать, что знахари будут работать качественнее, выделываясь друг перед другом. Главное, что бы ничего лишнего не отрастили в погоне за лидерством.

И вот, наконец, сижу, пью пиво, слушаю от Геры местные новости.

Ничего особо интересного. Рейдеры несут обычные потери от враждебной среды, на западе вялая война с мурами и внешниками, внешники начали применять какой-то газ, стаб ГРЭС собирается перейти на золотые рубли.

На следующее утро после визита к знахарке, позавтракал на талон и направился в торговый центр в поисках противогаза. Внешникам ничто не мешало потренироваться на городе, и попасть под газовую атаку не хотелось. Имелось несколько моделей противогазов и защитных масок, я выбрал самый дорогой, продвинутый и легкий, за десять горошин, не нолдовский, конечно как сказал продавец, но очень эффективный, с каким-то крутым фильтром многоразового использования после его промывания.

Вернулся в свой номер. Прикинул свои средние доходы и расходы от одного рейда, пришел к выводу, что учитывая текущие расходы, наем персонала, ежедневное потребление гороха, а на стабе так и вообще его ускоренное потребление, каждый месяц у меня должно оставаться семь-десять горошин, и это не считая накопленных запасов оружия и боеприпасов на Вышке. А потом… а потом выяснилось, что Медвежий Угол очень скучное место, как санаторий. Завтрак, процедуры у Рыжей, обед, снова процедуры, ужин, вечерняя выпивка в баре, сон. Между приемами пищи, процедурами и сном я читал найденные книжки, обновляя свои школьные знания по физике, геометрии и астрономии. Проститутки меня не интересовали, а заводить серьезные отношения, когда я тут бываю четыре неполных дня в месяц, просто смешно. Вот и выходило, что самым близким моим собеседником за кружкой пива была Гера.

В общем, когда утром четвертого дня оказался за пределами стаба, я, топая на запад, несказанно был рад вернуться к работе сталкера...

…Так прошло еще семь месяцев. Тайсон и Светлана, получив за трофеи много гороха, уехали на стаб ГРЭС. А у меня теперь было пять маршрутов пути к Реке и пять отдельных маршрутов обратно. Перетащил на Большую землю всех иммунных от сектантов. За это время, за семь рейдов, удалось спасти на Восьмерке только четверых свежаков: трех мужиков и одну женщину. Вообще условия выживания иммунного, не считая самой возможности быть иммунным, были хотя и простыми, но требовали удачи. На момент переноса он или она должны быть в квартире один или одна. Большая часть жильцов дома должна оказаться вне дома. В подъезде должны уже кого-то жрать, что дает иммунному возможность отступить и осознать опасность происходящего. А дальше все зависит от желания жить и применять насилие.

Путешествия по «черноте» показали, что какая-то жизнь в ней была. Или не жизнь. Просто что-то оставляло следы. Несколько раз я сталкивался непрерывным извилистым следом в сломанной черной траве и черных кустах. Кто-то бы сказал, что здесь проползла змея, метр шириной. Возможно. Только змеи не оставляют в своем следе почти незримые нити паутины. Мне попадались, и старые следы с уже ставшей черной паутиной, и свежие с еще не почерневшей. Свежие следы я перешагивал, стараясь не задеть паутину. Был соблазн потыкать в нее каким-то предметом, но это могла быть и сигнальная нить, как у земных пауков. Или еще что похлеще.

Однажды я столкнулся с тем, что я назвал «бездной». Это бы ничем не отличающийся черный пейзаж, но на каком-то слое восприятия Сферы, казалось, что он иллюзия, скрывающая по травой, кустами, и деревьями гигантскую, бездонную чашу, край которой я и видел. На всех слоях восприятия, кроме одного, все было нормально. Присмотревшись, я понял, что края «чаши» слегка дрожали, как от неровного прерывистого дыхания. Обошел «бездну» стороной.

35
{"b":"982676","o":1}