Литмир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Я еще раз оглядел в монокуляр поезд. До него примерно километр. Движения нет, некоторые окна вагонов изнутри заляпаны скорее всего высохшей кровью. Перрон и саму станцию отсюда не видно, поезд закрывает.

— Что думаешь, Михалыч?

Михалыч не в восторге от идеи идти через станцию. Нуда, он моей шее сидит. Ноги-то мне бить. Чем крупнее зараженный, тем больше ему надо есть. Зараженные, развитее бегунов, вообще вынуждены постоянно передвигаться в поисках пищи.

Я сам навязал себе график и теперь расплачиваюсь, поэтому решившись, двинулся к поезду. Каждые сто метров останавливался, оглядывая окрестность. Вон какой-то костяк между колесами под вагоном. Вот чья-то сумка. А вон изорванный ботинок.

Мертвечиной начало вонять метров за триста. Подошел к составу. В Сфере вижу часть вагона. Внутри кости, разбросанные и изорванные вещи, фрагменты тел. Перрон только на полметра возвышается над рельсами. Сбрасываю рюкзак, и с автоматом наизготовку подлажу под поезд, что строго воспрещается в моем мире. Тихо. Оглядываю перрон. Много тут людей съели. Твари, добираясь до пассажиров, выбивали окна и разрывали борта вагонов с этой стороны поезда, Проверяю здание. На другой стороны зала, заваленного костями, покачиваясь на пятках, стоит матерый бегун, и таращиться куда-то за окно. Меняю калаш на Марго. Крадусь к своей жертве, стараясь не наступить на кости. Двадцать метров. Один, почти бесшумный выстрел в голову. Наповал. Хватаю калаш и жду реакции на смерть зараженного. Тихо. Никого. Все. Станция зачищена. Забираю два спорана с бегуна. Возвращаюсь к рюкзаку. Теперь в темпе надо уходит из этого кластера.

Я отошел от станции метров на сто, как засек движение в полукилометре. Со стороны деревни, по полю, ко мне мчалась туша толи матерого кусача, толи молодого рубера. Бросив рюкзак, я рванул обратно к зданию. До твари было всего сто метров, когда я, еле успевая встать в проеме широкого окна, начинаю поливать ее прямо сквозь стекло короткими очередями. И если судит по конституции, до заражения она не была человеком. Тварь наклоняет морду, прикрывая глаза как щитками надбровными костяными наростами и мчит на меня. Пули бьют в морду твари, срывая кожу, откалывая мелкие кусочки от надбровных щитков, ослабляя их, и рикошетя по все стороны. Щелк, магазин пуст. Морда твари попадает в Сферу, я одним движением сбрасываю калаш в Карман, хватаю Киску. Тварь прыгает с восьми метров. А я знаю, куда направлен ствол. Тяжелая пуля разносит правый костяной щиток, раскалывая его и раскалываясь сама, превращая в месиво глазное яблоко твари. На Сфере я вижу, что тварь лишилась только глаза. Она в прыжке летит на меня, и тут течение времени резко замедляется. Соображаю я нормально, но двигаюсь также медленно, и даже медленнее, чем тварь. Я вижу несколько траекторий ее движения, которые с каждым мгновением становятся все ближе друг другу, как бы сливаясь в одну наиболее вероятную. Вижу траекторию своего движения, уход влево, под прикрытие метровой стены из кирпича, в слепую зону выбитого глаза. И я вижу следующую цель для выстрела. Время ускоряется, точнее, возвращается в нормальный темп, оконная рама взрывается осколками стекла и обломками дерева, и тварь влетает в зал. Выстрел. Когда-то у твари были уши, но мутация и рост черепа лишил существо ушных раковин, сдвинув ушное отверстие, чуть выше сочленений челюстей, и пуля бьёт прямо в него, превращая в фарш вестибулярный аппарат справа. Но и тут кость слишком толстая, конический кусок металла не достает до мозга, но это не главное. Даже могучие падают, если их не держат ноги. Вот и монстра ведет, он «поплыл» от контузии, потеряв ориентацию в пространстве, его лапы подламываются, и тварь валиться на правый бок, подставляя споровый мешок. Новое замедление времени, за которое я успеваю, сбросить Киску в Карман. Рывок на грани сил и рефлексов, и Коготь входит аккуратно между костяных пластин спорового мешка. Чудовище издыхает.

Я тяжело дышу, меня трясет от адреналина, спорового голодания и злого азарта. Краем глаза я фиксирую новое движение. Бежит свита. Два лотерейшика и три матерых бегуна. Триста метров. Я суперхищник Земли! Я продукт миллионов лет выживания! Стараюсь придать дыханию равномерный ритм, пытаясь успокоиться, и перезаряжая калаш, становлюсь на колено, кладя ствол автомата на подоконник. Сто метров. Я чувствую, как дремлющая генетическая память предков внутри меня пробуждается и оскаливает клыки: «Убей людоеда!». Это один из императивов выживания расы. И открываю огонь…

…Я сижу на чердаке станции, приходя в себя. Не скажу, что бой дался мне нелегко, но я понимаю, поймай тварь меня в открытом поле, даже выбитый глаз не помешал бы ей сбить с меня с ног или зацепить на ощупь лапой. То есть, хочется думать, что я переиграл ее на тактике.

Четвертый дар, о котором говорил Василий, пробудился. Раньше времени, но спасибо сеансам Рыжей на горохе и утренним его приемам. Скорее всего, без его активации я бы не смог так удачно определить цель второго выстрела и попасть. Да, я не клокстопер. Вышел облом. «Разогнанные» от Сферы нейронные связи мозга, позволяют мне думать быстрее, производить расчеты, принимая решение. Проблема в том, что тело и его отзыв на команды мозга осталось прежними, хоть уже и изрядно изменившимися под воздействием паразита, принятых жемчужин и гороха. И мне кажется, что дар в пассивном режиме активируется только когда, сама «проблема», требующая решения, оказывается в пределах Сферы. Наверное, дар хороший, но опять с ограничениями. Завязан на Сферу и ограничен Сферой. И могу ли я самостоятельно так «ускоряться»? А еще сильно болит голова. Видно мозги перегреваются от дара. Как процессор или видеокарта. Вот пусть дар так и называется, Карта. Как она ляжет, так и будет. А еще оказалось, что теперь по целям внутри Сферы мне даже целиться не надо. Как-будто есть лазерный целеуказатель.

И что это вообще было? Этот прилив злого азарта, и желание убить всех чудовищ? Я суперхищник. Ага. Эк меня адреналином торкнуло. Наверное, там, на кластерах за «чернотой», зараженные воспринимались как просто угроза. Здесь я убил местного царька кластеров. Погибшие здесь люди наверняка его работа. Не зря же тут стоял дозорный бегун. Умом я понимаю, что месть за съеденных и убийство местного босса, с глобальной точки зрения бессмысленна. Будет перезарузка, и среди зараженных определиться новый царь-горы. Стикс вообще делает многие вещи бессмысленными или сводит все к статистической погрешности. Но человек создан что бы преодолевать трудности. Мои маленькие и незаметные для Стикса победы, это мои победы. Мой шанс остаться человеком. Шанс сделать этот мир лучше. Хотя бы здесь и сейчас. На этом покончив с саморефлексией, вернулся к тварному миру.

В рубере, который раньше, скорее всего, был хряком, хотя ноги у него изрядно мутировали в четырехпалые лапы, жемчуга не было. Янтаря грамм сто, но очень насыщенного цвета, шесть горошин, и двадцать споранов. Прям сплошной жир Стикса. Свита принесла еще горошину и девять споранов. Неплохо. А то что бонусом был еще и целая шкура, и моральное удовлетворение, что все же отомстил местному царю-горы за душегубство загруженных разумных, вообще замечательно. Может теперь эти кластеры дадут какое-то количество выживших иммунных. В общем, отпоив на чердаке организм живчиком, я быстро просканировал станцию и поезд Сферой, обнаружив в зале ожидания улетевший под скамейку АКСУ с половиной магазина. Прихватив оружие, я устремился к «черноте», от которой меня отделяло всего несколько кластеров…

…Переход через «черноту» прошел без происшествий и даже как-то буднично. К вечеру я вышел на территорию Пасынков Улья. До заката было еще часа три, и я решил двигаться еще часа два, надеясь попасться на глаза дозорных. Расчет оправдался, через полтора часа встретился с разъездом из двух мотоциклистов. Одного даже знал в лицо, виделись на стоянке. Был некий мандраж, а ну, как они захотят меня привалить. Но ребята были довольно приветливы, сообщили, что сектанты сменили место стоянки и предложили подвести. На что я, конечно, согласился.

25
{"b":"982676","o":1}