Синяя линия вела меня через весь огромный зал, превращенный в четырехэтажный человейник с довольно широким улицами и переходами на уровне третьего этажа, ярко освещенным мощными лампами. Электричества от оставшегося оборудования тут хватало с избытком.
Наконец моя нить Ариадны уперлась в довольно широкую дверь в стене. Из будки вышел крепкий мужчина в полувоенной форме с «Витязем»[2] на плече.
После предъявления пропуска открыл дверь электронной картой и сообщил:
— Вам на причал номер шесть.
Я вышел и оказался за пределами здания ГРЭС на широком деревянном причале. По проекту ГРЭС не имела градирен для охлаждения, вода просто сбрасывалась в огромное водохранилище. Именно здесь жили сливки местного общества. Для безопасности через все водохранилище шла дамба, как я знал, с невысокой метра в два бетонной стеной в качестве основания, и двойной трехметровой надстройкой из металлической сетки. Два бастиона которым заканчивалась внешняя стена стаба, с обоих концов дамбы, несколько охранных вышек, два явно противодиверсионного катера на отгороженной части водохранилища. С сонарами, наверное. А так тишь да гладь. Лепота. На пристани пусто. Причалов, если так можно назвать деревянные мостки было двадцать один. Двадцать домиков стандартного проекта на понтонах. Тридцать на тридцать метров, второй этаж в виде хитрой П-образной мансарды, превращающей часть крыши в площадку-лоджию для отдыха. И один дом трехэтажный, раза в два больше остальных. Там, наверное, глава стаба Гермес живет. Под погремуху и должность.
Прохожу по причалу, у намалеванной прямо на настиле цифры шесть сворачиваю к мостику. А неплохо. Если даже орда сюда прорвется, на «плотике»-доме можно отчалить. Сколько там до дамбы? Метров восемьсот?
На маленько плоту, взяв жемчуг, ствол и грезы,
Я тихо отплыву, голодной всю орду оставив…
Дальше сочинить не успел. Звонка на двери нет. Вместо него молоток в виде пафосной морды бронзового льва.
На стук из глубин дома, что я вижу через полностью стеклянную стену, появляется женщина в простом бежевом платье. Ой, сколько у нее даров-то! Иллюзионист и клостопер из самого интересного.
Улыбаемся и машем. Нас кажется пригласили на ужин. Знать бы в качестве кого, и за что честь такая.
— Добрый вечер!
— Здравствуйте, Заяц, меня зовут Ирина. Дед вас ждет.
У Ирины под платьем, на внутренней стороне правого бедра какой-то компактный импортный пистолет, на левой-нож. Богатые в Улье тоже плачут. Но реже, и часто с комфортом.
Первый этаж представляет собой по сути огромную гостиную, столовую и прихожую. Две стены полностью стеклянные. Есть камин, зона с шикарным деревянным обеденным столом персон на двенадцать, два дивана, один с видом на водохранилище, один напротив просто огромной «плазмы», и лестница на второй этаж. Мне нравиться. Единственное картины, даже если это оригиналы, на стенах не в моем вкусе. Я не люблю сюрреализм.
Следую за Ириной на второй этаж и мы оказываемся в застекленном П-образном коридоре. С одной стороны кабинет с библиотекой, с другой шикарная спальня и ванная с туалетом. А по середине выход на площадку с зоной барбекю, на которой над котлом колдует обычный ничем не примечательный мужчина, лет сорока. Скорее всего, метис, если судит по слегка раскосым глаза.
— Дорогой, у нас гость, — говорит Ирина, сразу внося ясность в ее статус.
— Добрый день, Заяц.
— Здравствуйте, Дед.
— Выбирайте пока, что выпить. Сейчас бульон дойдет, и кинем пельмени. А плов уже готов.
Готовят на таких аккуратных, я бы сказал калиброванных, дровах. Свой шик. Я так только на Вышке могу. В любом другом месте на запах дыма набегут любопытные.
— Вам, что-то, Ирина, налить? — пытаюсь быть галантным.
— Спасибо, я сама, — говорит она, присаживаясь на небольшой диванчик.
А вот кега с пивом, нацеживаю себе в поллитровую стеклянную кружку, между прочим из натурального хрусталя.
Дед тоже крут. Очень сильный знахарь, силовой щит и боевой дар раскаченный на столько, что позволяет светом как лазером прожигать дырки. Слабое место требует концентрации и «разогрева» дара, но вместе с щитом очень неплохо. Прочая мирная шелуха из даров, типа разогнанной реакции и сканера. Вот именно этим сканером он пытается меня аккуратно пощупать на предмет имущества и даров, о чем мне сообщает Оберег. Я используя свою энергию создаю вокруг себя небольшой энергетический кокон, превращаясь почти в непрозрачное стекло из белого шума. Уверен вруби он сканер на полную мощь, пробил бы защиту. Но он пытается действовать незаметно, знает, что я знахарь, и смогу засечь мощное сканирование. Хотя в местной социальной лестнице разница между нами огромна, то, что мы относимся к одной корпорации знахарей делает нас почти равными. Формально.
— Я много о вас слышал хорошего. У вас репутация человека, который приносит необычные и редкие вещи.
— Что именно?
— Противотанковые ружья, странный янтарь и свежаков.
— Свежаков? — кто-то ведет учет свежаков за каким-то рейдером по имени Заяц.
— Их довольно много. Я бы сказал необычно много. И каждого доводите до стаба, даете снаряжение и даже оплачиваете работу.
— Хотите сказать я подозрительно добренький? Типа каждого второго свежака не довожу и съедаю?
Дед смеется:
— Добреньким вас нельзя назвать. Гранит и Звон не дадут соврать.
— Звон? — я игнорирую любые намеки на янтарь.
— Да. Он ко мне приходил в связи с … недавними затруднениями по внешним торговым операциям.
Я жму плечами:
— Я просто опытный водитель-экспедитор.
Бульон доходит, хотя это оказывается не бульон, а будущая чучвара. В котел летят пельмени.
— Не скромничайте. Звон в большом впечатлении от вашей работы и работы… Кэт. Она ваша девушка?
— И совладелец тоже.
— Так почему вы так относитесь к свежакам?
— Это не просто свежаки. Это свежаки с моего и соседних кластеров. Так уж получается, что выбраться оттуда почти невозможно. Либо к мурам на разделку, либо к зараженным в пасть. Ни уйти оттуда, ни убежать. Вот я и отрабатываю долг перед Ульем, за то, что я выжил.
— Хм. Какая необычная причина.
Беседа течет плавно и неспешно. Чучвара и плов просто великолепны, пиво отличное. Рассказываю про Кластеры у Реки. Дед и Ирина меня внимательно слушают время от времени задавая вопросы. Я расслаблено плыву по течению. От меня что-то Деду нужно. Подождем.
— Кстати, вы, как я знаю, в «черноте» пересекаетесь с какими-то сектантами.
— Да. Там есть изолированные нормальные кластера, где люди живут довольно замкнутыми общинами, — дипломатично отвечаю я.
Дед, задумчиво чешет подбородок:
— Вы там что-то слышали про Слезы Улья?
— Слышал, — не стал отрицать.
— Тогда мне нужен ваш совет. Ко мне обратились люди, которые готовы добывать эти Слезы. Мне показали образец. Я был им впечатлен. Но им требуется финансирование и поддержка. Что вы думаете?
— Либо вас пытаются обмануть, либо они не понимают во что ввязываются.
Они оба молчат, явно ожидаю продолжения.
Я вздыхаю:
— Я там брожу уже второй год и совсем не знаю, как и где добываются эти Слезы Улья. Те, кто находят эти Слезы, почти не отличаются от килдингов. Я не удивлюсь, что часть кристаллов они получают какими-то кровавыми ритуалами. Знаю, что, по слухам, Слезы встречаются чаще, чем ближе к центру Кляксы. Это сильно южнее моих обычных маршрутов через «черноту» на Кластеры. А еще, чем ближе к центру, тем еще злее «чернота». Хотя в Кляксе она сама по себе очень плохая. Говорят, на другой «черноте» развитый иммунный может несколько часов идти, а тут его за минуту «ведет». Как там в центре Кляксы, я и не представляю. Далее, что находят эти недокилдинги, это полуфабрикат. Есть община, которая его дорабатывает в окончательный… продукт. Ваши старатели столкнуться там с сектантами и «чернотой» и получат только сырую заготовку. А там еще водятся чудовища и прочая странная хрень.