Я же усаживаюсь за стол и обращаюсь к господину Баруссу с самой любезной улыбкой.

— Рассказывайте, господин Барусс, что вас к нам привело.

Господин Барусс смотрит на меня и качает головой.

— Никогда бы не подумал, госпожа Дюмон, что у вас так ладно выйдет здесь командовать. Какая нужда вас заставила, скажите?

Снова здорово. Самая популярная пьеса нынешнего сезона, действие третье, пятый акт.

— Господин Барусс, вы, вероятно, не знаете, но я исполняю обязанности управляющего предприятием «Дюмон и Дюмон».

— И Палан утвердил вас? — нахмурился он.

— Да, — и вот ещё, объяснять ему, хочет — пускай сам связывается и выясняет, что да почему.

— Я изумлён, — качает он головой. — Не могу понять, зачем вам это понадобилось.

— Просто примите, как данность, что понадобилось.

— А что будет, когда вы наиграетесь в деловую женщину? — хмурится он. — Тут же после вас ни один опытный управленец не разберётся.

— Пускай это вас не беспокоит. Тем более, что я существенно моложе вас, и это самое «после меня» вы, скорее всего, не увидите.

Это невежливо, но и он тоже не образец вежливости. Сидит тут, значит, пьёт мой арро, шумно дышит, его крылья носа раздуваются, кустистые брови пошевеливаются, а тёмные глаза, того и гляди, начнут молнии метать. Ну да, весь такой важный, и я, значит, маг двадцати одного года от роду. Но маг, да?

Мысль моя была — говорите уже, что хотели, и отправляйтесь восвояси.

— Госпожа Дюмон, — вздыхает он, — я был женат на женщине, имевшей магические способности, и дети мои их унаследовали. Я никуда не выхожу без артефакта, делающего невозможным любое ментальное воздействие на меня.

Вот как, значит. Закрываюсь защитой посерьёзнее — мало ли, что там ещё у него есть — и отвечаю:

— Отлично, значит, просто говорим откровенно. Как маг и… человек, что-то знающий о магии. Что вы хотели от меня?

— Мы с вашим отцом были неплохими компаньонами, и я хотел бы продолжить это взаимовыгодное дело, — он улыбнулся, как мне показалось — немного хищно.

— Что именно вы предлагаете и на каких условиях? — пускай сразу говорит, да?

— Ну что вы, госпожа Дюмон, кто же действует вот так сразу и в лоб? — хищности в голосе поубавилось, добавилось вкрадчивой мягкости. — Мы бы сначала обсудили перспективы совместного ведения дел, а потом уже говорили бы об определённых кампаниях.

— Я выслушаю всё, что вы готовы мне сказать, — смотрю на него прямо, закрываюсь хорошенько.

— И дадите ответ?

— И дам ответ. Не обещаю дать его сейчас, но дам непременно.

— Хорошо. Как я понимаю, вы что-то знаете о состоянии ваших дел. Но очевидно же, не всё, иначе не случилось бы ничего, подобного сегодняшнему спору с Сен-Фло, — усмехается ещё, чтоб ему. — Вы так громко всё это обсуждали, что я не мог не услышать.

— Жертвой анонимной клеветы может стать любой, ему даже делать для этого ничего не понадобится. Ему просто позавидовали, или захотели часть его имущества, или ещё какая-то коллизия сложилась — и оп, на вас уже пишут анонимные письма. Я думаю, вы сталкивались с такими ситуациями чаще, чем я, просто в силу того, что дольше работаете в этом поле.

И попутно у меня закопошилась мысль — а вдруг это Лаффер? Я отказала ему в продаже, и он решил ущемить меня, чтобы отомстить? Это не похоже на тот образ, который создался у меня после нескольких наших разговоров, но кто сказал, что я всегда права? Повод-то у него есть!

Но и с этим вот тоже расслабляться не стоит.

— Вы правы, дорогая госпожа Дюмон. Но сможете ли вы в одиночку противостоять возможным нападкам на вас и ваше предприятие? — и смотрит испытующе.

— Отчего же в одиночку? — парирую с ходу. — Мой отец подобрал отличных работников, и в последние три года я стояла рядом с ним во всех его делах. О нет, я не одна, у меня отличная команда.

— Верю, оттого и желаю вести дела вместе с вами. Мы можем стать компаньонами, а можем и вовсе супругами, семейный бизнес — это отличный вариант, как мне кажется.

— Я пока не рассматриваю вариант семейного бизнеса, прошу простить меня, если разочаровала, — улыбаюсь. — А ваши предложения о совместном деле готова рассмотреть, — если я сейчас откажу ему по всем фронтам, он совсем обидится, и начнёт делать гадости, вот не сомневаюсь, что начнёт.

— Для начала — совместно снарядить корабль. Ваша «Аврора» рано или поздно разгрузится и её нужно будет отправлять снова, давайте сделаем это вместе. Ваш корабль, ваша команда, мои финансы, у меня как раз есть свободные.

Смотрю на него в упор.

— Господин Барусс, отчего мой отец трижды отказал вам в сотрудничестве?

— Оттого, что мы поссорились, — улыбается открыто. — Но с вами-то я не ссорился и не собираюсь, вот ещё — ссориться с юной девой. Думаю, что под моим руководством вы сможете научиться всему, чему не успел научить вас отец. Мои корабли ходят во все части света, привозят всё, что только можно привезти, у меня надёжные налаженные каналы продаж груза. И всё это станет доступно для вас, подумайте.

Я слушала его и понимала, что обстоятельства могли сложиться так, что я бы согласилась. Но… уже что-то пошло не так. И ещё я помнила слова его сына в лавке артефактов позавчера — о том, что он хочет жениться, а семья его против, и готова действовать. Может быть немного подождать, и давать ответ не придётся? Или этот вот господин съест своего сына и не поморщится? Или наоборот?

— Господин Барусс, я благодарна вам за предложение, — говорю серьёзно. — Сейчас я никак не дам вам ответ, ни о совместном снаряжении корабля, потому что сначала мы разберёмся с той историей, в которую он попал, ни, тем более, о каких-то серьёзных совместных проектах. Но я обещаю ответить в разумное время.

Он смотрит так, будто и не ожидал другого ответа.

— А если я помогу вам решить ваши затруднения с таможней? — и улыбнулся хитро.

— О, вы знаете ходы в таможню? И сколько стоит, знаете? — делаю наивное лицо и смотрю, как восторженная дурочка. — А письмо точно не вы писали?

— Какое письмо? — продолжает усмехаться.

— Да мало ли, — хорошо, не буду настаивать. — Благодарю вас за визит, но сейчас у меня дела.

Я поднялась и выразительно посмотрела на него. Он тоже поднялся, поклонился и с усмешкой покинул кабинет.

А я плюхнулась обратно в кресло. Что ж, я не ожидала, что будет легко. Вперёд, Сесиль, зови господина Палана, пускай помогает.

Я бросаю на дверь запирающее заклинание и вызываю господина д’Ивера. Он откликается мгновенно.

— Госпожа Дюмон, рад приветствовать вас.

— Здравствуйте, господин д’Ивер, можете вы пригласить господина Палана? Тут новости подъехали.

— Конечно, госпожа Дюмон, — он кланяется и идёт вместе с магическим зеркалом в кабинет господина Палана.

— Детка Сесиль, рад вас видеть. Какие новости?

— О-о-о, тут столько новостей, что я даже и не знаю, с чего начать! Давайте, начну с корабля. Хотя я не исключаю, что всё оно так или иначе связано.

И я рассказываю — о прибытии «Авроры», о таможенных проблемах и о намерениях господина Барусса. При упоминании этого имени господин Палан кривится.

— Я предполагал, что он может выбраться из своей норы и попробовать договориться с вами. Неприятный человек, всё верно, и я не советую вам рассматривать его в качестве супруга.

— Я и не собираюсь, — сообщаю. — Даже в качестве фиктивного супруга.

— Он не согласится на фиктивный брак, но будет рад заполучить и вас в супруги, и всё ваше имущество в пользование. Если что, я не одобрю такой брак, и смогу привести много доводов против, и возможно, какие-то из них даже самому Баруссу покажутся справедливыми. Но вопрос с таможней и анонимкой вам придётся решать на месте.

— Мне бы мага, — вздыхаю. — Я думаю, маг раскопал бы, что там случилось на самом деле.

Господин Палан задумался

— Вам поможет Феликс де Вержи, частный детектив. Ему уже случалось работать с Марселем, он быстро разберётся с людьми и деталями. Д’Ивер сообщит вам адрес, по которому он принимает. Сошлитесь на меня, да и Марселя он, думаю, не успел забыть.