Пока мы беседовали, произошёл вальс, а на следующий у меня уже было приглашение. Господин Люсьен Баретт тут как тут.

— Госпожа Дюмон, мы с вами танцуем, — и сияет улыбкой через половину залы.

— Да, обязательно, — улыбаюсь в ответ.

Дальше моя бальная программа летит, как хорошо разогнавшийся паровоз. Кавалеры легко находятся даже на те танцы, которые я оставляла свободными — на всякий случай. Они роятся вокруг меня, просят бабушку представить их и убедить меня согласиться на танец, только — сюрприз — часть танцев расписана заранее, и это просто замечательно.

Когда дело доходит до кузена Флоримона, я немного выдыхаю. Мы летим по залу на хорошей скорости, огибая замешкавшиеся пары, и я спрашиваю:

— Вы не знаете, откуда взялась эта толпа кавалеров? Мне иногда хочется провалиться сквозь землю! — и отчего-то мне кажется, что вся эта толпа не добавит мне популярности у здешних дам и девиц.

Правда, некоторых я сосватала Маринетт Карно, у той бальная книжка была совсем пустая, пускай знакомится. И меня вполне слушались — шли и приглашали, и танцевали.

— Вы ведь надели купленный артефакт, — смеётся кузен. — Думаю, всё дело не только в вашем ошеломительном наряде и в вашей искрящейся улыбке, кузина, но и в некоторой толике магии. Все кавалеры, что осаждают вас — не маги. Очевидно, они поддались влиянию артефакта.

— А вы? — подмигиваю ему. — Вы ведь тоже не маг?

— А я очаровался уже давно, но отчётливо понимаю, что мне ничего не светит, — подмигивает он в ответ. — Но вы, кузина, отменная собеседница, с вами необыкновенно весело, так что — я проведу с вами всё то время, что получится. А когда вы покинете нас — буду навещать вас в столице.

Мне нравится такой подход, о чём я ему и говорю. А вальс завершается, и мы берёмся друг за друга покрепче и вертимся быстро-быстро, а потом он ещё и проворачивает меня под рукой. Останавливаюсь, перевожу дух, изображаю изящный реверанс. Он тоже кланяется — с красивыми жестами руками и смеясь. И ведёт меня к бабушке.

Следующим танцем объявляют кадриль, и господин Лаффер возникает возле меня, словно из-под земли.

— Прошу вас, госпожа Дюмон, — он подаёт мне руку, ведёт туда, где строится собранная им кадриль, и ставит на место.

Поговорим?

Я поклонилась, глядя прямо в его синие глаза, и тут же принялась кланяться визави и контр-визави — ничего личного, поприветствовать нужно всех участников кадрили. Дождалась, пока мы оттанцевали первую половину первой фигуры с парой напротив, и снова улыбнулась своему кавалеру. И прикрыла нас от подслушивания.

— Господин Лаффер.

— Да, госпожа Дюмон?

Наверное, на магов эта штука у меня на голове не действует, потому что никакого интереса ко мне он не проявлял. Тоже ничего личного, просто танец, просто светская жизнь.

— Я обещала дать вам ответ на некий вопрос. Так вот, ответ — нет.

Он никак не показал, что ответ этот ему неприятен или огорчителен.

— Отчего же, госпожа Дюмон, вы не соглашаетесь на это выгодное предложение? — приподнял он бровь. — Считать не умеете?

— Причина в другом, — качаю головой.

И тут наступает следующая фигура, и его очередь танцевать с дамой визави. Ничего, до моего соло ещё будет время, договорим.

Лаффер возвращается, и вопросительно смотрит на меня. Я поправляю противоподслушивающее заклятье и продолжаю.

— Понимаете, я не могу сейчас ничего продать, не имею таких полномочий по закону, будь он неладен. Только после замужества. Поэтому увы, — и даже немного вздыхаю, главным образом потому, что меня этот закон тоже изрядно раздражает.

— Ах, да, вы ведь должны были выйти замуж, но не вышли отчего-то, — он смотрит на меня весьма внимательно.

— Так случилось, — говорю я, и стараюсь придать голосу побольше убедительности — ещё не хватало рассказывать ему всю эту неприглядную историю, обойдётся.

Тут наступает моя очередь танцевать, я киваю ему с преувеличенно яркой улыбкой, и двигаюсь навстречу партнёру визави. Но моя часть фигуры завершается, и после оборота за руки мы с Лаффером вновь переглядываемся.

— И что же, вы ищете супруга здесь, чтобы получить капиталы в своё полное распоряжение? — спрашивает он.

— Я не могу сказать уверенно, что ищу супруга, — лёгкое пожатие плеч.

— Как же это ещё назвать? — он смотрит куда-то поверх моей головы.

Тьфу ты, там же мой новый гребень. Вот ведь, учуял.

— Это безделушка, которую я приобрела сегодня в лавке господина Луи Барусса, знаете такого?

— Знаю, — кивает он, — его артефакты хвалят. И для чего вам такая безделушка? Думаете, без неё не справитесь?

— Ну вот ещё, не справлюсь, — вздёргиваю нос повыше. — Будет нужно, и справлюсь.

Третья фигура, его очередь танцевать с дамой визави, и я с ней не знакома, дама постарше нас обоих. Оборот за правую руку, за левую руку, дальше две наших пары должны выполнить балансе в линии, и вечно кто-нибудь забывает, в какую сторону должна двигаться линия. Сегодня этим зазевавшимся человеком оказалась я. Правда, быстро сообразила и сменила ногу, но удостоилась возмущённого взгляда от своего кавалера.

— Внимательнее, будьте любезны, госпожа Дюмон, — прошипел он.

— Несомненно, — я улыбнулась пошире, улыбка сглаживает многое.

Мы завершили эту фигуру на месте визави, и получили несколько тактов передышки.

— Вы отлично знаете этот танец, извольте не терять ногу, — продолжал Лаффер.

— Да поняла я, поняла, — смотрю недобро. — Со всеми бывает, не поверите.

— Я думал, вы не делаете ошибок, — ещё и усмехается!

— Все делают ошибки, абсолютно все, уверяю вас, — произношу важно, и тут нам приходит очередь возвращаться на своё место.

Пока фигуру выполняют вторая и четвёртая пары, мы продолжаем подгрызать друг друга.

— Неужели вы так плохо знаете законы, госпожа Дюмон, что полагаете, будто ваш будущий муж позволит вам распоряжаться капиталом? — интересуется он.

— Я как раз знаю хорошо, и у меня, поверьте, отличные юристы, они умеют составлять брачные контракты, — улыбаюсь ядовито. — Полномочия мои и супруга будут жёстко разделены. Потому что можно ведь выйти замуж за человека без собственности и без амбиций, правда? Или чтобы эти амбиции не помешали ему трезво смотреть на мир, и для того существует брачный контракт. И господа Паланы, оба, готовы составить его для меня.

— Вы, я смотрю, всё рассчитали, — качает он головой.

— Увы, когда речь идёт о взаимодействии с другими людьми, всё рассчитать невозможно. Даже всё предусмотреть невозможно, — вздыхаю, я в самом деле сожалею.

— Обычно юные особы хотят замуж и не хотят ничего предусматривать, — качает он головой.

— Я уже обожглась один раз, больше не хочу, — сообщаю ему. — Поэтому — только договоры, контракты и иные документы. А с магом — магический контракт, конечно же.

— А вы желаете выйти за мага?

— Я допускаю такую возможность. Моя мать не была магом, для передачи способностей и одного супруга бывает достаточно. А научить ребёнка разбираться в семейном деле можно вне зависимости от магической силы. Равно как и от пола того ребёнка, — добавляю напоследок.

— Знаете, меня даже восхищает ваша расчётливость. Правда, я не особо верю вашим словам, — добавляет он.

А возразить я не успеваю, начинается финал, все мы танцуем шассе-круазе. А потом он солирует с дамой визави, а потом снова шассе-круазе, и когда я могу выразить ему своё «фи», накал страстей вроде бы уже и улетучился. Поэтому просто молчу и смотрю с прищуром.

Моё соло, потом снова шассе-круазе, небольшая передышка. Только дух перевести, да и только. Финальное шассе-круазе… поклон.

— И отчего же вы не верите моим словам? — интересуюсь недобро.

— Оттого, что ни разу ещё не видел ни одну девицу, которая бы ставила дело превыше любовной истории и замужества.

— Раскройте глаза пошире и посмотрите прямо перед собой. От любовных историй одни лишь сложности, а дело приносит прибыль, — пожимаю плечами. — И я хочу решить вопрос своего статуса так, чтобы не мешал заниматься делами.