— Вы сегодня необыкновенно добры ко мне и принимаете мои беды необыкновенно близко к сердцу, — щурюсь я на него.

— Так и я хочу просить вас кое о чём, — хохочет он.

О, тогда понятно. И абсолютно справедливо — нужно помогать тем людям, которые помогают тебе.

— Просите, кузен, сделаю всё, что в моих силах, — улыбаюсь.

— В мои руки попал некий материал, — и он, хитро поглядывая на меня, достал из внутреннего кармана сюртука газету.

Присматриваюсь — да это же свежий номер «Сплетницы», понятно, с чем.

— И? — пускай сам скажет, чего хочет.

— А вот, — он разворачивает газету и показывает именно на то, о чём я сейчас подумала. — Понимаете, кузина, я почитываю столичные издания, а именно это весьма популярно, тираж расходится мигом, и я подозреваю, что пишущие для этой газеты журналисты никогда не остаются без куска хлеба. Я не собираюсь до скончания века жить в Массилии, я хочу в столицу. Но там нечего делать без рекомендаций. Конечно, я покажу свои статьи, но этого может оказаться недостаточно.

— Я понимаю всё это, и чего же вы хотите от меня?

— Я вижу, что с обстоятельствами вашей жизни обошлись достаточно мягко и точно, и это значит — кто-то их узнал или от вас самой, или от близкого к вам человека. И это значит, где-то неподалёку от вас есть человек, пишущий для «Сплетницы». И в ваших силах связать меня с ним.

Я рассмеялась.

— Вы правы, но только отчасти — это не мой знакомый, это знакомый моей подруги, мы с ней вместе учились в Академии. Она в столице, она художница.

— Это у неё открывается выставка?

— Именно. Она знает весь свет и всю богему, она может порекомендовать вас хоть чёрту лысому. Мне не трудно познакомить вас с Жозефин… если мы как-нибудь встретимся в одном месте. Пока мы с вами здесь, а она там.

— Это не препятствие. Если что, вы просто напишете мне рекомендацию и подтвердите её магической связью, — подмигнул он мне.

— Это можно, — и впрямь, сделать несложно.

— Вот и замечательно. А сейчас, я думаю, мне пора везти к вам Вержи, а вам — куда отвезти вас?

— В порт. Там ждали полицию.

— Частный детектив будет как раз кстати.

Кузен мигом рассчитывается за обед, столь же быстро находит нам экипаж и везёт меня в порт. По дороге смешит всякими рассказами о том, кто кого когда и как обидел, и что можно из этого получить. Я не замечаю дороги, а в порту ещё раз благодарю кузена и спешу к пароходу — на грузовой пристани как раз собралась толпа, и я вижу там Канолля, Мишеля Палана и множество незнакомых мне лиц.

Что ж пойдём и выясним, что ещё успело случиться с утра.

Никогда не думала, что не пройдёт и недели, а я уже познакомлюсь с полицией славного города Массилии. Со столичной полицией я в принципе не встречалась — только может быть с какими-нибудь полицейскими офицерами на светский мероприятиях. Если и случались какие-то сложности с нашим предприятием, то отец решал их без моего участия, наверное, с господином Паланом.

Значит, иди, Сесиль Дюмон, и учись. Учись решать подобные задачи. «Аврора» — не единственный твой корабль, есть и ещё. Твоим людям нужно знать, что работаем в рамках закона и никак иначе, твоим врагам нужно знать, что кто на нас нападёт — тот пожалеет.

— Добрый день, господа, — сказала я, подойдя. — Будьте добры доложить, что здесь происходит.

Я добавила немного магического убеждения, иначе они бы вовсе меня не заметили и продолжили бы спорить, не обращая на меня никакого внимания.

— А вы кто, мадемуазель? — поинтересовался мужчина в форме офицера полиции.

Лет, наверное, тридцать ему. Высок ростом, широк в плечах, а лицо сгодилось бы Жозефине в качестве модели — она учила меня смотреть на носы и скулы, этот нос показался бы ей идеальным, а о такие скулы, как она говорила, порезаться можно. Плюс чётко очерченные брови и яркие тёмные глаза. Красавчик, в общем. На балу имел бы успех у девиц. Но мне отчего-то не понравился.

— Сесиль Дюмон, — отрезала я. — Владелица этого вот… безобразия, — кивнула на корабль.

— Ага, значит, дадите нам объяснения, — закивал офицер.

— Извольте назваться, — и когда прибудет кузен, я немедленно наведу справки.

— Леон Детайль, капитан полиции Массилии, — представился он. — Сейчас будете объясняться или как?

— Или как, — отрезала я, — сначала желаю узнать, что здесь происходит. Корабль уже проверили на один раз, и никакого неучтённого груза на нём не нашли. Все выходные старались, между прочим. И я желаю знать, что случилось. Либо первый досмотр был недостаточно тщательным, и виноваты сотрудники таможенной службы — в недосмотре, и мои люди — в контрабанде. Либо всё было в порядке, но между завершением досмотра вчера и анонимным письмом кто-то проник на корабль и спрятал на нём подозрительные предметы.

— Что-то вы лихо тут всех посчитали, — нахмурился капитан Детайль. — Дело ясное — на корабле нашли контрабанду, значит, виновен владелец, а дальше уже сами разбирайтесь с вашими, ясно? Тем более, в ящике нашли украденные вещи!

— Когда украли эти вещи? — интересуюсь, потому что, на мой взгляд, здесь может быть загвоздка.

— А я что, знаю? Знаю, что по описанию они находятся в розыске, господин Барусс давно уже заявил, что из его лавки украли вещицы, очень похожие по описанию на эти вот, — Детайль кивнул куда-то в сторону, я увидела — там и вправду стоял небольшой деревянный сундучок, его охраняли ещё двое в полицейской форме.

Ещё и господин Барусс, извольте видеть.

— Который господин Барусс? Старший или младший?

— Господин Луи Барусс, которому принадлежит лавка артефактов на бульваре Каннебьер.

— Между прочим, не далее как пару часов назад его отец, господин Жан-Батист Барусс, предлагал мне помощь в разрешении этой ситуации, — усмехаюсь зло. — И говорил, что знает, с кем поговорить и кому занести определённую сумму. Что вы на это скажете?

— Что вам нужно отбиться от обвинений, вот что скажу, — заявляет мне этот… этот человек. — И ради такого дела хоть кто возьмётся оболгать конкурента.

— Пригласите мага, он вам точно скажет, говорю я правду или нет, — замечаю холодно, — есть же у вас маг? В столичной полиции обычно есть, в магическом департаменте.

— Каждый раз мага звать не станешь, а здесь, как мне кажется, дело кристально ясное — украли, и либо сразу спрятали на корабле, и свозили туда и обратно, либо держали здесь, и пронесли на корабль после того, как завершился таможенный досмотр, — сообщил всем Детайль. — И без мага всё ясно.

— Протестую, — тут же встрял Мишель Палан. — Ничего не ясно. Извольте доказать. Напомню, я представляю интересы предприятия «Дюмон и Дюмон» и лично госпожи Дюмон. И буду настаивать на магическом допросе и магической проверке корабля.

— Это в ваших столицах чуть что — магический допрос, а мы здесь и так справляемся, — сообщил капитан Детайль. — На мой взгляд, всё ясно. Сундук мы забираем и опечатываем, а люди… людей следует арестовать.

— Каких именно и на каком основании? — интересуюсь злобно. — Всех, кто пришёл на корабле? А не многовато ли будет?

— Всех, кто был на корабле сегодня ночью. Нет, не многовато, достаточно. Сейчас погрузим и увезём. Корабль под арестом, оставлю здесь пост.

Ну вот ещё! Нам нужно разгружаться и отправляться в новый рейс, что ещё за глупости!

— Господин Канолль, господин Палан, что мы можем сделать? — спрашиваю.

Правда, Канолль разводит руками.

— А что мы можем против полиции? Наверное, что и ничего. Господин Дюмон никогда, никогда не попадал в подобные истории.

— Или его не пробовали на прочность? — интересуюсь кисло. — А меня решили попробовать? Так обломают зубы, я вам обещаю.

— Я составлю претензию сегодня же, — говорит Мишель, — и мы непременно решим этот вопрос. Но нам бы мага для уверенности. Чтобы осмотрел сундучок, и чтобы осмотрел корабль, и некоторых людей бы поспрашивал. Скажите, Канолль, служат ли в полицейском управлении Массилии маги? Нам бы хоть одного. Госпожа Дюмон права — маг быстро разберётся в том, что здесь произошло.