— Но господин Палан, это тоже предательство! Какое ещё замужество? Видите, какие нынче мужья? И на этого человека было завязано моё наследство? Папенька серьёзно так думал? — я никак не могла поверить.

— Посмотрите сами, — он протянул мне бумагу.

Я до того момента, признаюсь, не читала завещания. Подумала, что всё хорошо, и отец с господином Паланом не позволят свершиться никакой несправедливости.

«Я завещаю всё остальное движимое и недвижимое имущество, а также вклады, акции, денежные суммы — поименованные в отдельном приложении — своей единственной дочери Сесиль, но чтобы не стало то имущество непосильной ношей для её хрупких плеч, распоряжаться этим имуществом она сможет после замужества. Моя жена и мой поверенный помогут ей с выбором подходящего супруга, и далее она сможет, опираясь на его помощь, распоряжаться имуществом предприятия 'Дюмон и Дюмон».

— Но почему, почему? Как ему только в голову такое пришло? — я снова ревела, позорно хлюпая носом и размазывая слёзы по лицу. — Он считал меня глупой? Неспособной самой вести дела? Это после диплома Академии с отличием, да? О, как же плохо он меня знал!

— Ваш отец полагал, что супруг станет вам поддержкой и опорой, и что вы возьмёте в мужья такого человека, который поможет вам вести дела.

— Управляющего, что ли? Да его и нет уже три месяца!

Прежний скончался, а нового решили назначить уже после моей свадьбы, когда я сама буду решать, кто достоин на меня работать, а кто — нет.

— Отчего же управляющего? Многие люди ведут свои дела сами, и справляются. Конечно, большой бизнес требует грамотного управления, но у вас среди работников тоже есть умелые и знающие. Вы ещё подумаете об этом, у вас будет время.

— Вот-вот, подумаю, кому отдать ту работу, которую я могу выполнять и сама, — рыдаю, безудержно рыдаю.

Вся моя тщательно выстроенная жизнь сегодня обрушилась с треском. Не только из-за измены подлеца Жоржа, но и из-за каприза папеньки — о нет, я не могу назвать его решение иначе.

— Детка Сесиль, не плачьте, пожалуйста, — господин Палан взял мою ладонь. — Вы ещё можете найти себе приличного мужа, уверяю вас, не все подобны Морриолю. Или же просто какого-нибудь мужа, и в этом случае брачный контракт жёстко оградит вас от его притязаний. Не скрою, я уже подготовил подобный документ для вашей с Морриолем свадьбы, и он никак не смог бы распоряжаться основными суммами, только вы. А вы сейчас успокоитесь и поймёте, что вся эта история — к добру. Хорошо, что вы всё узнали сейчас и можете отменить свадьбу. Я уверен, вы достойны лучшего. Вы всё равно будете по-прежнему получать содержание, правда, ваш отец оговорил, что госпожа Амели тоже будет получать содержание из дохода, исключая случай её нового замужества. Тогда обеспечивать её будет новый муж.

— И у Амели есть свой отдельный счёт, так ведь? — не поняла я. — На который она и складывает свой доход?

— Да, но он невелик — в сравнении с вашим. И сейчас, честно признаться, она живёт за ваш счёт, как и госпожа Аннет. Но вы экономны, ваши основные расходы — на содержание дома и на всё необходимое для выхода в свет. Вы не скупитесь, но и бессмысленных трат себе не позволяете, — он смотрел с одобрением. — Сейчас госпожа Амели, думаю, чувствует себя неплохо. Если она лишится вашей поддержки, то с голоду не умрёт, но ей придётся пользоваться собственной частью дохода и уменьшить расходы на себя и на свою дочь.

Ну да, Аннет мне не сестра в полной мере, и отец ей ничего не оставлял. Мачеха одевает её из моих средств… и немного из своих. А я всегда говорю себе, что мне эти расходы не слишком обременительны, потому что я заработаю ещё, и потому, что отец просил меня не оставлять их, они же пропадут сами.

Но если они поступили со мной подобным образом, то у меня нет никаких причин быть с ними великодушной. Я некрасива? Пускай ездят на балы без меня, но — в своём экипаже. Я не обладаю хорошим вкусом? Пускай одеваются сами, и платят за свои платья тоже сами. Я скряга и не позволяю пригласить на танцевальный вечер модного музыканта? Пусть зовут, кого хотят. И ужин пускай организуют хоть на весь город. Но и платят за него сами. И за провизию к ужину, и за двух дополнительных поваров, и за десяток официантов.

— Господин Палан, я готова выделять деньги на содержание дома. На себя и на Аннет мачехе придётся тратить из своих. Я скажу им, но подозреваю, что они не поверят. И придут к вам, когда меня здесь уже не будет. Вам придётся держать оборону.

— Ничего страшного, детка Сесиль, мне не привыкать, — улыбнулся он, — думаю, что справлюсь.

— Нет ли какой-нибудь возможности выдать мачехе фиксированную сумму, и отправить её восвояси? Потому что доход — дело такое, сегодня есть, а завтра нет, и если я могу ужаться, то она не захочет. И с ней всё равно придётся делиться.

— Понимаю вас, — кивнул он. — И готов подумать над решением этой задачки. Подумать, что предложить госпоже Амели. Но вы сможете принимать все эти решения только после того, как вступите в полное владение наследством.

— Какой бред, господи, а-а-а-а, — я никак не могла смириться. — Папенька, если ты всё это видишь — смотри, к чему привела твоя слепота. И теперь часть дохода от дела твоей жизни пойдёт на наряды для твоей падчерицы, которая увела у твоей дочери жениха, понимаешь, да?

Я погрозила небу кулаком — и это было всё, что я могла в тот момент. Но ничего, я ещё непременно что-нибудь придумаю. Потому что… это нельзя оставлять вот так.

— Но пока я могу лишить их тех денег, которые давала по своей доброй воле, — говорю уверенно. — А дальше — посмотрим, как они будут себя держать со мной, и там уже решим.

— Вы, Сесиль, иногда кажетесь мне маленькой старушкой, — улыбается господин Палан. — В вас столько рассудительности, сколько трудно предположить в юной деве.

— А что мне остаётся? — вздыхаю. — Я бы и дальше заботилась о них, немощные же. Но как подумаю обо всём, что случилось сегодня, так мне вообще видеть их не хочется, не только оплачивать их счета!

— И не оплачивайте. Думаю, госпожа Аннет поступила опрометчиво и не подумала о том, как это может отразиться на её жизни.

— Пусть утешается с моим женихом, — говорю я напоследок. — А я тоже утешусь. И что-нибудь придумаю, непременно придумаю. И приеду к вам обсудить.

— Жду вас, дорогая детка Сесиль. И тоже подумаю — со своей стороны.

Дорогие друзья, я приветствую вас в новой истории!

Вот такая у нас героиня — юная, целеустремлённая, любящая задирать нос по всякому поводу… но в целом совершенно не заслужившая, чтобы с ней обращались подобным образом. И конечно же, она добьётся всего, чего захочет, а я приглашаю вас посмотреть, как это случится )))

Положите книгу в библиотеку, чтобы не пропустить обновлений, и подпишитесь на автора (если вы ещё этого не сделали:), чтобы не пропустить важные новости о книге!

Путеводитель по миру лежит ЗДЕСЬ

Полетели! Всех люблю, ваша СК )

От господина Палана я всё же поехала к Жозефин. Я вызвала её магической связью, попросила простить меня за опоздание и сказала, что сейчас приеду и всё ей расскажу. Она увидела мои заплаканные глаза и красный нос, встревожилась, и велела мне ехать поскорее.

Жозефин принадлежала к семейству художников Милле, её дед, отец и братья художники или скульпторы, а некоторые и то, и другое разом. Кто-то пишет портреты на заказ, кто-то расписывает дома и дворцы, кто-то преподаёт на факультете искусств в университете. Жозефин же окончила прикладной факультет Магической Академии — как раз в сфере приложения магии к творчеству. На этом направлении учились художники, у них в расписании всегда стояло как множество занятий по магии, так и множество самых разных дисциплин для художников — там и история искусств, и разнообразная живопись-графика-скульптура, и я даже не знаю, что там ещё.