— Ох, милая. — Она театрально взмахивает рукой. — Он живет в своем собственном мире. Этот мужчина едва замечает, что вокруг вообще существуют люди.

Я вспоминаю единственный раз, когда говорила с ним напрямую.

Как он смотрел на меня.

Пристально. Внимательно.

Будто замечает абсолютно все.

Но при этом держит почти все свои мысли при себе.

— Значит, ты не думаешь, что они когда-нибудь были парой? — спрашиваю я.

Каллиопа снова фыркает.

— Разве что в ее мечтах. К тому же в отеле действует очень строгий запрет на отношения между сотрудниками.

— Насколько строгий?

— Любой намек на шашни между сотрудниками — и могут уволить на месте.

У меня округляются глаза.

— Серьезно? То есть с коллегами встречаться нельзя?

— Ага.

— Даже если работаешь в разных отделах?

— Ага.

— Жестко.

— Мистер Гаррисон предпочитает, чтобы его сотрудники думали о работе, — невозмутимо объясняет Каллиопа.

Лифт замедляется, подъезжая к пятому этажу. Двери с тихим звоном разъезжаются.

Но вместо того чтобы сразу выйти, я задерживаюсь в дверях и оборачиваюсь к ней.

Мне и правда нравится эта женщина. Такое ощущение, что она знает абсолютно все, что происходит в этом здании.

Неофициальный историк и рассказчик.

Хранительница тайн.

— Значит, сразу увольняют? — переспрашиваю я.

Каллиопа кивает.

— Ага.

Потом наклоняется ко мне и шепчет:

— Наверное, он ввел это правило специально, чтобы Диана держала руки при себе.

Я разражаюсь смехом.

Ладно, возможно, с хранением тайн у нее не так уж хорошо.

Она ухмыляется, как нашкодивший ребенок.

Я выхожу в коридор, все еще улыбаясь.

— Очень рада знакомству, Каллиопа. И скоро обязательно воспользуюсь твоим предложением тайком поохотиться на привидение.

— Я тоже рада, Харли! — кричит она мне вслед и добавляет: — В любое время.

Двери лифта начинают закрываться.

И в последний миг, прежде чем они смыкаются окончательно, Каллиопа озорно мне подмигивает.

В будний день после обеда в холле непривычно тихо.

Это то странное затишье между обедом и началом заселения, когда главный зал кажется почти непомерно огромным для тех немногих людей, что здесь бродят. Солнечный свет льется сквозь высоченные окна с видом на горы и играет на глянцевых листьях огромных лировидных фикусов, обрамляющих зоны отдыха у каминов.

Я пересекаю мраморный пол, выйдя из коридора, ведущего к кабинетам руководства, и уже держу в руке ключи от машины. Сегодня я ухожу раньше обычного — чего почти никогда не делаю, — но бригада грузчиков, которую я нанял, должна приехать к дому деда меньше чем через час.

И если я не окажусь там первым, Джосайя вполне способен их прогнать.

Я дохожу примерно до середины холла, когда слышу свое имя.

— Портер!

Я оборачиваюсь и вижу выходящего из лифта высокого широкоплечего мужчину.

Джексон Мосс. Президент Ассоциации скотоводов Вайоминга.

Даже с другого конца зала видно: этот человек привык, что к нему прислушиваются. Волосы с проседью, загорелое лицо, безупречный костюм.

А еще он один из самых преданных сторонников моего отца на выборах и поддерживает его кампанию как лично, так и финансово от имени ассоциации.

— Джексон, — здороваюсь я и меняю направление, чтобы подойти к нему.

Мы пожимаем друг другу руки.

— Уже уходишь?

— Ненадолго. Семейные дела.

Он понимающе кивает.

— Что привело тебя сюда из Шайенна? — спрашиваю я.

— Подготовка к конференции. Хотел окончательно утрясти все детали перед следующим месяцем.

— Что ж, мы рады снова вас принимать. Если что-нибудь понадобится, дай знать. Вообще что угодно.

— По-моему, все уже готово, — с тихим смешком отвечает он. — Я только что встречался с вашим новым менеджером по организации мероприятий.

А, мисс Шторм.

— Вот как? И что скажешь?

Губы Джексона растягиваются в улыбке.

— Эта девчонка — нечто.

Я вскидываю бровь.

— В хорошем смысле?

Его громкий смех прокатывается по тихому холлу.

— Ну, наша встреча была назначена на час дня и продлилась три с половиной часа. Это тебе о чем-нибудь говорит?

Я приподнимаю брови.

— Три с половиной?

— Именно.

— Почему?

Джексон снова смеется и качает головой, словно его до сих пор это забавляет.

— Эта молодая женщина чертовски обаятельна. И свежих идей у нее больше, чем у всех, с кем я разговаривал за последние годы.

Я свободно скрещиваю руки на груди.

— Например?

— Да каких только нет. Демонстрации на открытом воздухе, экскурсии по местным ранчо, интерактивные дискуссии вместо скучных лекций, какой-то ужин «с пастбища на стол», где повара будут готовить местную говядину.

Он тихо присвистывает.

— У нее были макеты, расписания, списки поставщиков, предложения для спонсоров… Черт, она даже придумала урок дву-степа для тех из нас, кто захочет привезти с собой жен.

В уголке его рта появляется неторопливая улыбка.

— Она мне нравится. Энергичная. Настойчивая. И уж точно ничего не делает спустя рукава.

Он чуть наклоняется ко мне.

— И каким-то образом, — понижает он голос, — эта маленькая зажигалка умудрилась вытрясти из меня еще один контракт на пять лет вместе с задатком.

Я резко откидываю голову.

— На пять лет?

— Именно.

Я тихо присвистываю.

— Вот черт.

Он кивает.

— Отличного переговорщика ты себе заполучил.

Я на секунду смотрю куда-то мимо него, осмысливая услышанное.

Харли работает здесь всего несколько недель.

И только что заключила пятилетний контракт с крупнейшей организацией скотоводов в штате.

Это более чем впечатляет.

Джексон хлопает меня по плечу.

— Твоему старику она бы понравилась.

Я медленно киваю.

— Да. Уверен, понравилась бы.

Джексон смотрит на часы.

— Ладно, мне пора. Обратно ехать далеко.

Мы снова пожимаем друг другу руки.

— Рад был повидаться, Портер.

— Взаимно.

Он направляется к вращающимся дверям, а я остаюсь посреди холла со странным чувством гордости и все возрастающим любопытством к молодой женщине, которая уже успела встряхнуть мой отель.

Я подхожу к стойке регистрации и сообщаю Мабри, что ухожу на сегодня, но в случае чего-то срочного со мной можно связаться по мобильному. Затем направляюсь к боковому выходу и, толкнув стеклянную дверь, выхожу в прохладный воздух Вайоминга.

За территорией отеля возвышаются горы, словно нарисованные декорации. Пестрые, будто вобравшие в себя все цвета на свете.

Впереди раскинулась парковка для сотрудников, заставленная пикапами, внедорожниками и редкими легковушками.

И прямо посреди нее я замечаю светлый хвост.

Она идет к машине в дальнем ряду. Узкий бордовый пиджак облегает плечи, через тело перекинут ремень сумки-портфеля.

Даже отсюда видно, что она едва ли не подпрыгивает на каждом шагу.

— Мисс Шторм! — окликаю я.

Она оборачивается.

И от улыбки, озаряющей ее лицо, можно было бы запитать весь чертов отель.

— Да?

Я ускоряю шаг и направляюсь к ней.

— Привет, — говорю, остановившись рядом.

— И вам привет, — отвечает она.

— Я как раз хотел узнать, как у вас дела. Все хорошо? Вам здесь нравится?

Она прижимает ладонь к груди, словно пытается сдержать рвущийся наружу восторг.

— У меня только что была потрясающая встреча!

— С Джексоном Моссом?

Ее глаза округляются.

— Да. Откуда вы…

— Я встретил его на выходе.

— И?

— И он рассказал, что ваша встреча, назначенная на час, продлилась три с половиной часа.

Она слегка морщится.

— Ой. Надеюсь, это не плохо?

— Нет. Он остался очень доволен. Судя по всему, вы очаровали его настолько, что он подписал еще один контракт на пять лет.