Возрастное ограничение: 18+.

Приступая к чтению, читатель подтверждает, что достиг совершеннолетия, самостоятельно принимает решение об ознакомлении с произведением и несет ответственность за свою реакцию на его содержание.

Темпи — моей прекрасной, полной жизни подруге, которая вдохновила меня полюбить старинные отели с их завораживающей, почти мистической красотой.

Я поднимаюсь на последний холм, и передо мной раскидывается ранчо «Уайлдхейвен Шторм» — просторное, утопающее в зелени и до боли знакомое, так что у меня перехватывает горло. Поздняя весна раскрасила въезд россыпью полевых цветов.

Дом.

Большой белый дом гордо возвышается под небом Вайоминга. На веранде уже горят огни, хотя солнце еще не успело полностью скрыться за Титонами. Пастбища уходят вдаль зелено-золотыми волнами. Лошади разбросаны по полям, словно живые мазки кисти. Вокруг по-прежнему кипит работа. По полям с ревом носятся тракторы. Работники ранчо спешат закончить дела до наступления темноты.

С тех пор как я уехала учиться, многое изменилось. Ранчо выросло и разрослось. Появились новые здания, манежи, домики и парковки. Вокруг мелькают незнакомые лица. Но главный дом и наш старый амбар стоят точно там же, где и всегда. Краска на них немного выцвела, но они все такие же красивые и надежные.

Я опускаю окно, подставляю лицо ветру и шепчу родной земле:

— Как же хорошо вернуться домой.

Четыре года в Университете Вайоминга пролетели в мгновение ока.

Мой диплом бакалавра наук по специальности «управление туризмом и отдыхом на природе» лежит в рамке на пассажирском сиденье. Комплексная программа, как они ее называли. Знакомство людей с природой. Гостиничный сервис и работа с гостями. Управление туризмом. Организация отдыха на природе.

Громкие слова для мечты, которую я всегда чувствовала каждой клеточкой своего тела.

Это место волшебное. И однажды я хочу поделиться им со всем миром.

Но не превращая ранчо в дешевый аттракцион с пластиковыми лошадками, сувенирными кружками и карикатурным: «Йи-хо! Добро пожаловать в деревню, городские!» Не в такое туристическое ранчо. Я хочу создать нечто продуманное. Почти священное. Настоящее гостевое ранчо, где все будет основано на подлинности. Утренние прогулки верхом по покрытым росой пастбищам. Вечера у костра под небом, настолько густо усыпанным звездами, что невозможно отвести взгляд. Неторопливые утра с чашкой кофе на веранде. Блюда из продуктов, выращенных и произведенных здесь же. Конные прогулки и походы в горы. Дети на велосипедах едут купаться к реке. И, может быть... ладно, совершенно точно — небольшой спа-салон с полным спектром услуг, спрятанный среди сосен. Камень, стекло и клубы пара, поднимающиеся в морозном зимнем воздухе.

Роскошь вовсе не обязательно должна означать показное великолепие или безумно дорогие удовольствия. Это может быть нечто простое, качественное и тщательно продуманное — неожиданное место, где люди смогут сбежать от напряженной, бешеной повседневности. Оставить позади компьютеры, экраны телефонов, пробки и шум, чтобы снова почувствовать связь с природой, друг с другом и самими собой.

Я сворачиваю на длинную гравийную подъездную дорожку, и еще до того, как успеваю заглушить двигатель, входная дверь распахивается.

Первой по ступенькам веранды слетает моя сестра Шелби — вся сплошь длинные ноги и растрепанные светлые волосы.

— Она приехала!

Следом появляется Чарли с широченной улыбкой на лице, а за ней — Мэтти. Очень беременная Мэтти. Она спускается медленнее, одной рукой придерживая поясницу, другой — перила.

Из-за дома выходит папа, рядом с ним дедушка Эрл. Бабушка Эвелин стоит на веранде, словно королева, обозревающая свои владения. Из амбара появляется наш кузен Кейб вместе со своими родителями — тетей Айрин и дядей Буном.

Весь клан Штормов в сборе.

Я едва успеваю открыть дверцу машины, как Шелби налетает на меня.

— Ты закончила! — визжит она.

— Теперь я официально образованная, и у меня даже бумажка есть в доказательство, — заявляю я со смехом, когда Чарли присоединяется к нашим удушающим объятиям.

Мэтти подходит последней, и на ее лице та самая мягкая, усталая улыбка, которую она носит в последнее время. Предстоящее материнство словно окружает ее сиянием.

— Ты справилась, — тихо говорит она.

Что-то в ее голосе заставляет мои глаза защипать.

— Справилась, — шепчу я в ответ.

Она осторожно обнимает меня.

— Мы так тобой гордимся, Хар.

Я крепко прижимаю ее к себе, стараясь не давить на живот, который, кажется, увеличился вдвое с тех пор, как я приезжала домой на весенние каникулы. Потом отступаю и кладу обе ладони ей на живот.

— Привет, малыш. Тетя Харли вернулась домой, так что теперь можешь выбираться и играть с нами когда захочешь.

— Даже не надейся, — бормочет Мэтти. — Этот ребенок решил поселиться в моем теле навечно.

Папа кладет ладонь мне на плечо. Я поворачиваюсь, утыкаюсь лицом ему в грудь и глубоко вдыхаю, пока он обнимает меня. Запах его лосьона после бритья — мой любимый запах на свете.

— Хорошо, что ты дома, малышка, — говорит он мне в волосы, а затем немного отстраняется. — Посмотри на себя. Выпускница университета, уже нашла престижную работу, а чемоданы еще даже не разобрала. Я так тобой горжусь.

Перед глазами тут же возникает курортный отель «Беликур» — внушительный вестибюль, сияющие полы, старинная деревянная отделка и величественные люстры, ставшие свидетелями целого века праздников.

Последние два лета я проходила практику на роскошном курортном ранчо в Саратоге, и за нее давали отличные учебные баллы. Я изучала организацию мероприятий, переговоры с подрядчиками, работу с гостями и кризис-менеджмент — особенно после того случая, когда свадебный торт рухнул за полчаса до начала приема. Поэтому, когда мой преподаватель узнал, что в «Беликуре», всего в пятидесяти километрах от Уайлдхейвена, освобождается должность, он посоветовал мне подать заявку. Руководитель с курортного ранчо дал мне прекрасную рекомендацию, и за две недели до выпуска «Беликур» предложил мне место менеджера по организации мероприятий и конференций.

Я приступаю после лета, когда нынешний менеджер выйдет на пенсию. Время идеальное. Пока Мэтти временно выбыла из строя, я смогу помогать здесь, на «Уайлдхейвен Шторм».

«Беликур» — не гостевое ранчо.

Но это начало.

— Это хорошая ступенька, — говорю я, пытаясь звучать спокойно, хотя от восторга меня буквально распирает. — Опыт. Связи. Понимание того, чего ждут гости, и умение соответствовать этим ожиданиям на самом высоком уровне.

Чарли приподнимает бровь.

— Ты себя слышишь? Как рекламный буклет.

— Неправда.

— Нет, — вмешивается Шелби. — Она просто нервничает.

— Правда?

Бабушка Эвелин подходит ближе и берет мое лицо в свои натруженные ладони.

— Образование и опыт — это все хорошо, милая. Но главное — не забывай, кто ты. Тогда у тебя все получится.

Я сглатываю.

— Никогда.

Потому что я — Шторм.

— Вот и хорошо, — говорит она, опуская руки, а потом переводит взгляд на мужчин. — Так, мальчики, давайте разгружайте машину и несите все вещи наверх, в комнату Харли. Ужин почти готов. И нам пора начинать праздник.

К позднему вечеру ранчо уже гудит от праздничного оживления.

У нижнего пастбища сложен огромный костер, поленья уложены высокой пирамидой. Между столбами ограды натянуты гирлянды. Шелби и Кейб спорят из-за плейлиста. Братья Кейба, Аксель и Ройс, которые приехали прямо перед ужином, таскают холодильники с напитками. Тетя Айрин расставляет на веранде складные столы, а дядя Бун и дедушка уже вовсю пробуют десерты Иммы Джин.

Имма Джин была лучшей подругой моей мамы. Хотя мама неожиданно умерла, когда мне было шесть, Имма Джин все эти годы оставалась рядом с нами. Мы всегда могли обратиться к ней за советом, поддержкой, за той материнской заботой, которой нам так не хватало. Для нас она такая же часть семьи Шторм, как и все остальные.