Ее улыбка становится еще шире.

— Еще как подписал.

Ее восторг заразителен. Такой, от которого самому хочется рассмеяться, даже если не понимаешь почему.

— Это невероятно. Отличная работа.

— Спасибо.

Она приподнимается на носках.

— У меня было столько идей, и я ужасно боялась, что он сочтет их нелепыми, но ему все понравилось, и мы начали вместе придумывать еще, а потом разговорились и…

Слова начинают сыпаться из нее все быстрее и быстрее, пока мы вместе идем по парковке.

Она буквально вся дрожит от восторга. И это приятно видеть.

— А потом мы дошли до экскурсий по ранчо, и я рассказала ему про «Уайлдхейвен Шторм», а он сказал, что это идеально подойдет для дискуссии об истории и традициях, и…

Она внезапно замолкает.

Прямо возле старого голубого пикапа.

Я опускаю на него взгляд.

Потом снова смотрю на нее.

— Это ваш?

Ее улыбка становится гордой.

— Еще как.

Она с нежностью похлопывает по капоту.

— Знакомьтесь: Блу-Бесси.

Я моргаю.

— Блу-Бесси?

— «Шевроле 3100» тысяча девятьсот пятьдесят второго года.

Я подхожу ближе, разглядывая машину.

Краска выцвела до пыльно-голубого — когда-то цвет наверняка был ярким, но за десятилетия под солнцем Вайоминга поблек.

Кузов далеко не идеален.

Неглубокие царапины, кое-где ржавчина и выгоревшие пятна. По краям краска немного потускнела.

Но почему-то от этого пикап выглядит только лучше.

Кузов весь состоит из округлых линий и толстенной стали — его делали еще в те времена, когда пикапы должны были работать, а не красоваться.

Передние крылья вздымаются, словно широкие плечи, обрамляя массивную хромированную решетку с горизонтальными полосами, в которых играет свет. Капот плавно уходит вперед, а сбоку до сих пор красуется старый фирменный значок Chevrolet — маленький кусочек истории. Темные стальные диски обуты в шины с белыми боковинами.

Я протягиваю руку и провожу пальцами по прохладному металлу капота.

Крепкий.

Надежный.

Будто создан, чтобы прослужить не одному поколению.

— Красавица, — признаю я.

Харли сияет.

— Знаю.

Она прислоняется к водительской двери.

— Я влюбилась в нее еще маленькой.

— Да?

— Дед сажал меня к себе на колени, когда ездил по ранчо, и разрешал рулить. А Мэтти потом учила меня на ней водить.

Я моментально представляю эту картину.

Маленькая Харли с косичками и в пыльных сапогах вцепилась в огромный руль, а рядом смеется старый ковбой.

— По ней видно, что она немало проехала.

— О да.

Кабина маленькая, округлая, в изогнутых стеклах отражаются растущие над нами тополя. Сквозь окно я вижу потрескавшееся, изрядно потертое кожаное сиденье-скамью. За кабиной тянется кузов, и я невольно представляю его доверху набитым тюками сена.

На мгновение я уже не стою на парковке роскошного курорта.

Я снова на ранчо «Силвер-Спур» с дедом.

Объезжаю ограды. Проверяю скот.

Живу жизнью, которая казалась куда проще той, которой я живу сейчас.

— Не такую машину я ожидал увидеть у девушки, которая только что окончила университет.

Харли смеется.

— А я и не обычная девушка.

Она стягивает пиджак с плеч.

И мое внимание мгновенно переключается.

Под ним на ней облегающее платье, сидящее так, будто его специально придумали, чтобы мучить мужчин со слабым самоконтролем.

Она слегка наклоняется, чтобы бросить пиджак в открытое водительское окно.

Мой взгляд опускается.

Изгиб бедер.

Длинные ноги.

То, как платье облегает каждый сантиметр ее талии и бедер.

Я резко заставляю себя поднять глаза.

Господи. Мне вообще не следует это замечать.

Она выпрямляется и отряхивает ладони.

— В общем, — продолжает она, совершенно не подозревая о войне, которая сейчас идет у меня в голове, — она настоящий танк. Но Бесси для нас почти член семьи.

Я медленно киваю.

— Это заметно.

На несколько секунд между нами повисает тишина.

Потом я прочищаю горло.

— Что ж… еще раз поздравляю с контрактом.

Ее улыбка становится мягче.

— Спасибо.

Она берется за дверную ручку.

— Пожалуй, пора ехать домой, пока родные не отправились меня искать.

— Хорошего вечера.

Она открывает дверь и забирается в кабину.

Двигатель оживает с низким утробным ревом, а из динамиков на всю громкость взрывается кантри.

Я отступаю, когда она машет мне рукой.

— До завтра, босс!

Босс.

Почему-то от этого слова из ее уст у меня странно сжимается грудь.

Она снимает резинку с волос, и длинные свободные локоны тут же рассыпаются по плечам. Ветер мгновенно подхватывает их. Харли включает передачу и выезжает с парковочного места задним ходом.

А когда проезжает мимо меня, во все горло подпевая песне, гремящей из динамиков, ее локоны дико разлетаются вокруг лица.

Она улыбается широко и совершенно искренне.

Радость.

Чистая, ничем не сдерживаемая радость.

И по причинам, которых я сам до конца не понимаю, я не могу отвести от нее глаз.

Вообще-то я должна заканчивать списки поставщиков для строительной выставки Western Builders.

Вместо этого я смотрю на призрака.

Ну… не буквально.

Но экран моего ноутбука забит статьями о Леди в красном — знаменитой легенде «Беликура».

И чем больше я читаю, тем сильнее меня затягивает.

Сейчас отель уже ожил. Наступил вечер, рестораны, лаунжи и бары постепенно заполняются людьми. Из коридора за дверью моего кабинета приглушенно доносятся музыка и смех.

Настольная лампа освещает теплым кругом ноутбук и блокнот. Все остальное тонет в тени. И, если честно, для изучения истории о призраке обстановка самая подходящая.

Я наклоняюсь ближе к экрану и прокручиваю очередную статью.

Местные предания гласят, что по коридорам исторического курортного отеля «Беликур» бродит дух женщины в багровом платье.

Я невольно улыбаюсь.

Обожаю такие истории. Не потому, что обязательно в них верю. Просто для туризма это настоящее золото.

Людей завораживают легенды.

Отели с привидениями. Таинственные смерти. Все необъяснимое.

Призрачные экскурсии — одна из главных причин, по которым люди ездят в такие места, как Саванна или Новый Орлеан.

А в «Беликуре» есть собственное привидение. Леди в красном. Идеальная приманка для туристов.

Я открываю следующую ссылку.

Она ведет на пост в блоге с размытой фотографией, на которой автор клянется, что возле рояля в Коттонвуд-Корт виден красный туман.

Я щурюсь, разглядывая снимок.

Если честно, больше похоже на пятно на объективе.

Тем не менее в комментариях полно людей, которые спорят, настоящее фото или подделка.

Я открываю новую вкладку.

Еще одна статья. Та же легенда, только здесь рассказывают, как Леди видели склонившейся через перила балкона пятого этажа.

Элегантная женщина. Красное платье.

А еще ее якобы замечали поздно ночью в коридорах. Иногда она смеялась. Иногда плакала. И всегда исчезала прежде, чем кто-нибудь успевал приблизиться.

Но, похоже, никто не знает, кем она была на самом деле. Что странно.

В таких отелях хранят записи обо всем. О гостях. Мероприятиях. Сотрудниках.

Так что если здесь умерла или исчезла женщина либо с ней случилась какая-нибудь трагическая любовная история — неважно, была она гостьей или работала в отеле, — где-то должны были остаться документы.

— Ну ладно, Леди в красном, — бормочу я себе под нос. — Кто же ты такая?

Я вбиваю новый запрос.

Леди в красном отель «Беликур» личность.

Снова появляются несколько уже знакомых статей.

Но тут мое внимание привлекает кое-что другое.

Книга. Изданная автором самостоятельно.

Название крупным шрифтом выделяется в карточке товара на Amazon.