— Что ж, впереди ещё есть время понять. Пока только лишь ты будешь набирать очки, — пояснил он.

И движение повторилось. Уткнувшись лбом в грудь, я часто задышала. Тело запротестовало — я слишком устала.

— Тяжело, — прошептала я.

— Прости, но я не смогу остановиться.

Выйдя из меня, Карлан перевернул меня на бок. Схватив одну ногу, он закинул её себе на плечо, а вторую зажал между своих ног. В удивлении я смотрела, как мужчина, пристроившись, резко вошёл внутрь. «Чёрт, это слишком глубоко», — пронеслось в голове.

Вцепившись в простынь, я застонала. Поза не позволяла найти точку опоры — только принимать всё, что давали. Сильные ритмичные толчки раздвигали стенки, а я, словно заворожённая, наблюдала, как член то появлялся, то исчезал во влажной глубине. Хлюпающие звуки смущали.

Прикрыла глаза, чтобы тут же открыть их: картина была слишком будоражащей и соблазнительной, чтобы на неё не смотреть. Послышался лёгкий хмык, и толчки стали быстрей.

Когда из влагалища стала вытекать белая жидкость при каждом толчке, внутри лишь проскочила мысль: «Забеременеть же могу», — и тут же пропала.

К кульминации мы дошли одновременно. Карлан в последний раз вышел из меня почти до конца, чтобы с силой войти внутрь. Крупная дрожь сотрясла тело — я ощущала, как ей вторила дрожь мужчины.

Успокоившись немного, я открыла глаза, чтобы встретиться с тёмным довольным взглядом.

— Люблю тебя, — проворчал Карлан, опустившись вниз и целуя меня в губы — легко, почти невесомо.

Я улыбнулась, обхватила его щёки руками и притянула для глубокого поцелуя.

— Я тоже тебя люблю, — прошептала, стоило нашим губам разойтись.

В комнате стояла тишина. Лёгкий тёплый ветер проникал сквозь неплотно закрытые тёмные шторы, принося аромат садовых цветов. Пение какой‑то птицы весёлой трелью радовало слух.

Зевнув, я потянулась под одеялом и поёрзала, удобнее пристраиваясь под тёплым боком мужчины. Карлан сильней прижал меня к себе, легко поцеловав в макушку.

— Я хочу продолжить учиться, — проговорила я, подняв голову и всматриваясь в красивое лицо с закрытыми глазами.

— На Голубом оазисе?

— Аля сказала, что на Самиране есть филиал, и можно перевестись сюда. К тому же здесь можно изучить всё, что связано с Эпонеей и пространством.

— Да, возможно. Ты решила перебраться сюда?

— Ты не хочешь меня приютить? Я, можно сказать, сирота, — приподнявшись на локте, я пристально посмотрела в лицо мужчины, ожидая ответа.

— Что ты имеешь в виду? — Карлан приоткрыл веки, удивлённо меня разглядывая.

— Хочу разорвать отношения с семьёй Амал.

— Кардинально, — выдохнул он.

Вздохнув, я улеглась на спину, изучая потолок, словно в нём могла найти способы привести свои разрозненные мысли в порядок.

— А что тянуть? От названия «семья» — одно только слово. Сейчас, постепенно возвращая воспоминания Яраи, я всё меньше ощущаю какую‑то привязанность к тем, кого двадцать два года считала родителями. Да и, должна сказать, недавно общалась с отцом — он явно что‑то знает. Хотелось бы поговорить с ним лицом к лицу и всё выяснить.

— Хм? Знает что‑то?

— Да, он спросил меня о том, кто я.

— Насколько мне известно, кроме женщин в семьях, подобно вашей, никто не должен ничего знать о возможностях эромо. Ты с тётей не разговаривала об этом?

Нахмурившись, я задумалась. И правда, надо бы спросить тётю. Может, она что‑то знает? Но было у меня смутное предположение, что тётя ни о чём не ведала. Но тогда что известно отцу? И откуда? А его поведение при разговоре наталкивало на мысль, что брат был точно не в курсе. Возможно, что‑то знал, но явно не всё.

— Надо спросить, — задумчиво пробормотала я. — Но всё равно придётся встретиться с отцом. Ты полетишь со мной?

Я повернулась к мужчине, обхватывая Карлана за талию. Глаза у него были закрыты, а выглядел он как человек, который медленно переваривает сытную порцию обеда.

— Ты уже спешишь меня оставить? Даже не думай задавать такие вопросы — я всегда буду тебя сопровождать.

— Не спеши давать обещание. Жизнь слишком непредсказуема, я уже убедилась в этом на личном примере.

Карлан серьёзно посмотрел на меня, слегка прищурившись:

— Я очень надеюсь, что ты не решишь в очередной раз оказаться похищенной. Побереги население этой Вселенной — им явно не хочется подвергаться психической атаке и развязывать войну для уничтожения большого зла, которое может появиться.

— Угрозы? Звучит неубедительно.

— Нахалка, — усмехнулся Карлан, притягивая меня вверх и захватывая губы в поцелуе. — Никаких разговоров больше на подобные темы.

И, не дав мне и шанса что‑то возразить, втянул в очередной поцелуй.

Наше мирное времяпрепровождение прервал настойчивый стук в дверь, за которой послышался обеспокоенный голос Раума:

— Госпожа, вы проснулись? Доктор Лам сообщил, что господин пропал. Он не с вами?

Рассмеявшись, я уткнулась Карлану в плечо:

— Ты заставляешь пожилого доктора беспокоиться. Когда прекратишь сбегать из‑под его надзора?

— В твоих объятиях я быстрей восстановлюсь, — проворчал мужчина. — Можем сегодня сходить обследоваться, и сразу всё поймёшь.

— Ты словно дорвался до сметаны.

— Определённо, — пробормотал Карлан, вновь запечатывая мне рот поцелуем.

— Госпожа? — настойчивый стук в дверь вновь прервал нас.

Рыкнув, Карлан прищурился и крикнул:

— Передай доктору, что я здесь и скоро вернусь на обследование.

— Да, господин, — облегчённо ответил Раум.

Я же, вновь рассмеявшись, постучала кулачком по широкой груди.

— Придётся нести ответственность за то, что сделала меня таким зависимым от тебя.

— Шантаж без выгоды, — пробурчала я в ответ между поцелуями.

— Самая большая выгода — возлюбленная самого сильного мужчины во Вселенной.

— Ещё надо узнать, стоит ли эта выгода того спокойствия, что я теряю.

— А что не так?

— Слишком много требований и никакой свободы, — проворчала я раздражённо.