Я видела, что он колеблется, ожидая мой ответ. Уж не знаю, что он чувствует, но я могла ощущать, как в нём идёт внутренняя борьба.

— Что даст тебе ответ?

Подойдя к Карлану, я села ему на колени, обхватывая шею руками. Пальцы зацепились за косу. Нахмурившись, я потянула волосы вверх, ища кончик и стягивая с него резинку. После пальцы стали перебирать плетения, распуская. Мягкие волны упали на пол красивым водопадом.

— Очень красиво, — промурлыкала, играя с шелковистыми прядями.

— Дитя, что ли, — проворчал он, но в голосе сквозила скрытая улыбка.

Помолчав немного, я отодвинулась и посмотрела в глаза Карлану.

— Что ты сделаешь, если узнаешь, что той девушкой была я? Что Багира, которая сейчас сидит здесь, и есть та самая Ярая, которую ты потерял двадцать два года назад?

Напряжение, сковавшее тело подо мной, сменилось дрожью. Я наблюдала, как тёмные глаза недоверчиво смотрят на меня, а после в них блеснуло нечто затаённое, проливаясь несколькими слезинками.

— Никаких шуток, — хрипло проговорил Карлан. — Я слишком слаб, чтобы пережить подобный розыгрыш.

— Не собиралась разыгрывать.

Карлан молчал. Он прищурено изучал моё лицо, словно пытаясь найти в нём что‑то. А после меня настиг жёсткий поцелуй: сминающий, заставляющий подчиниться. Но с привкусом растерянности и отчаянного облегчения.

Тело подкинуло вверх, заставляя невольно вскрикнуть. Но крик тут же был заглушён чужими губами.

Карлан поднял меня, сделал несколько шагов вперёд, опуская на кровать. Матрас тут же просел под нашим весом. Крупное мужское тело придавило, укрывая от всего мира и выбивая весь воздух из лёгких. Ещё минуту назад спокойный, сейчас Карлана сотрясала крупная дрожь, что передалась и мне. Подняв руки, я вплела пальцы в волосы, легко массируя голову мужчины, стараясь его успокоить и успокоиться самой.

— Почему ты такая?

Я приоткрыла глаза, встречаясь с глубокими тёмными омутами, что скрывали слишком много тайн.

— Нормальная я, — выдохнула в чужие губы, — обычная.

Карлан тихо рассмеялся, обдавая жарким дыханием, и вновь захватил мои губы, проникая внутрь. Яростные поглаживания языком отвлекли, а в это время чужая рука пробралась под халат, распахивая половинки. Лишь когда горячая ладонь легла на живот, я невольно охнула. Пальцы очертили пупок, слегка щекоча. Живот подрагивал, а внизу непривычно заныло.

Тяжесть чужого тела исчезла, а оголённая кожа почувствовала прохладу. Застонав от перепадов температуры, я зажмурилась и замерла. Смущение накрыло с головой — во сне я чувствовала лишь жар, а реальность оказалась слишком неловкой.

— Страшно? — тихо прошептал в ухо знакомый голос.

Я помотала головой. Страшно не было. Может, совсем чуть‑чуть. Но больше смущало — я впервые чувствовала такое. Хотелось прикрыться, но в то же время было любопытно: так ли это будет, как во сне?

— Это хорошо, — промурлыкал в ухо хриплый голос. — Сбежать позволю только сейчас. Но если не оттолкнёшь — свободы больше не увидишь.

Хмыкнула, приоткрыв глаза. И тут же застонала, когда рука с живота двинулась вверх, обхватывая грудь. Мягкая вершина легла в чужую руку, словно она была создана для этой руки. Большой палец обвёл ореол и мягко царапнул сосок. Ещё один стон сорвался с губ. Руки невольно сжались, запутываясь в волосах.

— Лысым стану, — усмехнулся Карлан.

Я же с трудом понимала, что он говорит — все мысли захватили новые чувства.

Одну из рук потянули, заставляя переплести пальцы с чужими. Горячие губы поцеловали тыльную сторону кисти, а после слегка прикусили зубами. С груди исчезла тяжесть — и другую руку постигла участь первой. Мотнув головой, я ощутила, как Карлан обхватил мои запястья одной рукой, а вторую вернул на тело, изучая его.

Выгнувшись, я сама подставилась под горячие прикосновения, внутренне трепеща от новых ощущений. Обжигающие следы оставались там, где ещё секунду назад была рука мужчины.

— Карлан, — хныкнула, сама не понимая, что хочу.

— М? — раздался откуда‑то сверху напряжённый голос.

— Кар…

Голос сорвался, стоило только пальцам обхватить один из сосков, потянув его вверх. Лёгкое покалывание на вершине сменилось протяжной ноющей болью, уходящей куда‑то вглубь. Ноги непроизвольно сжались, словно пытаясь скрыть постыдную реакцию на такую лёгкую провокацию.

— Нравится?

Я помотала головой. В ответ раздался лёгкий смех.

— Посмотри на меня.

Я опять помотала головой, отказываясь выполнять просьбу. Стыд накатывал всё больше, вызывая дополнительные волны жара.

— Разве тебе не интересно?

— Нет, — отчаянно сопротивлялась я.

— Точно не хочешь посмотреть?

— Однозначно нет.

— Что ж, тогда буду делать всё, что хочу, — промурлыкал этот кот.

Внутри что‑то колыхнулось. Ласковый голос был приправлен нотками самодовольства и игривости. Никогда не думала, что смогу услышать что‑то такое в его голосе.

Пальцы оставили сосок, обхватили половинку и сжали. Чёртовски приятно. Словно понимая моё нетерпение, рука стала мягко массировать грудь, но совершенно не хотела доставлять удовольствие второй. Застонала, протестуя. Но мои мольбы или не слышали, или не хотели исполнять.

Не заметила, когда запястья отпустили. Вторая рука шаловливо проникла под халат, окончательно раскрывая моё тело чужому горячему взору. Даже с закрытыми глазами я чувствовала, как Карлан буквально облизывает взглядом открывшуюся картину. Уверена, что от смущения я покраснела уже вся, а не только лицо.

— Красивая, — выдохнул тихо.

Руки сместились к талии, обхватывая её. Большие пальцы сошлись в районе пупка, оглаживая живот и медленно вырисовывая какие‑то одному Карлану известные узоры. Но мне этого было мало. Казалось, что меня пытают, а не стараются доставить удовольствие.

— Карлан, — умоляюще захныкала, изгибаясь.

— Что такое?

— Пожалуйста, — канючила я.

Но в ответ раздался приглушённый смешок.

— Не понимаю, вроде делаю всё, как просишь.

— Нет, прошу…

— Всё ещё не понимаю. Скажи, что ты хочешь?

— Не знаю, — выдохнула я.

— Тогда что же делать? Я не понимаю, что ты хочешь, а ты не знаешь, о чём хочешь попросить. Дилемма.