После выпуска, чтобы обойти связи родни, я могла бы поехать работать в другую коалицию, где меня было бы тяжело достать. А вот работа…

Я методично постучала пальцем по столу. Мысль, что мелькнула в голове, была дикой, но вполне реализуемой. Можно было бы перевестись в другой филиал академии, чтобы получить возможность трудоустроиться в армию там. Но как это всё сделать? Сейчас, когда семестр начался, просто так перевестись будет очень сложно. А ждать год — потребуется уйти в академ, потому что денег не будет. Да и на переезд деньги нужны.

Кусая губы, я продолжала рассматривать вид из окна и стучать по столу.

— Бая!

Из раздумий меня вырвал окрик подруги и тормошение за плечи. Аля стояла надо мной с хмурым видом.

— Я тебя уже несколько минут зову, но ты никак не реагируешь. Что происходит?

Я грустно улыбнулась, похлопала подругу по руке и потянулась за чаем, который уже стоял передо мной. Подруга заказала пасту с морепродуктами, какой‑то чай и фруктовый десерт для меня. Есть, конечно, не хотелось, но, раз пришли сюда, следовало всё же затолкать в себя еду — упасть в голодный обморок я не могла себе позволить.

— Обдумываю жизнь.

Аля вернулась на своё место, с подозрением наблюдая, как я ковыряюсь в тарелке.

— Что случилось, что ты так ушла в себя? Я никогда тебя такой не видела.

Я скривила губы, накрутила на вилку спагетти и затолкала их в рот. Вкуса особо не почувствовала.

— Думаю, где найти деньги.

— Ты хочешь что‑то купить? — удивлённо вскинула брови Аля.

— Нет. Оплатить два курса академии.

Подруга отложила вилку и уставилась на меня.

— Что ты хочешь этим сказать? Ты…

Она замолчала, поджав губы. Взгляд продолжал буравить меня, словно пытаясь выискать во мне рациональное зерно.

— Сложно учиться, если курсы не оплачены, — продолжила я как ни в чём не бывало.

— Ты решила уйти из семьи?

— Скорее, это меня из неё выбросят, когда я откажусь выполнять их условие.

Тишина, что повисла между нами, была осязаемой. Аля схватила стакан с соком, отпивая. Но я видела, как она пытается сдержать множество мучающих её вопросов.

Я же продолжала заталкивать в себя пасту, даже не особо её пережёвывая, словно спешила куда‑то. План о своей дальнейшей жизни начал понемногу вырисовываться в моей голове. И мне хотелось его тщательно обдумать.

Разговор о моих планах мы больше не заводили, придя к молчаливому обоюдному согласию не тревожить друг друга лишними переживаниями. Чтобы отвлечься, решили пробежаться по магазину с косметикой. Аля прикупила себе новые принадлежности для макияжа, я же решила пополнить заканчивающиеся запасы шампуня, бальзама и геля для душа.

Косметикой я не пользовалась: ресницы и брови и так были чёрными — красить не было надобности, — а при моём цвете кожи ни одно тональное средство, продающееся в нашей коалиции, мне не подходило. Можно было бы заказать всё это только в межзвёздных маркетплейсах, но ценник одного тюбика зашкаливал.

После мы прошлись ещё по нескольким бутикам, где Аля успела прикупить себе обувь, сумки и какие‑то украшения. Время за беззаботными походами по магазинам закончилось быстро. Ближе к пяти вечера мы решили возвращаться. У каждой в руках было множество пакетов.

В аэробасе было относительно свободно: основная масса людей ещё не спешила возвращаться. Доехав до территории академии, мы двинулись к общежитию. Приятный ветерок и заходящее солнце умиротворяли, наполняя спокойствием.

Недалеко от здания общаги Аля отстала от меня. Пройдя ещё два шага вперёд, я остановилась и оглянулась: подруга выглядела обеспокоенной.

— Что такое?

— Бая, — как‑то глухо начала она, — я знаю, что ты упрямая, но как смотришь на то, что тебе окажут помощь?

Тело замерло. Я не особо понимала, что она пытается сказать. Да и бесплатной помощи не бывает. Озвучивать вопросы, чтобы подтолкнуть подругу к продолжению разговора, не хотелось.

— Бая, я предлагаю не из жалости или желания заняться благотворительностью. Я знаю, что тебе нелегко было бы принять от кого‑то что‑то. Но… — она переступила пару раз с ноги на ногу, — можно я помогу тебе оплатить учёбу за два последних курса?

Видимо, приметив, что я начала хмуриться, Аля затараторила:

— Ты не думай, — пакеты замелькали из стороны в сторону, когда подруга замахала руками, — я знаю, что ты не любишь быть кому‑то обязанной. Но как насчёт долга? Мы подготовим договор, по которому ты должна будешь вернуть нам деньги после окончания учёбы. С процентами, — уже тише добавила она.

Я растерялась. Конечно, такое предложение было необычным и, что уж кривить душой, очень заманчивым. Но я не хотела быть обязанной кому‑то.

— Ты не отказывайся сразу, — видя моё замешательство, проговорила Аля, — я же не заставляю. Попрошу отца подготовить подходящий договор, дам тебе — ознакомишься с условиями, и там уже решишь.

И, чтобы я не начала отказываться, она быстро потрусила к общежитию. А я так и осталась стоять на месте, испытывая неоднозначные чувства. Как бы ни претила мне чья‑то помощь, росток благодарности к человеку, с которым я была знакома чуть больше года, дал свой всход. Проморгавшись, чтобы остановить непрошеные слёзы, я поспешила за Алей. Возможно, всё же есть в галактике существа, какой бы расы и пола они ни были, которым я нравлюсь просто так и которые готовы мне помогать за простое «спасибо».

— Слушай, разговор есть, — сказала Аля.

Она сгрузила пакеты в своей комнате на письменный стол, сияющий пустотой. Забрав у меня остальные свои пакеты, она также примостила их на стол, ловя те, что спешили упасть и обосноваться на полу.

— Не хочешь чай?

Я кивнула и уселась на кровать. Подруга вышла, оставляя меня одну с мыслями о том, что же она хочет со мной обсудить. Думаю, разговор о долге она вряд ли сейчас заведёт — значит, её интересует что‑то совершенно другое.

— Я хотела обсудить то, что случилось между тобой и «принцем» вчера, — произнесла Аля.

Рука, принимавшая кружку, невольно вздрогнула, и несколько капель всё же попали на кожу. Сжав кисть, я перетерпела боль, пальцами другой руки легонько потирая повреждённые места.

— А что произошло? — мой вопрос не был попыткой уйти от разговора, я действительно не понимала, что сделала не так.

— Вас видели вместе наедине в столовой, когда вы обедали. После этого по всей академии только о тебе и разговоры. Ко мне вчера уже несколько фанаток «принца» подходили, чтобы прощупать почву. И, скажу тебе, они совершенно не из дружелюбных побуждений меня расспрашивали.