— Красивое имя, — похвалил тот, — я сейчас.

Он и впрямь вернулся с каким-то свертком.

— Это не мои вещи, — сказала Эми.

Вилмос смутился.

— Да? У меня сегодня четыре заказа с утра было, должно быть, кто-то другой забыл.

Возникла заминка. Себу было очевидно, что Вилмосу очень хочется задержаться, а девушка разрывается между чувством признательности и нежеланием продолжать общение. Победила учтивость.

— Еще раз спасибо, — поблагодарила она, — может, кофе? Правда, у меня только растворимый.

Ответить Вилмос не успел. Тень раздраженно взметнулась и приникла к его уху. Вилмос потряс головой и отступил.

— Нет, я поеду, еще заказов много. Давайте я вам свой телефон оставлю, мало ли что.

Девушка покорно протянула ему блокнот. Он с трудом скрыл свое разочарование, видимо, ожидал, что она его наберет и тогда у него останется номер Эми. И торопливо попрощался.

Тень, тем временем, метнулась к Себу и потянула его за собой на улицу. Ну, как потянула — было бы за что! Но Себ понял, что не может сопротивляться чужой воле, понукающей его следовать за собой.

— Почему тогда она нас видела, а сейчас нет? — спросил Себ у тени.

Та сгустилась и приняла четкие очертания мужского силуэта. Теперь понятно было, что это человек лет тридцати, смуглый, темноглазый, скуластый. Он походил на лихого пирата из фильмов, а причудливый костюм: кожаные черные штаны, черная рубашка с кружевными манжетами — только усиливал это впечатление.

— Тебя бы и сейчас увидела, хватило ума спрятаться. Научишься. Поверь, теперь у тебя — целая вечность!

— Значит, я…умер? — осмелился озвучить Себ мысль, которая его преследовала все это время.

— В физическом, телесном плане, увы, да. До полного забвения, как я понимаю, далеко. Добро пожаловать в мир призраков! Тебя, кстати, как зовут?

— Себ… Себастьян.

— О, имя помнишь, уже хорошо, — оживился тот, — а еще что-нибудь помнишь?

Себ напрягся.

— Нет.

— Это плохо. Видишь ли, если ты не вознесся на небеса, а застрял в междумирье, значит, здесь, на земле, осталось какое-то чертовски важное дело, которое тебе нужно решить. А уж тогда — фьюить! — тень насмешливо сделала пас рукой.

— А вернуться нельзя?

— Второго шанса нам не дают, увы!

— Нам? Значит, ты тоже призрак? Кто ты? Почему знаешь больше, чем я?

— Потому что у меня опыта больше, — усмехнулся тот. — Видишь ли, Себ, сейчас главная проблема в том, что мы оба оказались заложниками ситуации. И случилось это ровно в тот момент, когда ты, как последний владелец кольца, умудрился умереть, так и не надев его на перст своей избраннице. А этой милой девушке вздумалось нацепить кольцо, что автоматически привязывает тебя к ней. Вернее, нас обоих.

— И все равно я ничего не понимаю, — упрямо ответил Себ.

— Ладно, — махнул рукой его собеседник, — пойдем, чтобы я одно и то же два раза не объяснял. Хотя нет, стой. Как же это…все забывается…

Он продвинулся вглубь двора, огляделся:

— Как же хорошо снова вернуться к жизни! Пусть даже к такой. Значит, смотри, вот так — ты будешь невидим для нее.

Он послал в адрес Себа некую мыслеформу, которую тот, хоть и не без труда, воспринял.

— Вот так, она тебя увидит. Понятно?

— Кажется, да. И что теперь?

— Теперь? Теперь тебя ждет увлекательное, но, подозреваю, чертовски трудное объяснение с твоей новой невестой.

— С кем⁇

Но тень уже решительно двинулась к дому.

3. Эми

После того, как Вилмос ушел, я какое-то время бездумно слонялась по комнате. Вздрагивала от каждого звука и пыталась понять, что же я все-таки видела? Все это время Граф ластился ко мне, терся об ноги и жалобно мяукал.

— Что, дружочек, тоже испугался? Значит, ты тоже их видел, да?

Для того, чтобы набраться храбрости и выйти во двор, мне понадобилось почти два часа. Я успела выпить кофе, убрать со стола и вымыть посуду. Но уже темнело, и медлить дальше означало обрекать себя на новые страхи. Прихватив на всякий случай дедову трость из крепкого дерева с тяжелым металлическим набалдашником, я открыла дверь. На крыльце никого не было. В саду тоже. Я обошла дом по кругу. Умылась обжигающе холодной водой из старой кадки на заднем дворе (после обморока меня еще немного пошатывало и хотелось взбодриться). И побрела в дом, раздумывая, не попроситься ли к маме на ночь. Ну, или хотя бы зазвать к себе близняшек — они пару раз приходили сюда летом и остались в восторге от места, где так много всяких диковин. Потом представила кислую рожу отчима. Только обрадовался, что я съехала, а я появлюсь вновь? Ну, уж нет. Хватит с меня его едких замечаний.

Злость придала мне бодрости, и в дом я вернулась с твердым намерением выкинуть случившееся из головы. Я провела в этом доме два десятка лет, отродясь здесь не было никаких привидений. И если в рассказах деда фигурировали порой персонажи, наводящие на меня суеверный трепет, то это были морские чудовища, но никак не привидения!

В конце концов, успокоила я себя, мало ли что привидится! Вилмос, мой новоявленный знакомый, прав: и впрямь — переутомление, стресс, воспоминания. Сейчас отдохну, полежу на своем любимом диване, поглажу кота, пока он дается в руки, и все пройдет.

Но ничего не прошло. В комнате уже смеркалось. Я зажгла свет и обнаружила гостей. Они сидели на разных концах дивана. Оба. Вполне себе материальные — по крайней мере, клетчатая обивка дивана хоть и не прогибалась под их весом, но и сквозь них не просвечивала, как давеча — ветви деревьев. Один — молоденький, невероятно хорошенький блондин с роскошными кудрями и глазами потерявшегося щенка. Второй — мрачный тип с заросшим темной щетиной подбородком, поджатыми губами и серебряной серьгой в ухе.

— Только, прошу вас, Эмма, не стоит кричать и падать в обморок, — быстро проговорил мрачный тип, — мы для вас неопасны!

Они еще и разговаривают! В то, что это не просто слуховые галлюцинации вдобавок к видениям, я поверила сразу. Так бывает: вроде и понимаешь, что невозможно то, что с тобой происходит, но сразу понимаешь, что так оно и есть! Я осторожно присела на краешек кресла, стоявшего напротив дивана. Вот и пригодился мой опыт работы. Самое главное в таком деле — не провоцировать этих типов на агрессию, а спокойно их выслушать, чтобы выгадать время и продумать пути к отступлению. Эх, жаль я не вбила номер Вилмоса в телефон, который таится в кармане в складках моей юбки! Сейчас бы нажала одну кнопку, он бы мгновенно примчался — не сомневаюсь!

— Для начала, позвольте представиться! — склонил голову мрачный тип. — Джесс Скаварг!

Сверкнули в широкой улыбке белоснежные зубы. Что ж, можно только позавидовать тому, каких высот в отбеливании достигли призрачные стоматологи! Что за чушь лезет в голову⁈

— Вы — призрак? — зачем-то уточнила я.

— Совершенно верно, — склонил он голову, — вы необычайно проницательны!

В его нарочитой любезности мне чудилась насмешка. Я бы предпочла, чтобы говорил блондин, но он сидел, сжавшись, и явно не меньше моего переживал из-за происходящего. Джесс же держался уверенно и явно лучше понимал, что происходит.

— И чего вы от меня хотите?

— Это вам стоит объяснить, милая леди! — воскликнул Джесс. — Ведь это вы своим опрометчивым поступком призвали нас из нашего спокойного и совершенного мира.

Нет, все-таки издевается! Я заметила, как покосился на него блондин. Похоже, эти двое не очень-то близки между собой.

— Я? И что же я натворила? Заклинаний не произносила, гробницы не вскрывала… — я поняла, что невольно подстраиваюсь под насмешливый тон своего визитера.

Он простер вперед руку, пальцы которой были все унизаны перстнями, покрутил, не припомню ли чего. Я перевела взгляд на свою руку, на которой красовалось найденное кольцо. Неужели?

Призрак щелкнул пальцами (вернее, сделал такой жест, совершенно бесшумный и потому досадливо поморщился):

— Совершенно верно! Вы надели кольцо и, тем самым, призвали из забвения души тех, чьи жизни неразрывно с этим кольцом связаны. То есть, нас. Меня и Себа.