Девчонки, в отличие от мамы с отчимом, давно уже вызнали, что я вкусно готовлю: они бывали и здесь, видели, как я кулинарю в четыре руки с дедом, и, хоть и редко, у нас с Яношем бывали до нашего переезда. Как многие юные девицы, близняшки уже подхватили манию заботы о фигуре, соблюдали диету, отказывая себе во всем, но против моей выпечки устоять не могли! Каро, вырвав телефон у сестры, дополнительно озвучила свою просьбу про ретеш.

Каро любила яблочную начинку, Крис предпочитала творожную, а мне самой больше нравилась сырная с орехами, так что пришлось повозиться. Хорошо, что дед когда-то расстарался и приобрел отличную плиту с двумя духовыми отделениями, в которых выпечка не пригорала, а выходила воздушной и невероятно вкусной.

Раскатывая тесто, я думала, а что, если мне сменить специализацию, и податься в кулинары. Пример с Миреком раззадорил меня. Может, договориться, и поставлять ему выпечку. А что? Большую часть я освою в домашних условиях. Он-то будет занят счетами и рекламой, да еще и приготовления к свадьбе (почему-то мне казалось, что у них с Кристиной все срастется). Готовить десерты ему будет просто некогда, а я, хоть и не имею диплома парижской школы, в своих блюдах уверена!

Чем больше я об этом думала, тем более привлекательной казалась мне эта идея. В конце концов, если мои услуги не понадобятся Миреку, наверняка он сможет порекомендовать меня своим знакомым. Возвращаться к офисной работе на полную занятость мне не хотелось. За время вынужденного безделья я смогла оценить и возможность высыпаться, и долгие прогулки в разгар солнечных дней, и ощущение внутренней свободы.

Размечтавшись, я слишком сильно растянула тесто, и оно в нескольких местах порвалось. Я чертыхнулась. Для рулета тесто должно быть тонким-тонким, почти просвечивать, но не решетом же!

Рулеты для девчонок уже выпекались в духовке, а этот я планировала для себя. Я отрезала испорченный кусок. Что ж, меньше соблазна будет, чтобы не объедаться. Пока тесто подсыхало, я отправилась на чердак за орехами. Набрав полную миску, уже собралась уходить, но замерла, прислушиваясь. По крыше весело барабанил дождь, но в его танец вмешивались не самые приятные звуки. Я пробралась в угол, заваленный очередным хламом, и подняла голову. Так и есть! Крыша протекала. Влага сочилась и крупными каплями срывалась вниз, со звоном разбиваясь о перевернутый старый алюминиевый таз. Надо будет попросить Дьердя помочь!

Я уговорила себя, что сегодня не буду портить настроение переживаниями о бытовых неурядицах. Развернулась… и заорала от страха, вступив в густой сероватый туман.

— Радушное приветствие, ничего не скажешь! — заявил «туман», отлетая назад и, сгущаясь, приобрел знакомые очертания.

— Вы меня напугали! — выдохнула я.

— Прости, — осторожно выдохнул Джесс и протянул руку. — Ты такая смешная, вся в муке перепачкалась!

Тут же его лицо помрачнело, и он тихо, но грязно выругался.

— Как же мне это надоело! — выдохнул он.

Я догадалась, о чем он. Судя по всему, он хотел стереть с моей щеки муку, забыв о своей бестелесности, но, конечно, не смог.

— Мне очень жаль, — сочувственно произнесла я.

Он встряхнулся:

— Жаль? Тебе жаль? Не жалость нужна мне от тебя, Эмма!

Я невольно отступила, никогда не видела его таким злым. И привычно перешла в наступление.

— Не орите на меня! Выпрыгнули, как черт из табакерки, напугали. Я вас, между прочим, не звала!

— О, — криво улыбнулся он, — возвращаясь к своему легкому тону, — так уж и не звала? А мне за последние два дня чудился зов…раз эдак…тридцать семь…

И он изобразил, что загибает в счете пальцы. Я вспыхнула:

— То есть, вы слышали, что я вас зову, но не откликнулись! Я тут беспокоюсь, переживаю, а он… Но почему?

— Чтобы дождаться от вас слов, которые вы только что произнесли, — лукаво улыбнулся он.

Я поперхнулась и замолчала. Эми, опомнись. Перед тобой — призрак! А ты себя ведешь, словно… Я выставила вперед руки:

— Так, давайте уйдем от нашего привычного сценария. Мы либо ссоримся, либо флиртуем.

— О, — оживился он, — значит, вы тоже признаете, что между нами есть притяжение?

Я закатила глаза. Вот несносный тип. Было б чему притягиваться!

— Джесс! С вами вообще можно серьезно разговаривать?

Он скрестил руки на широкой груди.

— Конечно. Что-то случилось?

— Да! Вы со мной случились! Сначала появляетесь, потом пропадаете. Так нельзя! Мы же договаривались…

Он вздернул темную бровь.

— Эми, мы договаривались, что не являемся к вам без приглашения. О том, чтобы без разрешения исчезать, разговора не было.

— Это бунт? Вы решили доказать, что способны существовать автономно?

— Да, нет. Просто не хотел навязываться. Вам и в компании Себастьяна было неплохо. А помочь вам в поисках я все равно не смогу.

— Вы вовсе не навязыва… Стойте! Вы опять?

— Что? — он изобразил на лице полную невинность.

— Вы же меня специально провоцируете? То есть, вы устроили проверку с исчезновением, чтобы убедиться, как я отреагирую? Буду ли скучать?

Он шагнул ко мне ближе. Глаза потемнели еще больше. Четко очерченные губы дрогнули.

— А вы скучали? Эми… Эми…

Внутри разливался жар. А снаружи… холод. Моя ладонь прошла сквозь крепкое плечо, не ощутив ничего, кроме холода. Я опустила глаза, не в силах больше выдерживать этот взгляд. Покрепче обхватила миску с орехами, словно она могла меня защитить от опасности. Отступила и обошла Джесса.

— У меня сегодня в гостях младшие сестры, — сказала я, глядя мимо Джесса, — пожалуйста, обойдемся без сюрпризов. Но вечером… я бы хотела увидеть вас. Вас и Себастьяна, — поспешно уточнила я.

— Хорошо, — равнодушно ответил он.

По кухне разливался аромат свежей сдобы, но моя порция теста оказалась безнадежно пересушенной. Я скомкала пласт и швырнула его в мусорное ведро. Яростно наколола ненужных уже орехов, представляя, что это — чья-то упрямая голова! Немного успокоившись, принялась накрывать на стол. Сегодня я проведу нормальный вечер! С живыми людьми! Не с призраками, которые возомнили о себе невесть что! Посыпав готовый ретеш сахарной пудрой, я полюбовалась делом рук своих и неожиданно повеселела. Хороша, Эми, ничего не скажешь! Соскучилась по страстям и нашла, где их черпать? Ну, ничего. Как известно, в моей жизни не бывало еще таких проблем, которые нельзя исправить с помощью вкусного ужина!

18. Призрак

— Что это такое вообще? — Себастьян ошарашенно наблюдал за совершенно одинаковыми девчонками, которые умудрялись поглощать рулет кусок за куском и при этом ни на минуту не умолкали. В рекордно короткие сроки они умудрились сделать селфи на фоне старинного буфета с расписной посудой, перетрясти все наряды Эми (и выпросить себе по платью «поносить всего на недельку, ну, пожалуйста-препожалуйста») и завалить девушку новостями о несносных преподавателях колледжа, протечке трубы в квартире, новом мамином поклоннике, который тайком подложил в ее рояль золотое колье. И, как бы между прочим, о помолвке Кристины с Миреком.

— Это сводные сестры Эми, — спокойно ответил Джесс.

— Не очень-то они на нее похожи. Хотя миленькие.

— Да, Эми намного красивее.

Себ уловил нотку мечтательности в голосе Джесса и удивленно взглянул на соседа. Тот сидел, полузакрыв глаза, и, не обращая внимания на гомонящих девчонок, наблюдал за Эми. Забыв об изысканных нарядах, в которых выбиралась на прогулки, она облачилась в старые джинсы, теплые вязаные носки и безразмерный дедов свитер, но и в таком виде была хорошенькой и по-домашнему милой. Себ вполне мог представить ее в окружении ребятишек, может, как раз потому, что к сестрам она обращалась со снисходительной материнской ласковостью…

Призраки, понимая, что гости обязательно заберутся на диван, устроились прямо на полу в самом дальнем углу, чтобы ненароком себя не выдать. Благо кот был занят поглощением еды, которую ему то и дело подбрасывали под стол девчонки, а Эми была занята перевариванием того потока информации, который вылили на нее сестры.