— Зачем, Эми? — склонился ко мне Джесс. — Вы ведь теперь уже точно не поверите мне?

Я молчала. Джесс усмехнулся.

— Что ж. Ваше самообладание восхищает меня! Я любил девушку, — вновь начал он, — мы собирались пожениться. Но я уехал на службу, и за это время она полюбила другого и вышла за него замуж. Вскоре его убили. Не вздрагивайте, Эми, я к этому непричастен, жизнь в те времена была более непредсказуемой, чем сейчас. Мария осталась безутешной вдовой и на мои ухаживания, которые я возобновил спустя положенный срок, не ответила. А я любил ее… Ну и, раз уж вы требуете честности, земли ее покойного мужа соседствовали с моими. Мария осталась бездетной. Наследников по мужской линии в их роду не было, и я мог расширить свои владения…Не знаю, был бы я таким настойчивым, окажись на ее месте другая. Но Мария, моя первая любовь, самая прекрасная и желанная женщина на земле. Забавная девчонка, с которой мы вместе росли, и которая на моих глазах превращалась в пленительную красавицу. Женщина, которая не только разбила мне сердце, но и нанесла удар по самолюбию, и я не знал, что из этого терзало меня сильнее.

Вы были правы, Эми, я никогда не был обделен женским вниманием. У меня были другие женщины, и я мог выбрать другую невесту. Но желание заполучить Марию со временем стало просто наваждением. Я уговаривал ее, присылал подарки, напоминал о долге, но все было бесполезно. Эти кольца, вернее, кольцо были в числе отвергнутых подарков. Да, ювелир рассказал мне о них. Рассказал о ритуале. И я решился.

— Кровь? — вспомнила я.

— Кровь. Полная луна. Заклинание из черного свитка. Когда Мария заболела, ее пользовал мой лекарь. Я проник в ее покои. Она была без чувств. Ей делали кровопускание. Я окропил кольцо и надел его ей на палец. Обряд был совершен против ее воли.

— И он подействовал?

— Да, — произнес Джесс с усилием, — когда она поправилась, то, наконец, приняла мое предложение. Сначала я был счастлив. Но потом…Каждый раз, целуя ее, слушая ее ласковые признания, я думал: что из этого — правда, а что — действие заклятья? Поддалась ли она моим уговорам, потому что стихла боль от утраты мужа, и вернулись первые чувства, или это все — чужая злая воля? И она… переменилась, вела себя странно: то тиха и задумчива, то весела до истерики. Я понимал, что так не должно быть, но ничего нельзя было отменить. И не мог, как ни старался, снять кольцо, ни ее, ни свое. Я стал собирать свитки с описанием подобных ритуалов, чтобы понять, как избавиться от заклятья. Задорого покупал запрещенные книги, и именно тогда поползли первые слухи о моих темных делах.

Я стал чаще уезжать, иногда под надуманным предлогом, чтобы только не видеть лихорадочного блеска ее глаз. Радость жизни пропала, я чувствовал, что с каждым днем меня засасывает черная пустота… Если б у нас появилось дитя… Но мы прожили год вместе, и ничего. Когда я вернулся из очередного похода и узнал, что она скоропостижно скончалась от горячки, я почувствовал что-то похожее на облегчение.

Вот только похоронили ее, не дожидаясь меня, слишком долго я отсутствовал. И кольцо было погребено вместе с ней. Я остался связан вечными узами с мертвой возлюбленной. Меня коснулся холод потустороннего, Эми. Это сейчас вы смотрите фильмы про призраков и оживших мертвецов, чтобы пощекотать себе нервы. Но это страшно, Эми. Мне стали сниться кошмары. Начались видения. Если б я жил сейчас или был слабее волей, я бы поддался этому зову и покончил с собой. Но я воспитывался в строгой вере, Эми, и знал, что самоубийство — великий грех. Я и так однажды ступил за черту и облекать себя на вечные муки не хотел.

Я не разорял склепов, Эми. И не собирался никого воскрешать. Я лишь хотел забрать ее кольцо, чтобы разорвать проклятье и не мучиться так больше. К тому времени это было легко — остался только прах…Но меня увидели там, и это стало последней каплей. Через неделю мой замок подожгли. Вы знаете, что было дальше.

Я до крови искусала губы, не рискуя прервать его рассказ. Если все так, значит, Джесс остался привязан к кольцу… в наказание? Смотреть на другие, счастливые пары и не имея возможности ничего исправить, потому что когда-то переступил черту и вырвал любовь обманом?

Джесс, не дождавшись моей реакции, поднялся. Щелкнул пальцами по кружевам, поправляя манжеты.

— Вот вам вся правда, Эми, которую вы хотели. И, знаете, что? Идите-ка вы к черту со всей вашей правдой!

И исчез…

30. Призрак

Никогда за время пребывания в междумирье Себ не чувствовал себя так странно. Темнота обступала его со всех сторон. Темнота, наполненная отголосками чужой боли и отчаяния. Как ни старался, Джесса он дозваться не смог. Эми молчала. И, промаявшись, что нарушает обещание, Себ рискнул незаметно проявиться в гостиной. В человеческом мире был день, яркий, солнечный, наверное, теплый. Кот, забавляясь, прыгал по полу, гоняясь за солнечными зайчиками. Эми… рыдала, обхватив руками подушку. Судя по тому, как опухли ее глаза, плакала она уже долго.

Себ засомневался, насколько уместно будет сейчас его появление. Ему не хотелось оставлять девушку в таком состоянии, но раз она не звала его, может, не хочет, чтобы он ее видел? Что же у нее случилось? И где Джесс?

Старенькие часы на стене показывали половину второго. У Эми зазвонил телефон. Она посмотрела на экран, шумно высморкалась и ответила:

— Да? Добрый день, Мартон? Нет, обычный голос, может, слегка простыла. Нет-нет, все в силе! Конечно, я с удовольствием с тобой увижусь! Да, хорошо, до встречи.

Поднялась с дивана. Постояла. Прошептала, запрокинув голову:

— Джесс!

Никто не явился.

— Джесс! — закричала она так, что кот испуганно шарахнулся в сторону.

Тишина.

— Ну, и ладно! — сказала Эми в пространство и отправилась в ванную.

Себ осторожно примостился в углу гостиной. Одевалась Эми всегда в спальне, и он не боялся неловких моментов. Через какое-то время Эми вновь появилась в гостиной, набросила пальто и ушла. Даже в зеркало, висевшее у двери, не посмотрела, как делала обычно. Подумав, он незримой тенью последовал за ней.

Себ не знал, что это за парень, который так радостно встретил Эми у входа в ресторан, но понял, что это — настоящее свидание. Что ж, несправедливо по отношению к Эми желать, чтобы она занималась только его делами. В конце концов, она имеет полное право на то, чтобы жить своей жизнью. И все же разлад, который случился, тревожил его. В ресторан за ними Себ не последовал, его происходящее точно не касается!

Свидание прошло безупречно. Если бы Эми увлекалась составлением карты желаний, то именно так она бы и обозначила все, что случилось в ресторане. Предупредительность, милая неловкость (Мартон немного нервничал, что лишь подтверждало, как сильно Эми ему нравится), уместные шутки, деликатные намеки. Атмосфера в ресторане была приятная, обслуживание ненавязчивое, а еда — выше всяких похвал.

В отличие от девушек, которые из-за переживаний теряют аппетит, у Эми, наоборот, всегда случались приступы обжорства. Сначала она заказала салат из печеной тыквы и свеклы с творожным сыром, в качестве основного блюда выбрала паприкаш, к кофе ей принесли вафли с шоколадным кремом, а потом еще и мороженое.

— Ты сразу должен это знать, — ткнула она вилкой в направлении подноса с опустевшими тарелками, которые унес официант, — у меня культ еды. Проще говоря, я — обжора, так что на ресторанных счетах можно разориться.

Мартон лишь улыбнулся:

— Это меня не пугает! Поверь, выглядит это гораздо милее, чем когда девушка гоняет по тарелке листик салата и лихорадочно подсчитывает калории.

— Воот, — протянула Эми, — я тоже так считаю. Хотя, вполне возможно, через пару лет увижу в зеркале последствия своего чревоугодия и переменю привычки.

— Уверен, зеркало долго будет к тебе благосклонно. Если вспомнить Фриду, то можно предположить, что у тебя хорошая наследственность. Она ведь, как я понял, твоя бабушка?