— Вы сказали, что призраки могут общаться между собой?

— Только те, кто застрял в междумирье.

— То есть, о судьбе тех, кто умер по-настоящему, насовсем, вы узнать не можете?

Я была уверена, что дед избежал грустной участи моих спутников.

Мы как раз вышли из частного сектора и шли вдоль типовых многоэтажек через заставленные машинами дворы. Подумав, я нацепила наушник от смартфона — так в глазах случайных прохожих я не буду выглядеть сумасшедшей, которая говорит сама с собой. Джесс притормозил, подумал, махнул рукой в сторону домов.

— Представьте, Эми, вы оказались внутри этого дома. Вы не помните, как вошли. А потому не знаете, сколько в доме этажей. Все, что вы можете — просто подниматься по лестнице и только тогда узнавать, сколько квартир на этаже, кто там живет и свободен ли доступ на крышу. Ну, и видеть в окна городской пейзаж, который меняется, когда вы забираетесь выше. Междумирье, как я понимаю, лишь одна из ступеней. Я знаю лишь о том, что уже прошел — о мире людей и проявленности в нем; о мире призраков. Что там, выше, мне неведомо.

Джесс говорил это всерьез, без привычной насмешки, и у меня защемило сердце. Все-таки как же жаль его и Себа!

— Люди часто вызывают призраков, надеясь поведать им то, что недосказали при жизни, — продолжил Джесс. — Каются, признаются в любви, просят прощения. Но если есть тот, кто нас создал, Эми, то главное прощение — в вашей душе. Если вы раскаетесь, уверен, он услышит…и передаст по назначению.

Какая проницательность! Себ, сообразив, к чему я это спрашивала, утешающе попробовал взять меня за руку и сконфузился, когда у него ничего не вышло. Тем временем, мы перешли дорогу и вышли в парк. Мамочки с колясками, велосипедные дорожки, буйный цвет хризантем в ромбовидных клумбах…

— Смотрите, — призвала я Себа, — вам знакомо это место?

Он завертел головой, но кудряшки, спадающие на лоб, оставались неподвижными.

— Нет, — выдохнул он, — а должен?

— Это ближайший к дому парк. Я подумала, если букет выбросили здесь, то ваша невеста должна была жить неподалеку. Вы говорили, что познакомились с ней в парке. А на роликах обычно ходят кататься в ближайшее удобное место. Вряд ли кто поедет через весь город, чтобы так развлекаться.

В подтверждение моих слов мимо прокатили несколько девушек на роликах. Джесс с неприкрытым интересом проводил взглядом ту, за плечами которой развевалось облако длинных золотистых волос. Я ощутила легкий укол зависти. Меня так никто взглядами не провожал! Да, я миленькая, но не эффектная, и никогда не ощущала на себе пристальное мужское внимание. Чтобы понравиться, мне нужно было пообщаться с человеком. Вот как Вилмос давеча — полчаса дороги в тесной кабине авто, и готово!

Теперь, когда история с Яношем осталась в прошлом, я невольно стала задумываться о перспективах личной жизни. Я не из тех, как оказалось, кто, однажды разбив сердце, зарекается об одиночестве до конца дней. Я соскучилась по мужскому вниманию, по теплу, по страсти… Если б мне понравился Вилмос, я бы, наверное, приняла его ухаживания.

Я едва успела отступить с дорожки, пропуская очередную девушку на роликах. Несмотря на погоду, на ней были ультра-короткие джинсовые шорты и высокие черные гетры, подчеркивающие стройные ноги.

— Что ж, — констатировал Джесс, — в некоторых случаях я готов смириться с современной модой.

Еще и ловелас!

— Вы б на лицо ее посмотрели, с таким носом и стройные ноги не спасут!

— На лицо пусть Себастьян смотрит, это ему нужно вспомнить невесту, — парировал Джесс.

Но Себ не узнал ни девушек, что попадались нам навстречу, ни парк, который мы уже пересекли из конца в конец.

— Парки вообще все друг на друга похожи, — оправдался он.

— Чего не скажешь о девушках! — добавил Джесс, на этот раз кружась вокруг эффектной брюнетки, чьи соблазнительные формы подчеркивало вязаное черное платье.

— Для бестелесного призрака вы источаете слишком много тестостерона!

Он тут же покинул девушку и принялся кружить вокруг меня.

— Вы слишком строги, Эми. Радость созерцания прекрасного — одно из немногих доступных мне удовольствий.

— Так и пожалуйста. Посмотрите, как красиво солнце просвечивает сквозь кружево ветвей. А какая изысканная лепнина на фасаде здания! А…

— Вы опять! — с укоризной заметил Себ.

— Так, не мельтешите, — остановила я Джесса. — И вообще, мы пришли, и в магазине я хочу побыть сама!

— Зря, я большой знаток вин и помогу вам сделать выбор.

— Сама справлюсь, — отрезала я и прошла сквозь раздвижные двери.

8. Призрак

Пока Эми занималась покупками, Себ еще раз облетел парк, но ни один уголок не вызвал в нем воспоминаний. Джесс, усевшись на ступеньках магазина, продолжал с интересом разглядывать прохожих, и Себ только позавидовал его невозмутимости. Джесса, похоже, вполне устраивало его положение.

— А вы разве не хотите понять, что вас задерживает в междумирье? — спросил Себ, пристраиваясь рядом.

Джесс пожал плечами:

— Я же не знаю, что ждет нас дальше. Может, райское наслаждение, а, может, и наоборот. Неопределенность страшит. Сейчас я все же живу, пусть даже в таком ограниченном состоянии.

— И не надоело — за столько-то столетий?

— Нет. Возможно, если бы все эти годы я бодрствовал, то надоело бы. Если же суммировать все годы, что я пробуждался, то набирается на долгую, но пока одну человеческую жизнь. Так что…

— Я не понимаю, — заметил Себ.

Джесс поведал ему то, что уже рассказывал Эми.

— Значит, вы тоже привязаны к кольцу, но об избраннице своей ничего не помните?

— Нет, но если рассуждать логически, моя избранница уже давно умерла. Мне некого искать, Себастьян, в отличие от вас. И незачем вспоминать.

— Меня тоже страшит неизвестность, — решился признаться Себ. — Если даже я все вспомню, и мы найдем Марию, вдруг не получится передать ей кольцо? Может, она уже забыла меня? Может, вышла замуж…

— Через полгода после вашего исчезновения? Сомневаюсь…

— Все равно. Я боюсь… боюсь подниматься по лестнице…

Джесс недоуменно посмотрел на три невысоких ступеньки, ведущие к магазину, и не сразу вспомнил про ассоциацию, которую бросил в разговоре по пути сюда.

— Ты всего пару дней как призрак, — добродушно бросил он Себу. — На все нужно время. Но, в принципе, можно прекратить поиски. Эми — отличная хозяйка, о такой только мечтать. И потом, со временем научишься отрываться от нее. Путешествовать. Радиус ограничен, правда, в Америку не слетаешь, и в Париж тоже, но все равно.

Тот прислушался к себе.

— Нет, — решительно заявил он. — Я хочу узнать, что произошло. Что случилось со мной. С Марией. А потом уже решать, как дальше.

— Что ж, резонно, — согласился Джесс.

Эми вышла из магазина. Рюкзак за ее спиной был набит доверху.

— Вы основательно подходите к приему пищи! — заметил Джесс.

— Жаль, что я не могу помочь вам нести рюкзак, — добавил Себ.

— Спасибо, — поблагодарила его Эми теплой улыбкой. — Достаточного того, что вы проявили готовность это сделать.

— Что? — переспросил пузатый старичок, поднимавшийся по ступенькам.

Эми отступила и торопливо вставила в ухо наушник. Старичок хмыкнул и отправился дальше. Когда они завернули за угол, Джесс полюбопытствовал:

— Куда теперь?

— Домой, — ответила Эми, оглянувшись, что поблизости нет людей, — но мы пойдем окружным путем, через другой парк.

Этот парк был намного больше: с фонтанами, аттракционами, с вереницей искусственных озер, по поверхности которого грациозно скользили белые лебеди и, менее грациозно, — прогулочные лодки с туристами. Эми явно наслаждалась прогулкой: глазела по сторонам; улыбалась карапузам, ковылявшим по дорожкам, усыпанным светлым песком; охотно купила предложенный торговкой тыквенный латте в картонном стакане и потянула через трубочку обжигающий сладковатый напиток.