Мы услышали шум ещё до того, как вышли к холму. Сначала — крики. Потом смех. А потом… что-то, очень похожее на хаос. Я замедлил шаг. Рейн рядом усмехнулся.

— Похоже, мы многое пропустили.

Я прищурился.

— Или как раз вовремя.

Мы вышли к площадке. И картина перед нами… Была неожиданной даже для меня. Дверь дома распахнулась с таким грохотом, что несколько человек обернулись.

И в следующую секунду оттуда буквально вылетела она. Лив. Растрёпанная. В рваном платье. С перекошенным лицом и видом, будто её только что провели через… очень плохое решение.

Я всё ещё смеялась, когда Лейла буквально влетела ко мне, как ураган после победы.

— У меня для тебя подарок, — заявила она с таким видом, будто сейчас вручит мне что-то невероятное. Я прищурилась.

— Мне уже страшно.

Она раскрыла ладонь. И я замерла. Клок светлых волос. Я моргнула. Потом ещё раз. И… не выдержала. Засмеялась.

— Ты серьёзно?!

— Абсолютно, — гордо ответила она. — Трофей.

Я закрыла лицо рукой, пытаясь перестать смеяться.

— Ты ненормальная.

— Зато эффективная.

Я взяла этот «подарок», покрутила в пальцах.

— Даже не знаю, куда это деть.

— Можешь повесить над кроватью, — невозмутимо предложила она.

— Лейла!

Она расхохоталась. И я вместе с ней. Смех был лёгким. Живым. Как будто всё напряжение дня просто… растворилось.

— Думаю, пора к торту, — раздался рядом спокойный голос.

Я обернулась. Норд.

Рейн стоял чуть позади, уже с тем самым выражением, которое означало — он ждёт.

— Наконец-то, — протянул он. — Я ради этого и вернулся.

Я фыркнула.

— Врунишка.

Но всё же пошла с ними. К торту. Огромному. Настолько, что даже сейчас, когда я видела его второй раз, он всё ещё казался… чрезмерным.

— Это перебор, — пробормотал Рейн.

— Это продуманно, — ответила я.

— Это гигантский, — уточнил он.

— Чтобы всем хватило.

Он усмехнулся.

— Ладно, аргумент принят.

Мы встали рядом. Втроём. Я взяла нож. Норд накрыл мою руку своей. Рейн — с другой стороны. И на секунду… Всё снова замедлилось.

— Готова? — тихо спросил Норд.

Я кивнула.

— Всегда.

Мы сделали первый разрез вместе. Медленно. Синхронно. Толпа зааплодировала. Кто-то снова закричал. Музыка не утихала. Мы отрезали первые куски. Передали их. А потом… Отдали всё остальное персоналу. Пусть угощают. Пусть делятся. Пусть праздник продолжается.

Я даже не помню, сколько времени прошло. Мы сидели. Ели. Пили. Смеялись.

Я чувствовала тепло вина, лёгкость в теле, и ту самую редкую расслабленность, когда ты больше ничего не контролируешь. Просто живёшь.

Рейн что-то рассказывал, активно жестикулируя. Норд слушал, иногда вставляя короткие замечания. Я смотрела на них. И думала… вот оно. Моё. Наше.

Постепенно люди начали расходиться. Не сразу. Медленно. Кто-то прощался. Кто-то уходил, уставший, но довольный. Музыка стала тише. Смех — реже. Ночь вступала в свои права.

Я подняла голову. Луна. Яркая. Холодная. И в этом свете всё казалось чуть… другим. Более чётким. Более настоящим. И именно тогда я это почувствовала. Первая.

Не звук. Не движение. А ощущение. Я замерла. Рейн тоже. Норд поднялся первым. Резко. Без слов. Я повернула голову. И увидела. Фигура. В стороне. Слишком большая, чтобы быть случайной. Слишком спокойная, чтобы быть обычной.

Он шёл медленно. Не торопясь. Как будто был уверен, что его никто не остановит. Высокий. Почти как Норд и Рейн. Широкий. Массивный. И когда он подошёл ближе… я увидела глаза.

Красные. Светящиеся в темноте. Не ярко. Но достаточно, чтобы понять. Это не человек. Свет луны упал на его волосы. Белые. Холодные. Почти серебряные. Я почувствовала, как внутри всё сжалось.

Рейн встал рядом с Нордом. Напрягся. Не явно. Но я знала. Они готовы. Всегда. Мужчина остановился в нескольких шагах. И только тогда я заметила… Она была рядом. Лив.

С тем самым лицом. Обиженным. Злым. Почти истеричным.

— Вот! — воскликнула она, указывая на нас. — Я же говорила!

Я медленно поднялась.

— Ты издеваешься?

Она даже не посмотрела на меня. Только на него.

— Они… они напали на меня! — продолжала она. — Посмотри, что они сделали!

Я скрестила руки.

— Серьёзно?

Мужчина молчал. Просто смотрел. На Норда. На Рейна. И его взгляд был… Не пустым. Не злым. Оценивающим. Я перевела взгляд на них. Они уже не сидели. Стояли. Рядом. Чуть впереди меня. Как щит. Как стена. Я сделала шаг ближе.

— Может, объяснишь, кто ты? — спросила я.

Тишина. Лив нервно дернула его за руку.

— Скажи им!

Он медленно перевёл взгляд на меня. И в этот момент я поняла… Это не просто очередная проблема. Это… Начало чего-то другого. И, возможно… Гораздо более опасного.

Я почувствовала, как воздух стал тяжелее. Не холоднее. Именно тяжелее. Как будто сама ночь задержала дыхание. Норд сделал шаг вперёд. Медленно. Уверенно.

Я знала этот шаг. Так он выходит не просто навстречу. А навстречу проблеме.

— Что тебя привело сюда, Видар, — сказал он спокойно.

Имя прозвучало чётко. Без страха. Но с весом. Мужчина остановился. Видар.... Он чуть склонил голову. И в его глазах мелькнуло что-то… узнавание.

— На мою сестру, — начал он, голос низкий, ровный, — было совершено нападение.

Он перевёл взгляд на Норда.

— На твоей территории.

Я почувствовала, как внутри поднимается раздражение. Серьёзно?

— Сегодня праздник, — ответил Норд. — И ни тебя, ни твою сестру сюда никто не приглашал.

Пауза. Видар чуть улыбнулся. Но это не была добрая улыбка.

— Такое гостеприимство у северного народа?

Рейн тихо усмехнулся рядом.

— Это был самый тёплый приём для незваных гостей.

Я чуть повернула голову. Он стоял расслабленно. Но я видела — это только видимость. Он готов. Всегда. Лив резко дернулась вперёд.

— Ты слышал?! — она почти закричала. — Они—

Но её перебил звук. Шаги. Смех. И знакомый голос. Я обернулась. Из дома выходила Лейла. С бокалом в руке. Совершенно спокойно. Как будто не происходит ничего. И… под руку с мужчиной.

Я на секунду даже не сразу обратила внимание на него. Потому что Лив уже сорвалась.

— ВОТ ОНА! — закричала она, указывая прямо на Лейлу. — ЭТА ТВАРЬ НА МЕНЯ НАПАЛА!

Я поморщилась.

— Ну началось…

Но в следующую секунду всё изменилось. Видар повернул голову. Медленно. И посмотрел на Лейлу. И я это увидела. Его глаза. Они… загорелись. Ярче. Сильнее. Не просто красный отблеск.

Я даже не успела подумать. Просто сорвалась с места..Подол платья мешал, цеплялся за ноги, и в любой другой день я бы, наверное, остановилась и аккуратно подобрала ткань, чтобы не испортить его.

Но сейчас — нет. Я резко задираю его выше и бегу. Босые шаги почти не слышны на траве, но внутри у меня всё гремит так, будто я бегу не по земле, а по раскалённому металлу.

— ЛЕЙЛА! — кричу я.

Лейла всё ещё у него на плече. Она бьёт его кулаками по спине, дёргается, пытается вырваться.

— ОТПУСТИ МЕНЯ! — кричит она. — ТЫ НЕ ИМЕЕШЬ ПРАВА! ЭТО ПОХИЩЕНИЕ!

Видар даже не сбавляет шага. Он идёт так спокойно, будто у него нет на плече живого человека, который пытается разнести ему позвоночник.

И вдруг он смеётся. Тихо. Глухо. Как будто её слова его действительно забавляют.

— Все эти человеческие штучки… — говорит он, даже не поворачивая головы. — Остались на континенте.

У меня внутри что-то вспыхивает.

— ОТПУСТИ ЕЁ! — кричу я снова, ускоряясь.

Я почти догоняю. Почти. Но он всё равно не реагирует. Даже не смотрит. И это злит ещё сильнее. Я вижу, как рядом дёргается Рейн, как напрягается Норд, но они не двигаются. Пока. И это бесит меня до дрожи.

— Видар! — кричу я уже прямо ему в спину. — ОСТАНОВИСЬ!