Когда мы вернулись к дому Рейна, я уже едва держалась на ногах от усталости и алкоголя. Или от всего сразу. Мир слегка качался, но я упрямо шла вперёд, игнорируя это ощущение.

Дверь открылась, и внутри пахло деревом, кожей и чем-то знакомо-спокойным.

Без постороннего шума.

Без лишних взглядов.

Как будто здесь можно было на время спрятаться от всего остального.

Я не разувалась аккуратно — просто сбросила обувь у входа и прошла внутрь.

Норд остался где-то позади, Рейн шёл рядом, но не вмешивался.

Я дошла до спальни и, не раздумывая, завалилась на кровать.

Матрас мягко принял меня, и тело сразу провалилось в него, как в воду.

Я выдохнула.

Глубоко.

— Вот это… — пробормотала я, глядя в потолок. — Хорошо.

Голос звучал чуть глухо.

Рейн появился в дверях, прислонившись к косяку. Норд остался где-то вне поля зрения, но я чувствовала его присутствие — спокойное, устойчивое, как всегда.

Я перевернулась на бок, подперев голову рукой.

Мысли медленно собирались в одну линию… и снова расползались.

— Нам нужно вернуться на континент, — сказала я вдруг, будто продолжая какой-то незаконченный разговор.

Рейн чуть приподнял бровь.

— Зачем?

Я нахмурилась, пытаясь поймать мысль.

Она была… где-то рядом.

— Дать показания, — добавила я.

Слова прозвучали уверенно.

Но тут же в них появилась трещина.

Я замолчала на секунду.

— Или… — я прищурилась, пытаясь вспомнить, — нет… не «дать»… а… что-то ещё.

Я провела рукой по лбу.

Мысли путались.

Лейла.

Алекс.

Полиция.

Показания.

Да.

Что-то про показания.

— Рейн… — я посмотрела на него. — Мы должны… что-то сказать. Там. На континенте.

Он вошёл в комнату чуть глубже, остановившись у кровати.

— Ты это уже говорила, — спокойно заметил он.

Я моргнула.

— Правда?

— Да.

Я тихо усмехнулась.

— Значит, это важно.

Рейн опёрся рукой о спинку кровати, наклоняясь чуть ближе.

— Ты пьяна, — констатировал он.

Я подняла на него взгляд и пожала плечами.

— Немного.

— «Немного» — это мягко сказано.

Я хмыкнула и снова посмотрела в потолок.

— Всё равно… нужно вернуться.

Я попыталась сосредоточиться.

— Алекс дал показания… — пробормотала я. — Значит, нам тоже нужно.

Слова звучали уже не так уверенно, но смысл оставался.

Рейн молчал.

Я повернулась на спину и раскинула руки.

— Только я не помню… какие именно, — честно призналась я.

На секунду в комнате стало тихо.

Потом Рейн тихо выдохнул.

— Мы разберёмся, — сказал он спокойно.

Его голос был ближе, чем раньше.

Я повернула голову.

Он стоял рядом с кроватью, глядя на меня сверху вниз.

Без раздражения.

Без спешки.

Просто… присутствовал.

Я смотрела на него несколько секунд, пытаясь удержать фокус.

Не получилось.

Мир снова чуть поплыл.

— Лейла в порядке, — тихо сказала я вдруг, будто это было важно зафиксировать.

Рейн кивнул.

— Да.

Я закрыла глаза на секунду.

— Хорошо…

Тишина снова опустилась мягко, без давления.

Я почувствовала, как усталость накрывает сильнее алкоголя.

Мысли начали растворяться.

Последнее, что я ещё удержала — это ощущение, что всё только усложняется.

Показания.

Алекс.

Игра версий.

И мы — посреди всего этого.

Я выдохнула и почти шёпотом добавила:

— Нам нужно действовать правильно…

Но ответ уже не услышала.

Потому что сознание начало медленно ускользать.

Я проснулась от ощущения тепла. Слишком много тепла сразу. И слишком близко.

Первые секунды я даже не понимала, где нахожусь. Только медленно возвращающееся сознание и тяжесть чужих тел рядом.

Я лежала, прижатая сразу с двух сторон.

Слишком близко.

Слишком… плотно.

Я осторожно открыла глаза — и тут же замерла.

Рейн и Норд спали рядом со мной.

И, судя по всему… мы все были без одежды.

Моё лицо мгновенно вспыхнуло.

— Чёрт… — прошептала я себе под нос.

Я попыталась аккуратно пошевелиться, чтобы выскользнуть из этого «положения», но любое движение только сильнее запутывало ситуацию. Чьи-то руки, чьё-то тепло, ограниченное пространство кровати — всё мешало выбраться незаметно.

Я замерла, стараясь дышать ровно. Не паниковать. Не двигаться резко. Просто… аккуратно.

Ещё попытка.

Я осторожно подтянула колено, пытаясь освободить место, и в этот момент чья-то рука чуть сильнее сжала меня.

Я застыла.

Сердце пропустило удар.

— Кира… — хрипло раздался голос Рейна.

Слишком близко.

Я медленно повернула голову.

Он уже не спал.

Глаза приоткрыты, взгляд сонный, но внимательный.

И, судя по выражению лица, он прекрасно понимал, в каком положении мы оказались.

С другой стороны шевельнулся Норд.

Он тоже проснулся почти одновременно, слегка приподнявшись на локте и посмотрев на меня.

Без удивления.

Без смущения.

Слишком спокойно.

Я почувствовала, как краснею ещё сильнее.

— Я… — начала я и тут же запнулась. — Я просто…

Слова не складывались.

Я отвела взгляд.

И только сейчас по-настоящему осознала, насколько близко они оба ко мне находятся.

И… как выглядят.

Моё внимание невольно скользнуло по Рейну — его плечи, грудь, рельеф мышц, чёткий пресс.

Потом — к Норду.

Та же сила. Та же уверенность в теле. Спокойная, контролируемая мощь.

Я знал, что это плохая идея.

Ещё тогда, в таверне.

Ещё тогда, когда она делала вид, что держится, а сама уже плыла от алкоголя и эмоций.

Кира не умела пить.

Точнее — не умела вовремя остановиться.

И сейчас это становилось проблемой.

Она сидела рядом, ближе, чем нужно. Слишком близко. Её плечо почти касалось моего, дыхание тёплое, сбитое. Я чувствовал, как она смотрит на меня, даже не поворачивая головы.

Я делал вид, что не замечаю.

Потому что замечать — значит реагировать.

А реагировать сейчас нельзя.

— Рейн… — тихо сказала она.

Я повернул голову.

И зря.

Её глаза были мутные, тёмные, но в них было слишком много… всего. Алкоголь, злость, усталость — и что-то ещё. Что-то, что она обычно прячет.

— Что? — коротко спросил я.

Она не ответила сразу.

Просто смотрела.

А потом потянулась ко мне.

Медленно.

Неуверенно.

Но упрямо.

Я перехватил её за запястье.

— Нет, — сказал я жёстко. — Ты пьяна.

Она нахмурилась.

— И что?

— И то, что это не считается.

Я держал её крепко, но аккуратно. Не давая приблизиться.

Она выдохнула раздражённо.

— Ты всегда всё усложняешь.

— А ты — наоборот, — отрезал я. — Слишком упрощаешь.

Она замерла на секунду.

А потом резко наклонилась вперёд и поцеловала меня. Не спрашивая. Не давая времени среагировать. Как будто это последний раз. Жёстко. С отчаянием.

Я выругался сквозь зубы, но не сразу оттолкнул её. Потому что, чёрт возьми… она знала, куда давить. И как.

На секунду я просто замер. Позволил этому случиться. И этого уже было слишком много.

Я резко отстранился.

— Кира, — сказал я глухо. — Хватит.

Но она только смотрела на меня, тяжело дыша. С вызовом. С упрямством. С тем самым выражением, которое всегда означало проблемы.

Я краем глаза заметил Норда. Он стоял чуть в стороне. Наблюдал. Как всегда. Спокойный. Холодный. Но внимательный. Он не вмешивался. И это… бесило сильнее, чем если бы вмешался.

— Ты меня хочешь, — тихо сказала Кира.

Я стиснул челюсть.

— Не сейчас.

— Врёшь.

— Нет, — рыкнул я. — Я контролирую себя.

Она усмехнулась.

Плохо.

Очень плохо.

— А я — нет.