— Чьё? — спокойно спросила я. — Твоё?

— Да, — без колебаний ответила она.

Я чуть наклонила голову.

— Странно. — пауза. — Потому что, судя по реакции Норда… это место давно пустовало.

Удар был точный.

Лив резко встала с дивана.

— Не смей—

— А что? — перебила я. — Скажешь, что он всё ещё твой? Тогда почему ты не здесь? Почему приходишь как вор?

Её лицо исказилось.

— Потому что некоторые любят забывать своё прошлое!

— Или потому что это прошлое лучше оставить там, где ему и место, — холодно ответила я.

Тишина между нами стала почти осязаемой.

— Ты думаешь, ты особенная? — тихо, почти шёпотом сказала Лив. — Думаешь, он выбрал тебя?

Я усмехнулась.

— Нет. Я думаю, он сделал свой выбор. И, судя по всему, не в твою пользу.

Её глаза потемнели.

— Это ещё не конец.

— Для тебя — возможно, — ответила я. — Но если ты ещё раз приблизишься к Лейле… или ко мне…

Я сделала ещё один шаг.

— В следующий раз ты не отделаешься парой ударов лампой.

Тишина.

Норд выдохнул сквозь зубы.

Рейн тихо пробормотал:

— Вот теперь началось.

На минуту повисло молчание. А потом тишину в комнате разрезал звонок.

Резкий. Нервный.

Телефон в руке Норда завибрировал, и он, даже не глядя на экран, ответил.

— Да.

Пауза.

Его взгляд скользнул по Лив.

— Она здесь.

Коротко. Жёстко. Без лишних слов.

Я не знала, кто на том конце, но по тому, как напряглись его плечи, стало ясно — разговор не из приятных.

Лив медленно улыбнулась.

Не мне.

Ему.

А потом перевела взгляд на меня, и в её глазах появилось что-то опасное. Почти довольное.

— Раз не получается достать тебя… — протянула она мягко, почти лениво, — я достану твою подружку.

Я не сдвинулась с места.

— Ведь эта шавка… — продолжила она, чуть склонив голову, — не просто ударила меня. А несколько раз.

Её улыбка стала шире.

— А мой отец такого не прощает.

В комнате стало холоднее.

Я сделала шаг вперёд.

— Ты вломилась в чужой дом, — сказала я спокойно, но в голосе уже звенела сталь. — Напала на человека. Пыталась его убить. И получила ровно то, что заслужила.

Лив даже не моргнула.

— Это не важно, — отмахнулась она. — Я защищала свою территорию.

Я усмехнулась.

— Территорию? — повторила я. — Ты серьёзно сейчас?

Она чуть прищурилась.

— Ты заняла то, что принадлежит мне.

— Ошибаешься, — ответила я. — Я не занимаю чужое. И уж точно не дерусь за мужчин.

Пауза.

Я посмотрела ей прямо в глаза.

— Но если ты продолжишь в таком же тоне…

Мой голос стал тише.

— Придётся начать.

Я не любил оставлять незакрытые вопросы.

А Лив — это был именно вопрос. Опасный, старый и слишком упрямый, чтобы исчезнуть сам.

Я передал её своим людям лично.

— Глаз с неё не спускать, — сказал я жёстко. — Ни шагу без контроля. И если попытается что-то выкинуть…

Один из них кивнул.

— Поняли.

Лив стояла рядом, скрестив руки, и смотрела на меня так, будто уже строила новый план.

— Ты серьёзно думаешь, что это меня остановит? — тихо усмехнулась она.

Я даже не стал отвечать.

Просто развернулся и ушёл.

Потому что если задержусь ещё на секунду — разговор закончится не словами.

Дом Рейна встретил нас тишиной. Слишком спокойной после всего, что произошло. Я зашёл внутрь последним, закрывая за собой дверь, и сразу почувствовал это.

Запах. Рейн и Кира пропахли друг другом так сильно, что уже не было понятно где начинается он и заканчивается она.

Я перевёл взгляд на Рейна. Он выглядел… довольным. Слишком довольным. И всё встало на свои места.

Континент. Время, когда меня не было рядом. И Кира. Внутри что-то неприятно сжалось. Ревность. Глухая. Тяжёлая. Я сжал челюсть, подавляя это чувство.

Потому что это — наш выбор. Наш общий. Мы сами пришли к этому. Жизнь втроём — не просто слова. Это значит принять. Проглотить собственные инстинкты. Научиться делить, не теряя.

Легко сказать.

Сложнее — прожить.

Рейн поймал мой взгляд и чуть усмехнулся. Без слов. И это почему-то раздражало ещё сильнее. Я отвернулся. Не сейчас.

С этим я разберусь позже. Сейчас важнее другое. Поднимаюсь в спальню. Шум воды в ванной стих.

Я поднял голову. Через несколько секунд дверь открылась. Кира вышла в халате, с мокрыми волосами, которые тёмными прядями спадали на плечи.

Она выглядела… иначе. Спокойнее снаружи. Но я слишком хорошо её знал. Внутри в ней всё ещё кипело. Злость на Лив. И… что-то ещё. Ревность.

Она пыталась держать это под контролем. Как и я. Я подошёл ближе. Медленно. Она подняла на меня взгляд.

И на секунду между нами снова вспыхнуло то самое напряжение — не враждебное, но острое.

Живое.

— Ты в порядке? — спросил я тихо.

— Более чем, — коротко ответила она.

Ложь.

Но красивая.

Я остановился совсем рядом.

— Она тебя задела, — сказал я.

Не вопрос.

Факт.

Кира чуть прищурилась.

— Она всех задела.

Я усмехнулся уголком губ.

— Не всех одинаково.

Пауза.

Она смотрела на меня прямо, не отводя глаз.

И в этом взгляде было всё — злость, вызов… и огонь, который я слишком хорошо знал.

Я не стал больше говорить. Просто потянулся к ней. Поцеловал. Коротко сначала. Проверяя. Но она ответила сразу. Без колебаний. Резко.

Будто ей это было нужно не меньше, чем мне. Я углубил поцелуй, чувствуя, как напряжение между нами начинает растворяться, уступая место чему-то более сильному.

Более честному. На секунду весь остальной мир исчез. Ни Лив. Ни её угроз. Ни даже Рейн.Только она. Когда я отстранился, её дыхание было чуть сбито, но взгляд стал яснее.

Жёстче.

— Это ничего не меняет, — тихо сказала она.

Я кивнул.

— Я и не пытаюсь.

Пауза.

Я провёл пальцами по влажной пряди её волос.

— Но она больше не приблизится к тебе, — добавил я.

— И к тебе тоже, — прошептала она, и снова потянулась ко мне.

Дверь открылась, и в комнату вошёл Рейн. Он не колебался, не застыл в дверях — он просто стал частью этого момента, словно его присутствие было финальным кусочком пазла.

Кира на секунду отстранилась от моих губ, переводя дыхание. Ее взгляд метался между нами, в нем читалось легкое замешательство, которое тут же сменилось решимостью. Она потянулась к Рейну, вовлекая его в поцелуй, а затем снова вернулась ко мне. Она целовала нас по очереди, словно связывая наши нити в один узел, пробуя на вкус каждого, подтверждая наше право на нее.

Я не выдержал. Подхватив ее под бедра, я легко поднял ее на руки. Халат соскользнул с ее плеч на пол, обнажая совершенство ее тела — под мягкой тканью действительно ничего не было, только чистая, сияющая кожа.

Я донес ее до кровати, и как только ее спина коснулась простыней, Рейн уже был рядом. Он сорвал с себя одежду с хищной скоростью, его глаза горели темным огнем. Он тут же припал к ее губам, забирая новую порцию стонов, пока я избавлялся от своих вещей.

Мы начали разжигать ее тело в четыре руки. Каждое прикосновение было как удар током, каждое движение — выверенным и жадным. Кира резко выгнулась, когда мы оба одновременно захватили ее соски губами. Ее пальцы впились в мои волосы и в плечи Рейна, а с губ сорвался сдавленный крик наслаждения.

Но это было только начало.

Я спустился ниже, вдыхая ее аромат, который сводил с ума сильнее любого алкоголя. Пока я раздвигал ее бедра, чтобы попробовать ее на вкус и почувствовать ее полную готовность, Рейн уже возвышался над ней. Он направил свой член к ее лицу, и Кира, не раздумывая, приоткрыла рот, принимая его, в то время как я накрыл губами ее пульсирующий центр.

Она оказалась между нами — в ловушке из ласк, губ и твердых тел. И судя по тому, как неистово она начала дрожать, эта ловушка была именно тем местом, где она хотела быть.