- И цену.

- У любого решения есть условия.

Она снова посмотрела на фотографию. Пауза длилась достаточно, чтобы я представил воскресенье без коробок у двери и разговор с выполнимыми пунктами вместо окончательного разрыва.

- Сорок лет не были ошибкой, - сказал я. - Были дети, работа, поездки, больницы, ремонты. Я находил деньги на твои первые программы. Ты вытаскивала планетарий, когда я ездил по комиссиям. Мы не случайные люди, которые неудачно прожили лето.

- Вернул бы ты мне имя, если бы Эльдар не нашёл копию программы?

- До юбилея я считал переход правильным, - сказал я. - Институту требовалось обновление, а ты не хотела обсуждать сроки. Я выбрал момент и сделал это слишком жёстко. Если бы программа прошла штатно, после юбилея мы вернулись бы к реестру и распределению авторства.

- Когда?

- После переходного периода.

- Который тоже определил бы ты.

- Совет. Я вынес бы вопрос на совет.

- После того как объявил бы меня почётным автором без доступа к пульту.

- Мы сейчас говорим о другом решении.

- Нет, Яков. Я спросила именно о том решении.

Я поправил край распечатки. Верхний лист сдвинулся, и Мирра увидела мою рукописную пометку «Проект. Не подан».

- Тогда обстоятельства были другими, - сказал я. - У нас был юбилей, городское финансирование, смена команды. Нельзя вырвать один вопрос из всей системы и сделать вид, что существует честный ответ без сроков и последствий.

- Можно. Но ты его не дашь.

- Я даю тебе больше, чем одно слово. Письменную поддержку, реестр, дом, признание своей части.

- Дом уже мой наполовину. Имя было моим целиком. Допуск решает совет. А признание ты пока держишь без номера в ящике.

- Один экземпляр перед тобой.

- Потому что тебе нужен мой ответ раньше, чем совет получит твой.

Я не стал отрицать очевидное. Мирра взяла распечатку и прочитала вторую страницу до конца. Затем сложила оба листа ровно, но не вернула мне.

- Оставь текст, - сказала она.

- До утра?

- Просто оставь. Фотографию верни в альбом сам.

Я взял снимок. Она прижала ладонью проект пояснения.

- Это не согласие.

- Я услышал.

Но документ она оставила у себя. Я убрал фотографию во внутренний карман и решил, что переговоры продолжаются.

Глава 36. Без сделки

- Несколько минут я хотела согласиться, - сказала я.

Проект Якова лежал между нами на маленьком столе. К началу десятого в четверг я сняла на одну ночь обычную квартиру недалеко от набережной. Не гостиницу Эльдара, не его мастерскую и не дом, где муж ещё складывал вещи в коробки. Ключ получила в ящике у двери, заплатила заранее и отправила Эльдару адрес.

Он приехал через двадцать минут. Пальто я уже повесила в шкаф, но осталась в блузке и брюках, в которых ушла утром. Эльдар снял куртку, сел напротив и не спросил, зачем хозяйке понадобились четыре декоративные подушки на одном твёрдом диване.

- На что именно? - спросил он.

- На прежнюю жизнь. Не на его версию сбоя.

Я пересказала всё по порядку. Яков был готов признать передачу M-01 как ошибку доверия. Просил меня назвать намеренный дефект внутренней небрежностью и подтвердить, что директор не хотел опасного результата. Взамен обещал поддержать возврат полного допуска через совет, исправить авторство в архиве и отменить воскресный переезд.

- Ещё была свадебная фотография, - сказала я. - Снежана, Ринат, будущие болезни и сорок лет знания, где у другого лежат результаты анализов.

Эльдар не перебил.

- Я спросила, вернул бы он моё имя, если бы вы не нашли копию программы. Прямого ответа не получила. Зато получила два листа условий.

- Что вы сказали?

- Оставь текст. Это не согласие.

Я придвинула проект ближе к нему, но Эльдар не взял бумагу.

- А согласиться хотелось на что? - спросил он.

Вопрос прозвучал без проверки и без готового вывода. Я посмотрела на незнакомую кухонную полку. На ней стояли две одинаковые кружки, сахарница без сахара и пустая стеклянная банка.

- Не делить праздники детей на два расписания. Не объяснять, кому звонить, если сломался кран. Проснуться в своей спальне и знать, кто шумит на кухне. Несколько минут мне казалось, что можно вернуть привычку, а доверие как-нибудь дотянется следом.

Я успела представить воскресенье без коробок в прихожей. Яков снова записывает показания счётчиков, я ругаюсь, что он занял обе конфорки, Снежана звонит сразу нам двоим. В этой картине не было Юлианы, M-01 и совета. Именно поэтому она оказалась такой соблазнительной и такой ложной.

- Сколько минут?

- Я не ставила таймер.

- Хорошо.

- Ничего хорошего.

- Хорошо, что вы не подгоняете память под красивое число.

Я ждала, что он скажет о праве выбрать или о сорока прожитых годах. Эльдар лишь поправил очки.

- Тогда я тоже должен показать вам одну вещь, - сказал он.

Из рабочей сумки он достал телефон и тонкий блокнот. В почте открыл письмо, полученное в понедельник утром. Заказчик предлагал ему долгий выездной проект. Названия места и сроков в коротком письме не было, подробности находились в приложении.

- Приложение вы читали?

- Да.

Я не попросила открыть его. Сначала требовался более простой ответ.

- Вы ответили? - спросила я.

- Нет.

Он показал папку черновиков. В несохранённом для отправки ответе стояло: «Предложение получил. Для решения прошу указать окончательный срок ответа и подтвердить, что условия в приложении ещё действуют». Поле адресата было заполнено, кнопки отправки он не касался.

- Это тоже проект, - сказала я.

- Да. Неотправленный.

Эльдар раскрыл блокнот. На одной странице была сетка без заголовка. Карандашом он отметил существующие заказы, два семейных выходных и возможные рабочие окна. Даты начала и конца выездного проекта отсутствовали. Моего имени не было.

- Когда вы это составили?

- Во вторник вечером.

- Во вторник мы вместе проверяли стенд.

- Знаю.

- В понедельник вы проводили меня к машине. В среду читали сообщение совета. Сегодня ждали удобного времени?

- После демонстрации.

- Вы решили, когда мне полезно узнать.

- Да.

Он не добавил «но». От этого сердиться стало легче.

- В мастерской вы рассказывали про список при разводе, - сказала я. - Квартира, деньги, машина, даты. Всё готово до вопроса жене.

- Рассказывал.

- Теперь календарь.

- Теперь календарь. Я не принял заказ и не вписал вас в свои поездки. Но письмо от вас спрятал до выбранного мной срока.

- Почему?

- Боялся принести вам ещё один возможный уход в неделю, когда Яков торгуется общим домом. Это объяснение, не оправдание.

- Вы решили, что не выдержу двух неприятных фактов сразу.

- Решил, что подожду.

- Это тот же выбор за меня, только без красивой речи.

- Да.

- Вы хотя бы понимаете, что я злюсь не на заказ?

- На то, что я уже начал раскладывать последствия, пока вы не знали причины.

- Именно.

Он не потянулся закрыть блокнот и не стал доказывать, что карандаш легко стереть. Бумага оставалась между нами в том виде, в каком он составил её один.

Эльдар положил телефон рядом с блокнотом. Экран погас. Черновой календарь остался открытым и неизменённым.

- Я не прошу вас отказываться от работы, - сказала я.

- Теперь знаю, потому что вы сказали.

- И не прошу обещать, что никуда не уедете.

- Не обещаю.

- Тогда чего вы ждёте от меня сейчас?

- Ничего. Я должен был показать предложение раньше. Решение ещё не принято.

- До следующего разговора решение заказчику не отправите?

- Не отправлю. Но подтверждение получения и срок ответа запрошу сейчас.

- Это нужно было сделать в понедельник.

- Нужно было.

Эльдар перечитал черновик и нажал отправку при мне. В письме не было согласия на заказ, города, дат и обещаний. Только подтверждение, что предложение не потерялось, и вопрос о сроке.