- Мои документы.

- Документы на квартиру общие.

- Копии останутся. Оригиналы будут в месте, куда ты не войдёшь мастер-ключом.

- Ты всерьёз считаешь, что я стану рыться в бумагах?

Я посмотрела на него.

- В понедельник я ещё не считала, что ты станешь раздевать Юлиану в первом ряду.

Он отвернулся.

В банке пришлось ждать, пока сотрудница проверит паспорт и распечатает договор. Я выбрала ячейку на три месяца, переписала номер в тетрадь и прошла с ней в маленькое помещение за тяжёлой дверью. Она показала металлический отсек, объяснила порядок доступа и отвернулась, пока я складывала конверты внутрь.

Я оставила у себя паспорт, рабочую тетрадь и ключ. Остальные бумаги легли в ячейку вместе с личным носителем.

- Дубликат моего ключа останется у банка? - спросила я.

- Нет, - ответила сотрудница. - У нас контрольный ключ. Им одним ячейку не открыть.

Глава 9. Шов на куполе

Тонкая светлая дуга поднялась над нарисованным горизонтом на второй минуте прогона.

- Стоп, - сказала я дежурному оператору.

- Не меняйте сцену, - одновременно со мной произнёс Эльдар. - Оставьте статичное поле на минуту.

Оператор повернулся к нам. Его рука зависла над кнопкой остановки.

- Чью команду выполнять?

- Мою, - ответила я и посмотрела на Эльдара. - Объясните.

- Изображение неподвижно, каналы идут в одном времени. Мне нужна минута, чтобы понять, растёт ли сдвиг. Если линия изменится или появится задержка, остановим сразу.

Я проверила левый монитор. Все шесть цифровых каналов показывали один таймкод. Старый звёздный аппарат был выключен, звук не запущен, на куполе стоял неподвижный вечерний пейзаж. Никакого движения, способного сбить зрителю равновесие.

- Оставьте поле, - сказала я. - Шестьдесят секунд. Таймер вслух.

Оператор убрал руку с кнопки и начал считать.

В зале сидели сотрудники и четверо приглашённых: Марат, представитель городского управления культуры и двое попечителей. Закрытую репетицию назначили на одиннадцать, чтобы проверить юбилейные переходы до школьной программы следующего дня. Публичного запуска не было. Дежурный оператор вошёл в систему своим персональным токеном и подписал тестовый прогон. M-01 для этой работы не требовался.

Утром Эльдар с двумя техниками снял кожух четвёртого проектора. Регулировочная вставка в креплении оказалась изношена. Её заменили по инструкции подрядчика, положение проверили на холодной сетке и внесли в журнал. Черновой профиль без автора к рабочей конфигурации не подключали. Для репетиции собрали чистую копию из утверждённой основы и новой штатной калибровки.

Теперь у линии горизонта всё равно светилась дуга длиной примерно в три метра. Из последнего ряда она выглядела как тонкий серп.

- Двадцать секунд, - сообщил оператор.

Эльдар поставил измеритель на спинку пятого ряда, сверился с метками и перешёл на другую сторону прохода. Не торопился, хотя все следили за ним.

- Вы видите серьёзную неисправность? - спросила представительница управления.

- Я вижу несовпадение двух краёв изображения, - ответил он. - Причину назову после замера.

- А зрители это увидят?

- На этой сцене увидели бы.

- Сорок секунд, - сказал оператор.

Святослав сидел у прохода с планшетом на коленях. Он наклонился к Марату, но говорил достаточно громко, чтобы слышали все.

- Именно о таких рисках я предупреждал. Гибридная система стала слишком зависеть от ручной настройки.

- Подождём минуту, - ответил Марат.

- Пятьдесят пять.

Дуга не росла. Её верхний край оставался на месте, таймкоды шли ровно. Когда оператор назвал шестьдесят, Эльдар поднял ладонь.

- Теперь остановите.

Я кивнула. Оператор завершил тестовую сцену по процедуре. Изображение погасло, рабочий свет включился. Никто не вставал и не спешил к выходу, но в зале зашуршали бумаги.

- Что это было? - спросил Марат.

- Равномерный уход четвёртого проектора после замены вставки, - сказал Эльдар. - Крепление прогрелось и село на долю градуса. Синхронизация исправна, профиль не переключался.

- По-русски можно? - попросил один из попечителей.

- Картинка одного проектора чуть сдвинулась. Это обычная часть настройки после механической работы. Сейчас поправим.

Святослав повернул планшет экраном к Марату.

- Обычная, пока зал пустой. Через девять дней здесь будет до ста двадцати восьми человек, включая прессу.

- Через девять дней никто не будет менять крепление утром перед показом, - ответил Эльдар.

- Если к тому времени не понадобится менять что-нибудь ещё.

Я вышла из-за пульта.

- Вчера мы разделили физический сдвиг и геометрию профиля. Сейчас видим только первый. Не надо складывать разные причины в одну страшную фразу.

- Мирра Савельевна, - сказал Святослав с той осторожной вежливостью, которой обычно пользовался перед отказом, - вы сами дали команду остановки на второй минуте.

- Потому что заметила линию.

- Посетители не должны зависеть от того, заметит ли её один конкретный человек.

- Для этого у нас есть дежурный оператор, контрольный монитор и инженерная приёмка.

- И внешний инженер, который останется ещё шесть дней. А потом?

Эльдар закрыл крышку измерителя.

- Потом у вас останется регламент, если вы его не потеряете среди презентаций.

Марат постучал ручкой по подлокотнику.

- Давайте без личного. Сколько займёт исправление?

- Двадцать минут на калибровку и повторный прогрев, - ответил Эльдар. - Потом снова покажем этот фрагмент и две движущиеся сцены для проверки времени.

- Делайте.

- Марат Леонидович, - начал Святослав, - я всё-таки предлагаю обсудить отмену юбилейного показа в гибридном режиме.

- Не предлагаете, а пугаете людей словами, смысл которых они пока не могут проверить.

- Риск проверяется только аварией?

- Риск проверяется документами. Будет заключение инженера, тогда обсудим. Юбилей не отменяем.

Он посмотрел на меня.

- И вы, Мирра Савельевна, пожалуйста, не превращайте каждую линию на куполе в спор о судьбе учреждения перед попечителями.

- Я не приглашала их на техническую репетицию.

- Я пригласил. Мне нужно понимать, можно ли оставить дату в афише.

- Тогда им придётся слышать технические ответы.

- Ответы да. Взаимные обвинения нет.

Он был прав в последнем, хотя сказал это только мне и Святославу не сделал такого же замечания. Я вернулась к пульту и записала время остановки. Дежурный оператор поставил рядом свою подпись.

Эльдар поднялся в галерею. Перед входом остановился и попросил освободить два ряда под четвёртым сектором. Сотрудники пересели, попечителей провели ближе к центру. Только после этого он открыл служебную дверь.

- Ничего тяжёлого снимать не будете? - спросила я по гарнитуре.

- Нет. Проверю метки после прогрева. Коррекция программная.

- В пределах допуска?

- Иначе я бы попросил закрыть зал.

Он говорил спокойно, но не отмахивался. Я отметила это и не стала задавать вопрос второй раз.

Пока Эльдар работал, Эльза принесла мне распечатку ответа Святослава на ночное требование. В теме стояло: «О завершении несанкционированного сеанса».

- Несанкционированного? - переспросила я.

- Читай дальше.

Святослав написал, что в 23:18 обнаружил активный удалённый доступ после окончания рабочего дня и закрыл его в целях безопасности. Ни номер подписанного разрешения до полуночи, ни мой звонок в письме не упоминались.

- Он был в здании? - спросила Эльза.

- Охранник не видел выходов двадцать минут до звонка. Это ничего не доказывает. Он мог работать из дома.

- Но доступ у вас был.

- Поэтому ответим письменно.

Я достала тетрадь и продиктовала ей номер разрешения, время его выдачи и срок. Эльза записала всё в свой бумажный журнал, затем сделала копию письма для входящей папки.