Я слушала его — и чувствовала, как внутри что-то медленно холодеет. Равномерно, неостановимо, как когда опускаешь руку в ледяную воду и понимаешь, что надо еще глубже.

«Он ищет Морозова. Живого Морозова, который исчез и которого он не может найти. А Морозов мёртв — с пулей в голове, в Доминикане. Потому что Игорь нашёл его раньше. Если он выйдет на след. Не на Морозова — на того, кто его нашёл раньше. У него ресурсы, запросы, возможности — он следователь, это его работа, искать».

Что-то сжалось в груди — резко, совсем не похоже на страх за себя или за детей. Это было другое, незнакомое, и именно поэтому особенно неудобное.

— Понятно, — сказала я, и собственный голос удивил меня своей ровностью. — Это важная информация. Спасибо, что сообщили. Я теперь понимаю, что Максима убил не обычный грабитель и он стал жертвой чьих-то грязных махинаций. Это важно для меня.

— А почему вы съезжаете? Это хороший район, безопасный, — он сменил тон легко, почти незаметно — следователь снова стал просто мужчиной на улице. — Продаёте квартиру?

— Да. Срочно, поэтому чуть ниже рынка. Покупаю в другом месте. Риелтор уже нашла покупателя.

— Где, если не секрет, планируете жить?

— Новостройки в новом спальном районе. Не очень далеко. Там можно взять хороший метраж за неплохие деньги.

— Да, у вас же дети разнополые, а из-за срочности много не взыщешь.

— Вы правы, приходится чуть ли не по дешевке отдавать.

“Что-то я разоткровенничалась. Нельзя же так расслабляться.”

Он кивнул — задумчиво, чуть медленнее, чем требовала светская беседа. Что-то мелькнуло в карих глазах — быстро, едва уловимо, и я не успела это поймать.

Алиска уже начала бегать кругами от скуки вокруг меня. Я только передавала ей то правую, то левую руку.

— Ох уж эти дети, — улыбнулся, кивая на дочь.

— Да, вечный двигатель.

— Взрослым бы их энергию.

— Ох, мы бы тогда развернули деятельность, — засмеялась.

— Это разумное решение, покупать семейное жилье, — сказал он. — Центр красивый, но дорогой в обслуживании. — Пауза. — Если понадобится помощь с документами при оформлении сделки — обращайтесь, я знаю людей.

— Спасибо, — искренне улыбнулась. Вот что за человек такой?! Он как-то расслаблял и искренне располагал к себе.

Алиска дёрнула меня за руку сильнее — мишка уронил ботинок, это была трагедия вселенского масштаба. Я присела, надела ботинок обратно, поднимаясь, поняла, что Селиванов смотрит на меня с таким выражением, от которого стало слегка неловко.

— Маргарита Арсеньевна, — он чуть замялся, и это замешательство было таким человеческим, что я почти поверила. — Я понимаю, что рано, и что у вас сейчас много всего. Но если захотите просто выпить кофе — без дел, без протоколов — я был бы рад. Вы очень... — он подбирал слово, — сильный человек. Мне интересно с вами разговаривать.

Взял мою руку — аккуратно, как берут что-то хрупкое — и поднёс к губам. Старомодно. Почти смешно.

Я настолько оторопела от происходящего, что даже забыла на миг, что за нами наблюдает Дима.

Павел коснулся губами кончиков моих пальцев.

— Я услышала вас и подумаю об этом, — сказала я.

Он попрощался с Алиской — та помахала ему мишкиной лапой — и пошёл к машине.

Я смотрела ему вслед и думала о том, что он производит впечатление нормального человека — и это само по себе сбивает с толку. Потому что нормальные люди помогают с компенсацией не потому, что им надо что-то взамен, а потому что так правильно. Нормальные люди разговаривают с чужим ребёнком без наигранности. Нормальные люди краснеют, когда приглашают на кофе.

Только вот он ищет человека, который исчез — и не знает, что этот человек уже нашёлся. Вернее, был найден. И что дальше потянется эта ниточка — куда она его приведёт и к кому — я не знала. Но что-то внутри сжималось при одной этой мысли так, что становилось трудно дышать.

И это сжатие было не за себя.

«Вот и всё, Рита. Вляпалась. Окончательно и бесповоротно. Если из-за меня у Игоря будут проблемы с законом… Марго, у Игоря и так проблемы с законом — он криминальный авторитет».

Вот тут оно и накрыло — окончательно, без возможности отмахнуться и списать на усталость или на голодную до ласки женскую физиологию. Я стояла у подъезда старой квартиры, держала в руках пакет с немногочисленными вещами, смотрела вслед следователю, который шёл по следу — и внутри у меня всё перевернулось не от страха за себя.

За Игоря.

— Маргарита, — тихо сказал Дмитрий рядом, подходя. — Едем? — Как только Павел уехал, он тут же подошел к нам.

— Едем, — сказала я и подхватила Алиску на руки, уткнувшись носом ей в макушку — просто чтобы не было видно лица.

— Вы могли бы не говорить Кардиналову об этой встрече? — попыталась я.

— Среди наших ходила молва о том, что вы очень наблюдательная и умная женщина, Маргарита. Вы должны понимать, что в данном случае я не могу выбирать между вами и боссом.

— Понимаю.

От лица Кардинала

Дмитрий позвонил, когда я просматривал варианты квартир от риелтора — три штуки, все вполне приличные — новострой и не эконом, а бизнес-класса. Первые два отложил сразу — не то. Расположение неудобное для присмотра. Третий смотрел внимательнее.

— Босс. Маргарита Арсеньевна встретила Селиванова у старой квартиры.

Я отодвинул ноут с фотографиями.

— Подробнее.

— Возле старой квартиры. Говорил минут десять, на первый взгляд официально. О чем, я не мог слышать, так как держался на расстоянии, чтобы не спалиться перед ним. Потом... — пауза. — Руку поцеловал.

Тишина в кабинете стала какой-то особенно плотной.

— Она согласилась с чем-то?

— Видел только, что улыбалась.

«Улыбалась».

— Дима. Ты молодец, — сказал я ровно, — что позвонил сразу. Она уже дома?

— Да, с дочерью. И пацан там же.

Отключился.

Посмотрел на третий вариант квартиры — хорошая планировка, нормальный микрорайон, охранять удобно.

Закрыл фотографии. Не отправил риелтору ничего.

Набрал Женю:

— По Слонову — ускорься. И ещё: Селиванов Павел Андреевич, подполковник СК, перевёлся год назад из Рязани. Подними всё, что есть. Связи, счета, дела, которые вёл. — Пауза. — Особенно дела, которые вёл в Рязани до перевода. Если у него есть долги, я хочу о них знать, вплоть до того, кому и сколько.

— Думаете, он связан со Слоновым?

— Думаю, что совпадений не люблю, — сказал я. — А тут их слишком много.

Глава 27: Все сломалось

От лица Риты

Риелтор позвонила в пятницу утром — голос виноватый, с той особой интонацией, которая бывает у людей, когда они сообщают плохие новости и заранее готовятся к реакции.

— Маргарита Арсеньевна, я очень извиняюсь, но первый вариант, который мы смотрели — его буквально вчера взяли. Собственник принял другое предложение, я ничего не успела сделать. И по второму тоже неприятность — владелец передумал продавать, говорит семейные обстоятельства изменились. Я понимаю, что это очень неудобно, но у нас остался третий вариант, и честно говоря, я всегда считала его лучшим из трёх — там и планировка интереснее, и этаж хороший, и вид во двор, а не на дорогу...

Я слушала её и думала о том, что в моей жизни в последнее время совпадения случаются с какой-то подозрительной регулярностью. Два варианта одновременно — один продан, второй снят с продажи. Вот прямо в один день. Вот прямо когда риелтор должна была мне их подтвердить.

«Подозрительно. Или я себя накручиваю?»

Тут же всплыли в голове слова Игоря “пришли варианты!”.

“Нет, Марго. Это уже бред!”

Но разбираться с этим не было ни сил, ни желания. Третий вариант и правда был хорошим — я смотрела фотографии, планировку, район. Может, просто совпадение. Бывает.

— Хорошо, — сказала я. — Берём третий.

Переезд случился в первых числах марта — именно тогда, как я и обещала Артёму. Снег ещё лежал, но уже как-то нехотя, по-весеннему — рыхлый, серый по краям, с проталинами у подъездов и первыми каплями с карнизов. Грузчики таскали коробки, Дмитрий держался чуть в стороне — ненавязчиво, профессионально, с видом человека, который просто вышел подышать воздухом и совершенно случайно оказался именно здесь. Артём помогал — молча, основательно, перехватывал у грузчиков тяжёлые коробки с таким видом, будто иначе и не мог.