— Игорь...

— Я не обсуждаю это, Рита! Не спрашиваю, а уведомляю! — он шагнул ко мне. — Ты останешься. С Варей я разберусь сам.

— Ты не понимаешь! — я отступила. — Она ненавидит меня! Она считает, что я разрушаю её семью! А Артём... он будет разбит!

— Я! Разберусь! — Каждое слово как удар молота.

Я только отрицательно помахала головой, опуская взгляд. Мы стояли близко. Слишком близко. Я видела его лицо — жёсткое, напряжённое. Видела, как сжата челюсть, как блестят глаза.

— Я не хочу здесь быть, — прошептала я. — Понимаешь? Не хочу.

“Ты жалкая, Рита”.

Кардинал смотрел на меня долго. Потом отступил. Развернулся. Резко замер в дверном проёме. Не обернулся.

— Ты останешься. Это не обсуждается.

Дверь закрылась.

Я осталась одна на кухне. Сползла по стене на пол. Обхватила колени руками. Уткнулась лицом в колени.

Плакала тихо, чтобы не разбудить Алису.

«Максим. Господи, Макс. Во что я влезла. Как мне из этого выбраться?»

Сидела на полу минут десять, может, больше. Потом встала. Вытерла лицо. Пошла в ванную, умылась холодной водой.

Посмотрела на себя в зеркало — глаза красные, опухшие, лицо бледное. Попыталась почистить зубы, чтобы ложится спать, но руки дрожали, паста упала мимо щетки. Я с остервенением бросила все в раковину и облокотилась в нее руками. Обида и злость душили.

«Соберись, Рита. Ты справишься.»

Сделала пару минут дыхательную гимнастику и тихонечко прошла в гостиную. Присела на край дивана рядом с Алисой. Дочь спала — свернулась клубочком, кукла в обнимку. Дышала ровно.

Погладила её по голове.

«Скорее бы всё это закончилось.»

Глава 22

От лица Кардиналова

Проснулся от вибрации мобильного телефона — звук глухой, настойчивый, пробивающийся сквозь остатки сна. Что-то тёплое и мягкое шевелилось на груди. Запах дорогих духов, сладковатый и приторный, заполнил ноздри.

«Чёрт...»

Полумрак комнаты, создаваемый плотными шторами и дубовыми панелями на стенах, поглощал свет. Закрытый мужской клуб на улице Вайнера, место, где предпочитали оставаться незамеченными.

Рыжие волосы женщины, растрепавшиеся по груди, касались моей кожи. Лицо повернуто ко мне, дыхание ровное и спокойное.

«Карие глаза... Вчера вечером она смотрела на меня с загадочной поволокой, обещая нечто большее. А сейчас она просто помеха...»

Осторожно сдвинулся, стараясь не разбудить её. Женщина тихо застонала, пошевелилась, но не проснулась. Экран телефона светился — сообщение от Громова.

— Слушаю.

— Босс, доброе утро, — голос Грома был бодрым и деловым, без лишних предисловий. — Докладываю. Вчера вечером на квартиру Маргариты Арсеньевны приезжал Арс Чёрный. Пробыл там около часа, затем уехал в гостиницу «Хаятт».

Взгляд устремился в окно — город просыпался за стеклом, снег медленно падал на землю.

«Зачем? Он уже интересовался «вдовой» при нашей встрече. Возможно, лично расспрашивал её. И она не сочла нужным сообщить мне об этом. Вот же... Доверчивая натура может привести к тому, что её снова придётся спасать. Я же предупреждал её, чтобы не высовывалась.»

Воспоминания о разговоре в офисе всплыли сами собой — Арс на диване, его холодный, пронизывающий взгляд. «Девочку с детьми надо спрятать». «Я уезжаю сегодня вечером». Он сказал, что улетает, но не уточнил, когда вернётся. А зачем вернулся-то собственно? Его забота о ней слишком очевидна.

— Понял. Что-нибудь ещё?

— Сегодня утром он всё ещё в гостинице. Ведём наблюдение. Если выедет — доложу сразу.

— Почему я не знал, что он прилетел вчера?

— В этот раз не было демонстративного прибытия. Частный джет приземлился на закрытом аэродроме.

Связь оборвалась. Сигарета нашлась в кармане брюк на полу, и густой, горький дым наполнил комнату.

«Час у Риты... О чём они говорили? Квартира? Дети? Или он что-то сказал ей? Предупредил? Предложил? Или допрашивал?»

За спиной раздался шорох — женщина поднялась на локте, её карие глаза были сонными, но в них читался интерес. Простыня сползла с её плеч, обнажая упругую грудь с бледно-розовыми сосками. Она не спешила прикрываться.

— Доброе утро, — её голос был хриплым, с намёком на что-то большее.

Затянулся, выпустив дым в её сторону.

— Почему ты всё ещё здесь?

Она моргнула, её улыбка дрогнула, не понимая моего вопроса.

— Что?

— Обычно в таких местах девушки покидают место до рассвета. Тебе никто не объяснял правила?

Её лицо покраснело. Она резко села, подтянув простыню к груди.

— Я... Я думала...

— Что думала?

— Что мы... Что ты...

На моём лице появилась усмешка.

— Мы провели ночь. Это всё. Не стоит придумывать больше. Тем более, что ты не можешь не знать, кто я.

Она вскочила, схватила платье с пола и начала натягивать его резко и неловко, её руки дрожали. Глаза блестели от гнева.

— Ты мудак.

— А ты шлюха, — мой ответ был холодным и безжалостным.

— Что? Как ты смеешь говорить так?

— А кто раздвигал ноги перед незнакомым мужчиной только потому, что на нём был пиджак от Armani и Rolex? Дверь там. Вещи не забудь.

Хлопок двери за ней остался единственным звуком в комнате. Тишина вернулась, но теперь она была другой.

«Красивая, но не та… Ничего, кроме моего члена она не коснулась. А Марго сидит где-то глубоко внутри: в голове, в груди…»

Телефон завибрировал снова — СМС от Жени. «Босс, по счетам жены Морозова — есть зацепка. Перевод на покупку недвижимости. Доминиканская Республика. Высылаю координаты.»

На экране появились фотографии — белый дом, двухэтажный, с террасой, выходящей к океану. Координаты, адрес и планировка были чётко указаны. Банковские выписки демонстрировали переводы, даты и суммы.

«Отличная работа, Женя. Крыса в норе. Дурак думал, что если всё оформить на жену, никто не сможет найти. Деньги всегда оставляют следы. А новички часто проговариваются на мелочах.»

Дмитрий ответил мгновенно:

— Слушаю, босс.

— Морозов в Доминикане. Женя выслал адрес. Подготовь частный вылет. Берём пятерых. Вылет послезавтра.

— Понял, босс.

От лица Риты

Отправила отчёт Сергею в половине первого, откинулась на спинку кресла и выдохнула.

«Сдала. Отвязалась».

Телефон пикнул почти сразу же: «Рита, вы волшебница. Клиент в восторге от детализации. Премия будет незамедлительно».

Улыбнулась — первый раз за несколько дней по-настоящему, не через силу.

«Хоть где-то я ещё чего-то стою».

Закрыла ноутбук, посмотрела за окно — снег сыпал мелкий, город ползал внизу медленно, как и всегда по будням. А я всё ещё сидела в чужой квартире, будто в приёмнике.

«Сколько дней мы тут? Неделю? Больше уже. Алиса из дома почти не выходила, только тот раз, когда её вынесли в рюкзаке».

В гостиной дочь строила очередной домик из кубиков, Маша в розовом сидела рядом, наблюдала за стройкой. Присела рядом.

— Алис, солнышко, хочешь в торговый центр? Мороженое, шарики.

— Шарики! — она уже прыгала на месте.

За окном метель. Но сидеть в четырёх стенах ещё день я тоже не могла.

— И картошку!

— Посмотрим, — сказала я. — Одевайся теплее.

Пока Алиса воевала с комбинезоном, я набрала Михаила, охранника, которого приставил Кардинал.

— Алло?

— Михаил, добрый день. Мы с дочерью едем в «Гринвич». Нужно сопровождение.

— Понял. Машина через пять минут.

— Спасибо.

«Вот и моя жизнь теперь. Охранник на телефоне, как у жены олигарха. Только жена по доброй воле».

«Гринвич» встретил теплом и запахом кофе с корицей, контраст с улицей такой резкий, что на секунду голова закружилась.

«Когда я последний раз тут была? Месяц назад? Целую жизнь назад».

Алиса тут же потащила меня к витрине с куклами.

— Мама, смотри! У неё домик!

— Сначала одежда тебе, ты выросла из старого.

Михаил держался в пяти метрах, не мешал, не маячил, но был всегда в поле зрения, как тень, которая забыла отвязаться.